Женихи счастью не помеха - Лана Кирр

— Они меня даже слушать не стали, — вздохнула служанка, поднялась и медленно потащилась в сторону выхода из парка.

— Подожди! — догнала девушку и пошла рядом. — Пойми, я действительно мало что могу. Я анимаг, к тому же занята в Академии по горло.

— Мне больше не к кому обратиться, — всхлипнула Зили.

— Хорошо, попробую, — теперь моя очередь тяжело вздыхать.

— Ой, спасибо! — улыбнулась служанка и попыталась кинуться мне на шею.

— Рано благодарить, — вежливо отстранилась я. Не хватало ещё сцен посреди Альтиры, быстро опошлят.

Распрощавшись с повеселевшей Зили и клятвенно пообещав сообщить, если что узнаю, вернулась на лавочку, посидеть в тишине и подумать. Пока видела только один выход — обратиться к кронпринцу Призападной низменности. Он должен хотя бы знать, в какие дали понесло его сиятельство.

К казармам у городских ворот шла с замиранием сердца, боялась реакции на встречу с гвардейцем. Своей и его. Два с лишним месяца я старательно избегала встреч и не реагировала на попытки примирения. Леон несколько раз приходил к воротам и настойчиво просил встречи. Я ссылалась на занятость и позорно сбегала под защиту декана и стен лаборатории. И благодарила Устав Академии, запрещающий доступ посторонних на её территорию.

— Ох, стройна девка, — прищёлкнул языком сотенный сэр Роден, внимательно изучив эмблему академии на моём плаще. — Даже не проси, не вызову!

— Почему? — опешила я от столь резкого приёма. Я же даже ещё ничего не успела сказать.

— Довела парня! А ведь я прочил его на своё место!

— Что с ним? — в ногах появилась небывалая слабость, я нашарила рукой стул и села.

— Теперь уже ничего. А был мрачнее тучи, на людей кидался, чуть молодняк на тренировке не покрошил. Порывался навсегда уехать в Призападную. Пришлось запереть в кутузку, чтобы одумался.

— Можно его увидеть?

— Всегда знал, что все проблемы из-за баб! Сказал же, что нет.

— Ну пожа-а-а-алуйста…

— Нет. И не строй жалостливый вид, и слёзы убери. Ох, девка, — покачал головой сотенный, взял со стола пачку листов и внимательно их просмотрел. — В увольнении твой кавалер на два дня, где-то в городе.

— Спасибо, сэр Роден, — улыбнулась я.

— Эх, молодость, молодость.

Выскочила из казармы и остановилась. Где искать Леона — понятия не имела, Альтира большая, а мест, куда мог пойти гвардеец — ещё больше. Медленно пошла в сторону Благого дворца, разглядывая витрины и заглядывая по пути в многочисленные забегаловки.

На столицу постепенно спускался тёплый вечер, зажигались огни, робкие первые насекомые пролетали в предзакатной тишине. Ещё немного, и Альтира скроется в характерном для этого времени года вечернем тумане, а шансы встретить Леона сведутся к нулю. Самое время вернуться в Академию, а до заветных ворот топать и топать, оказалось, что умудрилась достаточно далеко забрести. Чтобы сократить путь, свернула в парк и быстро пошла по центральной дорожке.

— Эй, милашка, — окликнули меня. — Не составишь компанию?

— Извините, нет, — вежливо ответила я и ускорила шаг. Однако фигуры за мной сделали то же самое.

— Куда же ты, красавица?

— Помогите, — закричала я, переходя на бег. Наша спешащая троица выскочила из парка и понеслась по вечерним улицам, и там как назло, никого. Каблуки туфель звонко стучали по мостовой, выдавая меня с головой. Я остановилась, чтобы их снять, за что и поплатилась, фигуры в плащах быстро приблизились и отрезали путь к бегству.

— Магиня, — хищно улыбнулся один.

— Бор, уходим, — мрачно выдавил другой, не снимая капюшон.

— Да какая тебе разница, ты же давно хотел отомстить, вот, шанс.

— Отпустите, пожалуйста, я никому не скажу, — тихо пробормотала я, вжимаясь в стену.

— Милашка боится, — скрипуче рассмеялся первый. — Мешать не буду, она твоя.

Он больно схватил меня за локоть и толкнул в объятия второго. Дыхание перехватило, когда меня крепко сдавили. Попытка заехать локтем была быстро и грубо пресечена, я охнула от боли.

— Ты прав, Бор. Пойдём, красавица.

— Куда? — пискнула я, пытаясь рассмотреть лицо явно пьяного похитителя. Запомню, потом найду, если живая останусь. Однако он умудрялся прятаться под капюшоном от ярких пятен фонарей.

— Иди, иди, тебе понравится, — хохотнул Бор. — Подожду вон там.

Он не спеша направился к лавочке, а меня грубо потащили в тёмный переулок.

— Не ори, хуже будет, — заботливо предупредил похититель, обдав запахом перегара.

— Отпустите, пожалуйста. Денег дам, — всхлипнула я.

— Денег? Сколько?

— Двести талов, больше у меня нет.

— Огромная сумма, — хохотнул он.

— Для меня огромная, — обиделась я, вырвала руку и насупилась. — Я её честно заработала!

— Честно? — неожиданно разъярился похититель. — Я мог дать тебе больше, свою любовь и целый мир. Но ты предпочла деньги!

Капюшон слетел, глаза зло свернули в темноте. Он сделал движение пальцами, фигуру окутало слабое сияние.

— Леон?! — охнула я. — Ты?! Ой, вы?! Что происходит?

— Ничего. Раздевайся, — совершенно трезвым голосом сказал он.

— Леон?

— Раздевайся, я сказал! Не заставляй применять силу.

Пальцы не слушались, когда я расстёгивала блузку и развязывала пояс на юбке. Леон молча ждал, когда останусь в одном белье.

— Давай сюда.

Он схватил протянутую одежду и тесно прижал меня к себе.

— Чувствуешь, как рушатся мечты?

— А обо мне ты подумал? Хоть разочек? — отпихнув его, я начала закипать. О том, что желательно соблюдать нормы приличия при общении с аристократом, я вновь старательно забыла. Шок от происходящего подавил остальные чувства, оставив только накопленную обиду и злость. — Вы играли со мной, как коты с мышью. А дальше? Его сиятельство хотя бы не давал ложных надежд!

— Долго ещё? Тебе помочь? — в переулок заглянул Бор.

— Долго! — рявкнули мы одновременно.

— Как скажете, — стушевался тот и исчез.

Мы молча сверлили друг друга злыми взглядами. Я не чувствовала за собой вины, Леон, видимо, тоже. Он же признался и извинился, а это для большинства мужчин равно подвигу. Вот только мне этого недостаточно, череда недосказанного слишком длинна, чтобы я могла вот