Призвание. Как найти то, для чего вы созданы, и жить в своей стихии - Кен Робинсон

Одним из лучших примеров синергии можно считать создание знакового альбома Майлза Дэвиса Kind of Blue. Большинство любителей самой различной музыки считают, что этот альбом «необходимо иметь» в своей коллекции. Легионы фанатов джаза, и если уж на то пошло — классики и рока знают наизусть каждую ноту в этом альбоме. Но никто из музыкантов, создававших Kind of Blue, не знал, что он будет играть, до того, как вошел в студию.

«Майлз сочинил эту музыку всего за несколько часов до начала записи и пришел в студию с набросками, которые указывали группе, какую музыку играть, — это слова пианиста Билла Эванса, помещенные в аннотацию на обложке альбома. — Так что вы услышите нечто созданное почти спонтанно. Группа никогда не играла эти композиции до создания альбома, и я думаю, что это был «первый дубль» для каждой песни. На самом деле все композиции альбома были записаны с первого раза, кроме Flamenco Sketches, записанной со второго раза».

Однажды в 1959 году в музыкальной студии по инициативе трубача Дэвиса собрались вместе пианист Билл Эванс, саксофонист-тенор Джон Колтрен, саксофонист-альт Джулиан «Пушечное ядро» Эддерли, пианист Уинтон Келли, басист Пол Чемберс и барабанщик Джимми Кобб. Дэвис выложил перед ними гаммы — что само по себе было отчасти революционным шагом, так как джаз в то время традиционно игрался аккордами — и включил звукозаписывающее устройство. Каждый из этих музыкантов был активным сторонником разработки новых направлений в джазовой музыке, и все они в прошлом уже работали вместе. Однако то, что происходило во время записи Kind of Blue, было колоссальным импульсом взаимной поддержки, вдохновения и сотрудничества. Музыканты решили сломать барьеры и имели для этого все необходимое: фантазию, мастерство и дар интерпретации. И самое главное — у них был лидер со смелыми взглядами.

Их импровизированная игра в тот день стала итогом слияния мощных творческих сил, подаривших миру выдающийся результат — что и является конечной целью такого сотрудничества. Когда пленка в магнитофоне начала вращаться, свершилось чудо. «Групповая импровизация — это крайне сложная задача, — говорит Эванс. — Помимо существенных технических проблем, которые сопутствуют согласованному коллективному мышлению, у всех нас есть человеческая, даже социальная потребность во взаимопонимании, необходимом для достижения общего результата. Это наиболее сложная проблема, которая, как мне кажется, была успешно решена при создании нашего альбома». Музыка, которую они создали всего за несколько часов — вдохновляя и поощряя друг друга, согласовывая свою работу, бросая друг другу вызов, — будет жить на протяжении многих поколений. Kind of Blue — это джазовый бестселлер всех времен и народов. Даже почти пятьдесят лет спустя тысячи копий этого альбома еженедельно продаются во всех уголках мира.

Почему творческие команды могут вместе достичь более впечатляющих результатов, чем их участники по отдельности? Я думаю, это объясняется тем, что в каждой команде гармонично сочетаются три типа интеллекта, о которых я говорил ранее. В некотором смысле они повторяют основные характеристики творческого ума.

Великие творческие команды разнообразны. Порой они состоят из людей, диаметрально противоположных друг другу по складу ума и характера. Но различные по типу таланты и способности этих людей органично насыщают команду необходимым творческим потенциалом. Команда, создавшая Kind of Blue, состояла из выдающихся музыкантов, которые не только играли на различных музыкальных инструментах, но и отдавали команде свою индивидуальную восприимчивость к музыке, имея разные типы личности. То же можно было сказать и о Beatles. Хотя участники этой группы имели много общего в культурном и музыкальном плане, Леннон и Маккартни были очень разными людьми, точно так же, как Джордж Харрисон и Ринго Старр. Именно их несхожесть сделала совместное творчество Beatles гораздо более выдающимся в сравнении с сольным потенциалом каждого из участников команды.

Творческие команды динамичны. Разнообразие талантов в такой группе важно, но этого недостаточно. Различные способы мышления могут стать препятствием для созидания. Творческие команды находят всевозможные способы, чтобы использовать свои различия максимально продуктивно во благо, а не во зло. Они действуют так, что сильные стороны их участников становятся взаимодополняющими, а слабые — компенсируются личными свойствами других членов группы. Люди в такой команде способны бросать друг другу вызов, чувствовать себя равными и воспринимать критику как стимул для повышения эффективности своей деятельности.

Творческие команды индивидуальны. Существует большая разница между творческой командой и тем же комитетом. Большинство комитетов выполняют рутинную работу и формируются на основе выборов. Таким образом, члены любого комитета теоретически могут быть заменены другими людьми и обычно выполняют конкретные задачи. Часто комитет может формально работать, в то время как половина его членов проверяет свои BlackBerry или рассматривает обои. Комитеты часто бессмертны — кажется, что они существуют вечно и так же вечно длятся их заседания. А вот членам творческих команд присуща ярко выраженная индивидуальность, они собираются вместе по схожести интересов и собственной воле, чтобы создать что-то особенное. Они сотрудничают лишь до тех пор, пока сами этого хотят, или должны быть вместе, пока не будет выполнена стоящая перед ними задача.

Одним из наиболее известных примеров эффективной командной работы служит Администрация президента Авраама Линкольна. Дорис Кирнс Гудвин в своей книге «Team of Rivals» описывает историю Линкольна и четырех членов его кабинета — военного министра Эдвина Стэнтона, министра финансов Сэлмона Чейза, госсекретаря Уильяма Сьюэрда и генерального прокурора Эдварда Бейтса. Эти пять человек, несомненно, были частью одного и того же племени, которое страстно желало вести Америку к новым высотам. Но каждый из четырех членов команды президента был открытым и непримиримым оппонентом Линкольна до его вступления на пост президента. Стэнтон однажды даже назвал Линкольна «длиннорукой обезьяной». Каждый из этой «большой четверки» твердо придерживался взглядов, которые порой значительно отличались от принципов Линкольна. Кроме того, каждый из них верил, что более достоин стать президентом, чем тот, кого избрал народ.

И все же Линкольн верил, что каждый из его соперников обладает сильными сторонами, необходимыми Администрации президента. С хладнокровием, которое сложно представить в современной американской политике, он объединил свою команду. Да, они часто жестоко ругались. Но совместная работа была жизненно необходима этим людям, поскольку давала возможность в борьбе диаметрально противоположных мнений найти нужные решения для формирования эффективной государственной политики. Они понимали, что провести страну через наиболее опасный период в ее истории можно только путем объединения и разумного компромисса их интеллектуальных усилий.