Зачем нужен муж? - Клаудиа Кэрролл

— Смотри в оба, душа моя, — Джейми треплет меня по руке, — она может применить смертоносный феромон Рэйчел.

— Девочки, давайте будем реалистичными, — говорю я.

— Остался час до встречи с тем, кого ты восемнадцать лет не видела, а ты хочешь быть реалистичной, потому что… дай-ка вспомню… Ах да, потому что ты считаешь, что это поможет тебе выйти замуж в нынешнем году, — говорит Джейми.

— Помолчи! — огрызается Рэйчел. — Просто представь, что мы собрались встречаться с твоими бывшими партнерами. Это могло бы занять целую жизнь.

— Я знаю, — сияет Джейми, считая это комплиментом. — Я поражаю всех, как…

— Эпидемия холеры в Сенегале, — заканчивает за него фразу Рэйчел.

— Я собиралась сказать, что мы должны реально смотреть на вещи и полагать, что Тони удачно женился и завел большую семью, — продолжаю я, не обращая внимания на их перебранку, которая всегда возникает внезапно, как тропический шторм. — Так что Рэйчел может сколько угодно применять свой смертоносный феромон и мы можем сколько угодно соперничать, но, по-моему, мы обе знаем, что если теоретически он и может достаться одной из нас, то это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Все говорит за то, что какая-то другая проныра заполучила его раньше нас.

— Да, наверное, ты права, — неохотно признает Рэйчел. — Невероятно, чтобы он до сих пор оставался холостым. В жизни так не бывает, правда?

Я киваю в знак согласия, и мы едем дальше в молчании, а настроение у всех в машине явственно снижается.

До сих пор не могу понять, как парень вроде Тони мог выбрать меня и не обратить внимания на Рэйчел.

А затем меня посещает воспоминание…

Время: весна 1987 года.

Место: «Грин-синема», парк Сент-Стивенз-Грин, Дублин.

Повод: мы с Тони пришли посмотреть режиссерскую версию «Рокового влечения» Эдриана Лайна вместе с Рэйчел и Джейми, которые, как ни трудно это вообразить, составляют нежную парочку.

— Разве Тони не самый чудесный и замечательный человек на свете? — громко провозглашаю я в туалетной кабинке, которая разделяет нас с Рэйчел. — Мне кажется, я встретила любовь всей своей жизни, а мне всего девятн-н-надцать лет…

— Заткнись, терпеть не могу эту гнусную песню, — рявкает она, спуская воду.

— Прости, но я уверена, что он — единственный и неповторимый. Он восхитителен; он даже заступался за Гленн Клоуз. Сказал, что в режиссерской версии ее героиня вызывает намного больше симпатий. Мало кто бы так выразился.

Я выхожу из кабинки и направляюсь туда, где Рэйчел перед зеркалом лихорадочно румянится и красит губы.

— Мне нравится твоя короткая стрижка, — восхищаюсь я. — Тебе здорово идет.

— Скажи это моему бойфренду.

Я слушаю вполуха, потому что ужасно хочу поскорее вернуться к Тони. Знаете ли, когда вы так влюблены в кого-то, даже отлучка в туалет кажется расставанием навеки.

— Ну как, ты готова, Рэйчел? Ребята сказали, что подождут нас на улице, а еще Тони говорит, что можно вернуться автобусом в бар «Белфилд» и принять по бокальчику на прощание.

— Как тебе кажется, я неплохо выгляжу? То есть все в порядке? Привлекательно? Не гадко?

— Ты выглядишь, как воплощенная мечта любого мужчины.

Чистая правда.

Что ж, я честна и перед собой.

В мою душу закрадывается тайное гложущее подозрение, что мне выпало счастье присвоить себе такого чудесного и замечательного Тони только потому, что Рэйчел в это время была занята Джейми.

— Я приложила массу усилий, чтобы сегодня хорошо выглядеть, — говорит она. — Я извела на прическу три баночки мусса, этот наряд стоил мне всех денег от субботних приработков, а плечики моего платья на милю шире, чем у любой здесь присутствующей.

— Рэйчел, — мягко спрашиваю я, — что случилось?

Она была не в духе весь вечер, но сейчас впервые намекнула на причину этого. Ей несвойственно указывать на бреши в своей броне.

— Джейми. Мой так называемый бойфренд. Вот что случилось.

— Расскажи.

— Я не понимаю. Все, что я знаю: когда я с ним, я чувствую себя самой непривлекательной девушкой в колледже. Он совсем не хочет близости со мной, и я выхожу из себя. Мы только целуемся, даже без языков, вот и все.

— Родная, как ты себя чувствуешь?

— Ужасно.

— Может быть, он просто не хочет торопить события. Он такой хороший друг…

— Проклятье. Эмилия, в ДУК этим занимаются все, кроме меня. Вчера вечером моих родителей не было дома, и он пришел посмотреть на видео «Грязные танцы», а потом весь вечер болтал о Патрике Суэйзи и, честное слово, вел себя так, будто пришел на занятие хореографией. Предупреждаю, мое терпение не безгранично.

— То, что Джейми не из предприимчивых, еще не делает из него антихриста. Вы с ним близкие друзья, ему это тяжело. Может быть, он просто нуждается в поощрении.

— Я залила в него шесть порций коктейля «Западное побережье», включила нежного, романтичного Ллойда Коула, села к нему на колени и практически вешалась на него.

— И что было дальше?

— Он сказал, что чувствует себя разбитым и что сидение в противном полумраке не способствует бодрости. А потом придрался к музыке, вскочил и поставил «Бронски Бит». А эта музыка совсем не подходит для поцелуев.

— А ты не пробовала поговорить с ним об этом?

— Конечно, пробовала. Я стала объяснять ему, что я нормальная девчонка, у которой все в порядке с гормонами, и что у меня есть свои желания и потребности. Знаешь, что он сказал?

— Что?

— Он сказал: «А почему ты мне это говоришь? Тебе что, невтерпеж?»

— Ох, Рэйчел, мне так жаль. Не знаю, что и сказать.

— Ты посмеешься, когда я расскажу тебе, что он еще сказал. Что он меня слишком уважает. Представляешь? Большинство девятнадцатилетних парней готовы трахаться хоть с бревном, а мне достался какой-то отмороженный урод. Попомни мои слова. С ним что-то неладно.

— Ну вот, я до смерти устал, — говорит Джейми, растянувшись на заднем сиденье. — Долго нам еще?

— Держи себя в руках, — отвечает Рэйчел, — уже скоро.

— Почему ты так ухмыляешься, Эмилия?

— Да так, просто вспомнилось кое-что.

— Ну, выкладывай. Я практически в коматозном состоянии, а в голове как будто гвоздик.

— Ну, это в точности как тогда, когда я встречалась с Тони, помнишь? Вы оба вечно набрасывались друг на друга, а может, скорее, разбрасывались друг другом.

— Боже мой, зачем ты это вспоминаешь? — говорит Рэйчел.

— Заткнись. Ты легко унижаешь людей. Ты сделала меня геем.

— Да-да, милый, сейчас ты путешествуешь с Гее-производительницей и Мужеотпугивательницей, — говорит Рэйчел. — Уверена, что ты включишь этот факт в свое сетевое резюме, правда?