Янтарное море - Николай Асанов

Козуля давно уже мчалась одна, отбившись от стайки, может быть, раненная смертельно, но еще подвластная инстинкту самосохранения.

Под снегом забулькала вода. Козуля пыталась еще спастись от преследователя и мчалась через болото, куда-нибудь на потайной островок, может, туда, где родилась и выросла, ни разу не встретив опасности.

Он увидел светло-серое съежившееся тельце прямо перед собой, на белом снегу, странно уменьшившееся, как только козуля упала, сделал еще прыжок, второй — и ухнул по пояс в ледяную воду.

Вилкс выругался, чувствуя, как холод подходит под сердце, положил тяжелый автомат на кочку и побрел по воде, разгребая ее руками, как веслами.

Наконец он дотянулся до козули, — она была мертва, — и вскинул ее на плечо.

Обратно идти было легче — след в след по пробитой им тропе, — но вода казалась все холоднее и холоднее, вот уже, кажется, останавливается сердце, вот темнеет в глазах… Однако он добрался до автомата, ухватил его за ремень, и опять пошел дальше.

Когда Делиньш разыскал по следам своего напарника, тот уже выбивался из сил. Делиньш забрал его груз, но больше ничем помочь не сумел. Спичек у него не было — не курил, а о том, что, может, придется обсушиваться в лесу, — не подумал. Козулю спрятали, Делиньш снял с Вилкса автомат, и к вечеру охотники были дома…

Вилкс еще притворялся веселым, но Лидумс, узнав о его злоключениях, приказал Делиньшу растереть его водкой и уложить.

Вилкс проснулся от щекочущего запаха жареного мяса. Делиньш уже вернулся из похода за добычей, козла разделали и зажарили целиком на костре. Вилкс заторопился к пиршественному столу, оперся на локти, чтобы вскочить и бежать умываться, а потом есть, есть, есть и вдруг вскрикнул, повалился навзничь, тараща испуганные глаза.

— У меня, кажется, отнялись и руки и ноги, — виновато пробормотал он в ответ на вопросительный взгляд Лидумса.

— Вы накликаете что-то слишком много несчастий на одну голову! — пошутил командир. — А ну-ка поднимайтесь! Для вас оставили самый вкусный кусок, седло дикой козы… — он протянул Вилксу руку, но тот не спешил принять помощь, все лежал с затаенным страхом в глазах, будто прислушивался к тому, что случилось с его телом.

— Мазайс! — позвал командир.

Вдвоем они подняли и усадили больного. Делиньш принес ему умыться. Но каждое движение причиняло Вилксу невыносимые страдания.

— Мазайс, ты у нас чаще всех болеешь, может, ты скажешь, что такое с Вилксом?

Мазайс задумался с видом заправского консультанта, пощупал пульс, потыкал пальцем в мускулы рук, ног.

— Видно, воспаление нервов. С ногами это бывает, ишиас называется, я как-то две недели пролежал, а вот почему ему и руки прихватило, не понимаю. Нужно тепло. Делиньш, тащи пару небольших валунов, будем нагревать и подкладывать под поясницу… Муравьиного бы спирту достать для растирания, да теперь уже поздно, все муравейники снегом занесло.

После завтрака Вилкса уложили возле самой печки. Делиньш постарался, накалил голышей, нагрел их, обложил больного с таким усердием, что чуть не изжарил его, как жарили утром козла, Лидумс выдал последнюю бутылку водки для растирания.

Днем Вилкс много спал, но и во сне стонал. А просыпаясь, испытывал еще большие мучения. Мазайс и Делиньш — его добровольные санитары — сбились с ног, то поворачивая больного, то усаживая, то укладывая поудобнее.

Даже зачерствевший в своих личных горестях Эгле вдруг принялся ухаживать за коллегой, видно, подумал, как трудно будет ему выбираться отсюда, из лесу, на Запад без Вилкса.

Следующие дни не принесли никаких перемен. Боли оставались такими же острыми.

Лидумс отправил Делиньша за медикаментами и поручил раздобыть заглазный совет от какого-нибудь врача, чем лечить странную болезнь.

Делиньш вернулся через два дня и принес пузырьки с пчелиным ядом, со змеиным ядом, еще какую-то адскую смесь из эфира и хлороформа, которая, при растирании обжигала не только больного, но и его лекаря. А главное средство лечения, сказал безвестный деревенский врач, — теплая комната с горячей кирпичной лежанкой, а еще лучше — больница…

В этот вечер Лидумс подсел к больному, сказал:

— Совершить такой переход, какой мы сделали две недели назад, нам уже не удастся. Но и оставлять вас в этих условиях, где и здоровым-то тяжело, я не хочу. Если вы рискнете пробраться через населенные пункты — а это в нашем положении тоже опасно, — я попытаюсь организовать ваш переезд на хутор Арвиды.

Вилкс торопливо кивнул.

— Все это может окончиться нашим провалом…

— Будем надеяться на бога… — пробормотал Вилкс.

— Хорошо. Санный путь установился, на реках лед, можно попытаться. Завтра я отправлюсь добывать подводу. Вернусь через три-четыре дня. Потерпите, Вилкс, это время…

Утром Лидумс поручил лагерь Мазайсу и отправился в трудный путь.

Через три дня он вернулся. Был темный сырой вечер, лес придавило туманом. Лидумс возник в проеме дверей, поздоровался с «братьями», подошел к молчаливо ожидавшему Вилксу.

— Ну, как здоровье?

По одному виду командира, по его улыбке Вилкс понял, что все в порядке. Он попытался сесть. Делиньш подхватил его под мышки, усадил.

— Можно ехать? — спросил Вилкс.

— Да. Лошадь на просеке.

— Как, и вы со мной?

— Да. И Делиньш и Эгле.

Все принялись обряжать Вилкса в дорогу. Один подарил толстые носки, другой отдал свои еще новые болотные сапоги, третий раздобыл толстое шерстяное белье. Вилкс пошутил:

— Наряжаете, как жениха!

— Только в строй возвращайся, а невесту мы тебе отыщем!

— Ничего, весной увидимся!

От бункера до подводы больного несли на носилках.

Большая, серая, расплывающаяся в темноте, как привидение, лошадь была запряжена в длинные сани, заложенные сеном. Вилкса положили на сено, закрыли меховой полостью. Лидумс сел впереди, взял вожжи. Делиньш и Эгле устроились в ногах больного. Прощальные возгласы — и вот уже дорога.

3

Арвид принял гостей радушно, посочувствовал больному, передвинул кровать для него к самой печке. Он объяснил, что ему и самому надоело зимнее одиночество в лесной сторожке…

Арвид занимал две комнаты из трех. Третья, выходившая к лесу, была предназначена для Вилкса, Эгле, Лидумса и Делиньша. Так что жили снова в привычных условиях, даже бункер был устроен, похожий на лесной, хотя все и надеялись, что смогут обойтись без него, и партнеров для любой карточной игры хватало. Если Лидумс или Делиньш были заняты, приходил Арвид.

В спальне у Арвида, на окне, чтобы случайный прохожий мог видеть, стоял приемник. Антенна, поставленная на крыше дома для этого приемника, вполне подходила для передатчика Вилкса. Передатчик, оружие и всякое другое снаряжение были спрятаны в тайнике, под полом.