Охотники на мамонтов - Джин Мари Ауэл

На лице Дануга отразилось смятение, он понимающе кивнул и отвернулся, пытаясь совладать с неожиданно нахлынувшими на него противоречивыми чувствами. Ему было обидно, что выбор пал на Лэти, но Эйла назвала его настоящим мужчиной, и ее ослепительная улыбка воспламенила кровь юноши, щеки его запылали, сердце отчаянно забилось, и он почувствовал странное стеснение в паху.

Лэти бросилась переодеваться. Она натянула теплую, но легкую оленью парку, которую обычно надевала в охотничьи походы, затем быстро уложила в заплечный мешок приготовленную для нее Неззи еду и бурдючок с питьем и выбежала из дома, полностью готовая в дорогу, намного опередив Эйлу. Она внимательно смотрела, как Джондалар и Эйла закрепляют на боках лошади большие корзины, используя особую упряжь из широких ремней, специально придуманную Эйлой для того, чтобы Уинни было удобнее тащить груз. Положив в одну из корзин поверх своих вещей дорожную еду и питье, которые вручила ей Неззи, Эйла взяла заплечный мешок Лэти и сунула его во вторую корзину. Затем, держась за жесткую гриву, она легко вскочила на спину Уинни, а Джондалар помог забраться девочке. Сидя впереди Эйлы на спине желтовато-серой кобылы, Лэти сияющими от счастья глазами посмотрела на обитателей Львиной стоянки.

Немного смущенный, Дануг подошел к ним и протянул Лэти небольшой, почти плоский кусок бивня.

– Вот, возьми, я закончил карту, что начал Талут. С ней вы легко отыщете то место, – сказал он.

– О Дануг, спасибо тебе! – воскликнула Лэти и обняла брата, обхватив за шею.

– Да, большое спасибо, Дануг, – сказала Эйла, улыбнувшись ему своей чудесной, волнующей сердце улыбкой.

Лицо юноши мгновенно зарделось, соперничая цветом с его огненной шевелюрой. Когда лошадь начала подниматься по склону, всадницы оглянулись, и Дануг взмахнул рукой, показывая жестом, чтобы они скорее возвращались.

Обняв одной рукой изогнутую шею жеребенка, который напряженно следил за удаляющейся кобылой, вскидывая голову и раздувая ноздри, Джондалар положил другую руку на плечо юноши.

– Ты поступил как настоящий мужчина, – заметил он. – Я понимаю, что тебе самому очень хотелось поехать. Но не расстраивайся, я уверен, что тебе вскоре представится случай покататься на этой лошади.

Дануг просто кивнул. В этот момент он меньше всего думал о верховой езде.

Выехав в степь, Эйла привычным легким движением приказала Уинни идти быстрее, и кобыла, набирая скорость, поскакала в северном направлении. Комья земли разлетались из-под резвых копыт, и Лэти с трудом верилось, что она стремительно мчится на спине лошади. Радостная улыбка прочно обосновалась на ее губах, и время от времени, закрывая глаза и напряженно подаваясь вперед, Лэти подставляла лицо теплому ветру. Ее охватило чувство неописуемого восторга; девочка даже не мечтала, что когда-нибудь сможет испытать столь потрясающее ощущение.

* * *

Спустя некоторое время вслед за ними вышел отряд охотников. Все жители стоянки, имевшие желание и силы, отправились в этот поход. Первая тройка представляла Львиный очаг. Лэти совсем недавно разрешили присоединиться к Талуту и Данугу. В молодые годы Неззи тоже любила поохотиться и явно передала эту любовь дочери. Правда, теперь Неззи обычно не уходила далеко от дома, а оставалась на стоянке, чтобы заботиться о Руги и Ридаге и помогать молодым женщинам управляться с остальными детьми. С тех пор как появился Ридаг, она редко ходила на охоту.

Очаг Лисицы был чисто мужским, и, конечно, Уимез и Ранек были заядлыми охотниками, но из очага Мамонта в поход отправились только гости – Эйла и Джондалар. Мамут был слишком стар.

Манув тоже уже достиг преклонного возраста и остался дома, чтобы не замедлять движение отряда, хотя ему хотелось бы поохотиться. Трони была обременена заботами о Нуви и Хартале. Она также редко покидала жилище, за исключением тех кратковременных вылазок, в которых могли участвовать и дети. Таким образом, Торнек был единственным охотником Оленьего очага, так же как Фребек был единственным охотником очага Журавля, поскольку Фрали и Крози оставались на стоянке вместе с Кризавеком и Ташером.

Наиболее полно был представлен очаг Зубра. Тули всегда умудрялась присоединяться к охотничьему отряду, даже когда у нее были грудные дети. Кроме того, в поход пошли Барзек, Диги и Друвец. Бринан всячески пытался убедить мать взять его с собой, но Тули оставила мальчика вместе с его младшей сестрой Тузи на попечение Неззи, а в утешение сказала Бринану, что очень скоро он станет совсем большим и будет всегда ходить на охоту.

Когда охотники достигли вершины берегового склона, Талут, взяв хороший темп, повел отряд на север по травянистой степной равнине.

* * *

– Мне тоже кажется, что в такой чудный денек не стоит сидеть дома. Надо с толком провести его, – решительно поставив чашку на землю, сказала Неззи, обращаясь к группе оставшихся обитателей стоянки, которые после ухода охотников собрались на свежем воздухе вокруг кухонного очага, чтобы закончить завтрак и выпить чаю. – Зерна уже созрели и подсохли, и мы вполне можем пособирать их, а заодно и погреться на солнышке в эти последние теплые деньки. Если останется время, можно сходить еще в сосновую рощицу за ручьем и натрясти семян из сосновых шишек. Ну как, у кого есть желание составить мне компанию?

– Я не уверена, что Фрали пойдет на пользу такая дальняя прогулка, – заметила Крози.

– О нет, мама, – сказала Фрали, – это совсем недалеко, и мне как раз полезно пройтись. Когда наступят холода, мы будем все время сидеть дома. А погода должна испортиться со дня на день. Мне так хочется пойти с вами, Неззи.

– Хорошо, тогда, пожалуй, мне тоже придется пойти, чтобы помочь вам управиться с детьми, – сказала Крози таким тоном, будто она шла на великую жертву, хотя на самом деле мысль о дневной прогулке пришлась ей по душе.

Трони была более откровенна в своих высказываниях:

– Тебе пришла в голову отличная идея, Неззи! Я уверена, что смогу донести туда Хартала в заплечной корзине, а если Нуви устанет в дороге, то возьму ее на руки. Погода сегодня просто чудесная, а я уж и не мечтала, что в этом году нам еще удастся провести целый день на свежем воздухе.

– Да, наверное, я тоже присоединюсь к вам, Неззи, – сказал Мамут. – Может, Ридаг будет не против поболтать со стариком да заодно подучит меня новым ручным знакам Эйлы. Ведь он так отлично усваивает их.

– Но, Мамут, ты и сам очень хорошо говоришь на знаковом языке, – возразил Ридаг, делая соответствующие жесты. – Ты быстро запоминаешь знаки. Может быть, это ты подучишь меня?

– Может быть, мы сможем поучиться друг у