И на погосте бывают гости - Владимир Тучков

Долго искали то самое место, где в прошлый раз останавливались. Кругом одни и те же деревья. И дорога всюду одинаково раздолбана. Наконец Стрелка вспомнила, что входила в лес именно здесь, где елка с двумя макушками и упавшая береза, поросшая грибами.

Начали припоминать, во сколько же это могло произойти. И поняли, что в лес идти уже бесполезно. И того места не найти, да и поздно уже. И, значит, Изольде – Танцор прекрасно помнил имя несчастной – теперь ничем не поможешь. Она либо уже изрезана на куски, либо это произойдет с минуты на минуту.

– В общем так, – сказал Танцор, – давай-ка ложись на заднее сиденье. А я тебя чем-нибудь прикрою. Чтобы не было видно.

– Это ещё зачем?

– Надо в точности воссоздать ту обстановку. Хотя бы внешне. Чтобы Маньяк, увидев меня одного, подошел. Тут ему и крышка.

Стрелка забычила сигарету и безропотно перебралась назад. Затаилась.

Танцор вытащил из тайника под сиденьем Стечки-на, снял с предохранителя и положил в правый карман куртки. Открыл и вернул на место левую дверь. Но оставил незахлопнутой, чтобы можно было сразу же отпихнуть её локтем, не колупаясь с замком.

Потом установил зеркало заднего обзора так, чтобы было видно, как Маньяк будет выбираться из леса. Хотя, конечно, он мог выйти левее или правее машины. Но обзор был все-таки нормальный: левым глазом Танцор смотрел в зеркало, правым – чуть вбок. «Актерские навыки не пропьешь», – подумал он. И при этом неплотно прикрыл веки. Чтобы и маленькая щелка была, и создавалось ощущение, что человек сидит с закрытыми глазами. Дремлет.

Так он «дремал» довольно долго, не решаясь посмотреть на часы, чтобы не сбить оптику. Стрелка, пригревшись, начала посапывать. Это, конечно, было хорошо. Девушка, похоже, после вчерашнего оклемалась. Однако посторонний звук мог спугнуть Маньяка. Вдруг у него какой-нибудь звериный слух.

– Эй, – тихо позвал он, – эй, Стрелка.

Стрелка завозилась. Сопение прекратилось.

Время шло. Никто из лесу не выходил. Лишь изредка проезжали мимо машины. С шипением на мокром асфальте.

«Может быть, надо, как тогда, начать сочинять стихотворение? – . подумал Танцор. – Может, даже такие мелочи имеют значение?»

Начал припоминать.

Вот и кончился карнавал.

Уж в рога протрубили охотники.

Этой ночью склевал

Счастье дождь на моем подоконнике.

Попробовал продвинуться дальше.

Вот и серые дни Потянулись по небу устало. Мы с тобою одни, Только этого мало!

Понял, что сбился на Арсения Тарковского. Мысленно перечеркнул три последних строки. Опять напрягся, не забывая наблюдать за враждебной стеной леса.

Вот и серые дни…

Вот и серые дни…

Вот и серые дни…

Вот и серые дни…

Вот и серые, блин, дни…

Вот и серые дни, хрен бы их побрал…

Вот и серые дни…

Вот и серые дни…

И вдруг еловая ветка точно справа от машины неестественно пошевелилась. Хоть никаких птиц и в помине не было.

Танцор напрягся.

Вышел Маньяк. Все как тогда – в длинной куртке с капюшоном, в белой маске. На плече висела солидных размеров сумка.

Стрелка не спала. Это Танцор чувствовал точно. Изучил уже вдоль и поперек. Поэтому, чтобы не перепугать до полусмерти, совсем тихо прошептал, не шевеля губами:

– Идет. Угу?

– Угу.

Маньяк приблизился, внимательно всматриваясь в водителя.

«Блин, – мелькнула вредная мысль, – у нас же с ним одинаковая сила. Если промахнусь, что тогда?»

Маньяк обошел машину спереди, наклонился к стеклу…

И тут Танцор изо всей силы толкнул дверь. Это был полный нокаут. Маньяк рухнул на спину.

Танцор выпрыгнул, точнее – выпорхнул ястребом и долго стрелял. Может быть, пять раз. Может быть, двадцать пять. Опомнился, когда палец бессмысленно нажимал на курок, потому что магазин был пуст. Ну, а уж Маньяк был более чем мертв.

Оттащил на обочину. Отволок в заросли.

Малость успокоился и задрал маску. «Точно, вылитый я».

Потом раскрыл сумку. Выкинул кровавое тряпье.

Под ним были самые разнообразные,инструменты.

Танцор уже давно, примерно с год, как избавился от рвотного рефлекса. Поэтому все шло нормально.

Боковым зрением увидел, как Стрелка, прижавшись лицом к стеклу, смотрела круглыми глазами.

На самом дне был большой пластиковый пакет. В нем была голова. Женская.

И тут вся его подготовка куда-то исчезла. И он отбежал на сколько мог в кусты, чтобы Стрелка не видела. А что слышит – пусть. Танцора рвало. Рвало мощно и обильно. Хоть с утра ничего и не ел.

Потом долго вытирал руки и губы мокрой травой и листьями.

Стрелка хотела сесть за руль. Однако он упрямо отказался, сказав невесело:

– Ничего, не привыкать. В первый раз, что ли?

– Не в первый, конечно. Но…

– Там голова была. Изольды. Такие дела.

Долго ехали молча. Потому что Стрелке было гадко, а Танцору мерзко. Не самые лучшие чувства для общения. Да и говорить было не о чем – «такие дела».

Зазвонил телефон. Танцор остановился и взял трубку, потому что не хотел рисковать Стрелкой. С трубкой в правой руке и с рулем в дрожащей левой – прямая дорога на тот свет. Тот самый.

– Танцор, а я-то старый дурень думал, что тебе такая игра придется по душе! Вот же ведь – абсолютное зло, омерзительное! И тебе его надо истребить. Это ли не благородно?! Спасешь множество невинных жертв. Разве это патология? С моей-то стороны. Так что же с ним делать? В психбольнице, что ли, держать? Казенными харчами кормить? А так он будет ключевой фигурой новой игры. Ваша команда на него будет охотиться. Ведь это же зрелищно! Разве не так? Будут большие ставки делать! Жизнь закипит! Да как же я его уберу-то? Ведь уже анонс разместили. В тотализаторе уже изрядная сумма лежит. И как же я его теперь уберу-то? В своем ли ты уме? Или уже со Стрелкой мухоморов объелись?..

Это было невероятно! Сисадмин молотил точно тот же самый текст, что и в прошлый раз. С теми же самыми интонациями. И не реагировал, не прерывался, когда Танцор, все поняв, пытался как-то вклиниться. Это была магнитная запись. Или звуковой файл.

Выключил мобильник.

Было предельно тошно.

АППЛЕТ 100.

БОЙЦЫ ВСПОМИНАЮТ МИНУВШИЕ ДНИ

Разговор был не из приятных. Следопыт никак не мог поверить в то, что долгих двадцать с лишним дней, больше трех недель, начиная с седьмого сентября, хоть это и сегодняшнее число, все они охотились на Маньяка.

И что вчера, двадцать девятого сентября, несмотря на то, что сегодня седьмое, в женском туалете клуба «Куклы» он собственноручно заколол Маньяка штыком.

А перед этим долго и скрупулезно собирал на него данные в базе данных МУРа. И даже получил его психологический профиль в фэбээровской компьютерной системе VICAP. Следопыт не верил, хоть ты лопни, в то, что они открыли сайт Sadizm.ru. И что Стрелка долго переписывалась с Маньяком, а потом…