Шаманка. Невеста слепого мага (СИ) - Лафф Мишель

Глава 24. Всё по-прежнему идёт по плану

Новости из Фитоллийского дворца пришли не самые хорошие. Дружок Анри шепнул ему, что Кеннет Делири приходил на аудиенцию к Эльвире и вышел из малого тронного с крайне довольной рожей. Сорвалась первая попытка заполучить Софию. Глава Клана Смерти ожидаемо вывернулся. Что придумал в своё оправдание?

Дружок Анри не знал. Франко тоже не мог сообразить. Давно в мозгах первого меча Фитоллии не копался. Теперь нить его рассуждений не отследить по щелчку пальцев. Оставалось надеяться на Эльвиру.

Ведьмы до смерти боялись оказаться под гнётом Тёмной империи. Они всё сделают, чтобы заполучить кочевницу и оживить с её помощью драконов. Пророчество о великой ведьме на их стороне. До сих пор. Да, с ним вышла осечка. Изначально ставку делали на Верховную Стану. Шутка ли — в двадцать лет создать собственное государство. Девчонка заполучила земли и поддержку Светлого императора. Он и построил города на островах. Но потом великие подвиги и свершения кончились. Теперь фитоллийские ведьмы ставили на Велену. Она так же, как мать получила метку Лилит. Так же, как мать была готова идти по трупам, однако ей тоже чего-то не хватало. Загадка воскрешения драконов не поддавалась.

“Пророчество, — смеясь, рассказывал слепой маг Лиане, — фитоллийские стервы забыли, что его нужно толковать буквально. “Та что соберёт всех ведьм вместе”. Разве у Станы получилось? Нет, были те, кто отказался признать её власть. Дикие. Велена тоже не смогла с вами справиться. Вот пророчество и не исполняется. Пока идёт вражда, вы разобщены. А ты, моя дорогая, если сядешь на трон, то откроешь ворота Фитоллии для своих соратниц. Государство станет по-настоящему единым”.

Лиана мурлыкала громче десяти кошек, как ей нравилась эта идея. Франко придумал её, чтобы сменить кнут на пряник. Если ведьма будет верить, что ворует росток дерева богини ради собственного величия, то ляжет под палача намного быстрее. Как завоевать трон? Верхом на драконе, конечно. Но чем дольше он распалял тщеславие Лианы, тем больше сам верил, что именно ей суждено стать великой. А значит, отпускать её из дома нельзя. Пусть притворяется троюродной кузиной из Бессалии. Пусть думает, что у неё есть шанс стать любовницей старшего из братьев Гвидичи. Жениться на Софии ему это никак не мешает. А после того, как первый драконёнок вылупится из яйца, Франко свернёт ведьме шею. С превеликим удовольствием.

— Танцуй, дорогой! Пляши, как пьяный портовый грузчик в кабаке, — пропела ведьма, и её слова подхватило эхо. Не успела закрыть за собой вход в подвал. — Или нет, в Пекло танцы. Хочу поцелуй. А лучше ночь любви. Поверь, оно того стоит! Угадай, кто принёс тебе координаты убежища на блюдце с золотой каёмочкой? Угадай, кто на шаг приблизил нас к претворению планов в жизнь?

Она висела на Франко, обнимая за шею. Сама была пьяна, как тот портовый грузчик. Язык заплетался. Да и запах сливового бессалийского вина не успел выветриться.

— Палач не умер на тебе, дорогая? Или правильнее спросить: под тобой?

— Не ревнуй, — глупо захихикала она. — Живой твой палач. А вот я чуть не сдохла. Воинов клана надо вырезать после сорока. Потом они всё равно не воюют, а энергию сливать некуда. О, Лилит, какой подозрительный тип этот Дорак. Пришлось есть с ним из одной тарелки. И антидот выпила поздно. Едва дождалась, пока он с меня слезет, старый хрен. Но не переживай, лишнего не сболтнула. Да и не вспомнит он сегодняшнюю ночь. Так, в общих чертах. Приходила жена, накормила, напоила, спать уложила, ушла засветло. Я к ней тоже заглянула. Приворотом напоила, чтобы она к нему ещё побегала пару недель сама. Эх, вернуть бы твои былые таланты. Р-р-раз — и воспоминания поправил. Р-р-р-раз — и жена вновь любит мужа. Красота!

Дар так не работал. По крайней мере, с Амелией не получилось. Но Франко не стал разочаровывать ведьму. Лениво погладил её по бедру, выслушал очередное пьяное мырлыкание, и перешёл к делу.

— Тебе портал в убежище открыть или сама справишься?

— Сама, — фыркнула Лиана. — Дай только второй дозой антидота закинуться. Иначе открою портал на проклятый остров — и всё. Плакали великие планы по завоеванию мира, — она замолчала, зазвенела бутыльками с зельями, а потом продолжила трезвым тоном: — Нам нужна стеклянная колба с ростком внутри, да? А если их будет несколько? Забирать все?

— Она будет одна, — терпеливо объяснял старший Гвидичи. — Слезь с меня хотя бы на минуту и открой ящик письменного стола. Там лежит неготарианское стекло. Размером оно с большую монету, оправлено серебром. Разглядывай через него сокровища Клана Смерти. Как заметишь фиолетовое свечение, сразу хватай.

— Не учите папу любить маму, — хмыкнула ведьма. — Это пенсне Плиния?

— Да, — вздохнул Франко. Забыл, что привычка прыгать из одной постели в другую подарила Лиане бесценный жизненный опыт. И некоторое специфическое знание. — А рядом фальшивый росток в точно такой же колбе, какая была у настоящего. Ты ведь в курсе, что мы работаем очень тихо? Чем дольше Кеннет не узнает о пропаже из хранилища, тем лучше.

— Сделаю в лучшем виде, дорогой.

Вход в подвал закрылся с едва различимым скрежетом. Слепой маг со стоном вытянул ноги и подумал, что редкий мужчина жаловался бы на его месте. Опытная обольстительница из кожи вон лезет, чтобы завоевать его внимание, а ущербный калека носом воротит. Но нет, он слишком хорошо знал цену ведьминской симпатии. О любви там речи вообще не шло. Лиана собиралась скакать на нём с чуть меньшим отвращением, чем ложилась под палача. Расчётливая, холодная, беспринципная, продажная тварь.

— Что же я должен был вспомнить? — сквозь дремоту ворчал слепой маг. Время тянулось медленно, мысли напоминали болото. — Татуировки, драконов или само плато Укок? Что от меня хотела София?

Образ прекрасной иномирянки преследовал его каждую ночь. Ему снился её голос, её запах. Фантомное ощущение шёлка волос под пальцами. Двадцать лет Франко считал, что особо-то не нуждается в женской ласке. Книги заменяли свидания, глупые ухаживания и постельные развлечения. Но всё изменилось сначала с Амелией, а потом вернулось с Софией. Собственному телу было плевать, что он её ни разу не видел. Детородный орган наливался кровью от одних мыслей. Робкой мечты, что однажды он завоюет самую неприступную женщину. Приведёт её в свой дом, в свою постель. Слепой маг почти смирился, что сильные чувства граничат с безумием. Больше его не пугало, с какой страстью он хочет обладать Софией. Признание брата помогло. Фредерико пришёл к нему после военного совета в клане и рассказал, что сдержанная и рассудительная иномирянка чуть не устроила скандал.

“Отпустите меня к жениху! Охранять мою жизнь — его забота”.

Франко улыбался, как дурак. Мгновенно простил ей холодность последней встречи. Маленький спектакль под названием “я обиделась на ваше невнимание”. Сначала он вспылил, что София выше подобных игр, но сцена на совете… О, сцена на совете объяснила всё. Когда встал вопрос, где остаться, невеста выбрала его.

“Ты только не расслабляйся, — напутствовал брат. — Кеннет не хочет её отдавать. Самый простой выход для тебя — пройти ритуал инициации и стать частью клана”.

Франко громко фыркнул в ответ. Нет, он был сыт несвободой по горло. Сначала Плиний, потом Дартмунд. Фитоллийские ведьмы звали к себе первым магом, Сарвальд

намекал, что чёрный уровень в Тёмной империи оценят по достоинству. Но зачем снова нырять головой в ярмо? Не для того он затеял возрождение драконов, ох, не для того.

“Нет, уж лучше ты выходи из клана Фредерико. Делов-то — ещё раз прогуляться в бездну, чтобы метки слетели”.

Но младший Гвидичи своё положение главы совета ценил высоко. И был предан проклятому Кеннету Делири. По-настоящему предан. Так что Софию из клана придётся забирать силой…

— Дорогой, — позвала ведьма. — Ты ещё спишь? Если так, то я попозже зайду. Всего-то вернулась к тебе с древней магической вещью, которая вознесёт нас над всеми. Ты спи, спи. Может, тебе хоть сны неприличные с моим участием снятся? Ты так улыбался… Зацеловала бы!