Хрустальное сердце - Татьяна Корсакова

— Это тапки, — шепотом сказал Макс, гладя лежащую рядом Лизавету по влажной спине. Она заворочалась, до подбородка натянула простыню, села — приготовилась к побегу… Макс усмехнулся: — Я купил тебе вчера в подарок тапки с глазами. Хотел сделать сюрприз. Кто ж знал, что они светятся в темноте?!

Она чуть слышно фыркнула, кутаясь в простыню, сползла с кровати.

— Я, между прочим, тоже испугался. Не меньше твоего. Я, если хочешь знать, теперь боюсь спать один. Ты куда, Лизавета?

Она выскользнула из спальни, а он остался лежать, вслушиваясь в затихающее шлепанье босых ног. С одной стороны, хорошо, что она ушла к себе: субординация и все такое… А с другой — могла бы немножко полежать рядом, дождаться, пока он уснет. Уходить по-английски после такого тесного общения — это как-то невежливо. Макс тяжело вздохнул, перекатился со спины на живот, поворочался немного, устраиваясь поудобнее, и не заметил, как уснул.

Тапки «с глазами» были очень смешными и очень удобными. Лиза сунула в них босые ноги, притопнула от избытка чувств. Не оттого, что они такие милые и удобные, а оттого, что их подарил Макс.

Что-то с ней происходит в этой Москве. Как сказала бы любимая тетушка, Лиза теряет ориентиры. Да что там теряет! Она их уже потеряла. Спит с малознакомым мужчиной, по всей вероятности, законченным плейбоем, принимает от него подарки и, что самое ужасное, получает от всего этого безобразия удовольствие.

Стоп, стоп, стоп! Нельзя предаваться иллюзиям, это не роман, это маленькая, ни к чему не обязывающая интрижка. Наверняка секс с ней стоит в списке легостаевских побед не под первым и даже не под сто первым номером. Она — аутсайдер, сирота с Белорусского вокзала.

А ведь есть еще Лора. Вот кто уж точно идет под номером первым! Она красивая, стильная, знаменитая. Она особенная, настолько особенная, что кому-то понадобилось устраивать на нее покушение. Именно такая женщина нужна Максу Легостаеву, а не какая-то провинциальная мышь с афазией и большим багажом неприятностей. Она всего лишь маленькая и забавная нелепица в его сияющей, стильной жизни. Лиза срочно должна взять себя в руки, пока не случилось ничего непоправимого.

Лиза подошла к стеллажу с хрустальными фигурками, ногтем постучала по стеклу, привлекая внимание Дракона. Раньше, еще до запрета, она любила брать Дракона в руки, ей нравилось сажать его к себе на ладонь и разглядывать. Дракону тоже нравилось — Лиза это чувствовала. Но теперь он сидит в своей стеклянной темнице, а она ничем не может ему помочь. А может, ну их к черту, эти запреты?

— Лизавета, даже не думай, — послышалось за ее спиной. Легостаев смотрел на нее не то чтобы сердито, но неодобрительно.

Лиза попятилась прочь от стеллажа, спрятала руки за спину.

— Это последнее предупреждение, — сказал он неожиданно серьезным тоном. — Мне не хочется казаться деспотом, но эта коллекция мне очень дорога. Гораздо дороже, чем некоторые люди. Я тебя выставлю за дверь, если еще хоть раз увижу у стеллажа. Ты поняла меня, Лизавета?

Она поняла. Легостаев только что очень точно расставил акценты. Главное — правильно расставить акценты, чтобы все сразу стало ясно и понятно, чтобы не осталось никаких недомолвок. Он — хозяин, она — прислуга. У хозяина есть любимое хобби, которое значит для него намного больше, чем вся прислуга мира, вместе взятая. Лиза все поняла. Может, у нее и афазия, но она не дурочка.

Лиза кивнула — тоже очень серьезно, без тени улыбки. Улыбки не нужны, когда акценты расставлены правильно.

— Тебе понравились тапки? — Легостаев смягчился.

Она еще раз кивнула и пошла в кухню, готовить завтрак.

Нельзя было придумать лучшего катализатора для Лориной карьеры, чем эпизод с покушением. Если раньше ее знал только узкий музыкальный круг да армия безмозглых подростков, то теперь, благодаря выступлениям в бесчисленных ток-шоу и продуманным до последнего слова, до последнего вздоха интервью, Лору Лайт узнала вся страна. Факт нападения на «молодую, но очень перспективную телеведущую» стремительно обрастал слухами и даже приобрел некоторую политическую окраску. В кулуарах поговаривали, что «эта девочка» знает что-то очень важное, что она «пострадала за идею», что за переход на центральный канал Лора заплатила большой ценой, чуть не погибла, «бедняжка». А Солодовников во всей этой истории ни при чем. Мол, он был влюблен в Лору, мол, терзался и переживал из-за ее ухода с его канала. Но «заказать»?! Боже упаси! Он мухи не обидит, не то что «свою милую Лорочку». И вообще, у него железное алиби. Об этом неоднократно публично заявляли его адвокаты. Сам же Солодовников, скрестив пухлые ручки на необъятном животе, со слезой в голосе желал «своей Лоре» счастья и карьерного роста. Лора погневалась, погневалась, да и простила своего бывшего патрона. В одном из телешоу они даже обменялись дружескими рукопожатиями, под бурные аплодисменты растроганных зрителей.

И на новом канале у Лоры все складывалось удачно. Рейтинг ее программы рос с каждым днем, и в редакции уже подумывали о более престижном эфирном времени. Лора сменила не только канал, но и имидж. Больше никаких вызывающих маечек и топиков без нижнего белья, никаких кожаных штанов и высоченных ботфорт. Теперь только деловые костюмы, элегантные платья, консервативные туфли и сдержанный макияж. Теперь она птица уже совсем другого полета…

А вот с телохранителем Лора прокололась. Нужно было послушаться Макса, выбрать в бодигарды кого-нибудь менее приметного и более презентабельного. Какого-нибудь обладателя черного пояса по карате, с раскосыми глазами и непроницаемым лицом. Или бывшего спецназовского командира, идущего под пули с равнодушной ухмылкой, бывалого, хорошо бы еще и убеленного благородной сединой. А она выбрала какое-то тупое животное, примитивное, вечно жующее жвачку… Нет, телохранителя нужно срочно менять, этот никак не согласуется с ее новым имиджем. Все, решено, этого орангутанга она отправит в отставку, подыщет себе более презентабельный вариант. Надо было сразу послушаться Легостаева.

Кстати, о Легостаеве. С ним тоже нужно что-то делать. Он, конечно, мужчина интересный, и в приличном обществе с ним появиться не стыдно, но теперь вокруг нее столько красивых, перспективных, а главное, богатых самцов, что глупо зацикливаться на Максе. Нужно ловить шанс…

С Лорой в последнее время как-то не заладилось. Она с головой ушла в свою новую работу, пожертвовав ради этого их с Максом нежными отношениями. Бизнес-леди, черт бы ее побрал!

«Легостаев, у меня съемки… Легостаев, поужинай один… Легостаев, я слишком устала, чтобы заниматься всякими глупостями…»