История одной клятвы (СИ) - "ZelSa"

— Белла, открылось кровотечение, сердце Джейн не справилось. Такое бывает. Ты в этом не виновата.

— Но я хотела, чтобы она умерла, — отрешенно проговорила Белла, — Эдвард, когда ты ушел с ней, я хотела, чтобы она умерла.

Тут из ее груди вырвался крик. Грудной крик, что так долго сдерживала злость и ненависть. В первую очередь ненависть, которая копилась у нее годами. Ненависть на свое тело, что лишило ее самого главного. Семьи.

Белла вцепилась в пиджак Эдварда, словно опасаясь, что он сбежит, услышав ее признание. Но он не собирался сбегать. Мужчина знал, что все совершают ошибки, и чувство вины приходит как расплата. Эдвард просто надеялся, что это их чему-нибудь научит. Чему-нибудь.

Стрелки лениво двигались к шести. Джаспер сидел в кресле, вслушиваясь в монотонную работу датчиков. Его раздражал их звук, но их слаженная работа говорила о том, что Элис все еще не сдается. Это ему же нравилось. Мужчина упорно боролся со сном. Вот уже трое суток он не покидал стены этой больницы. Пока его дочь и жена оставались тут, ему некуда было возвращаться.

Внезапно ему показалось, что один из пальцев левой руки Элис шевельнулся. Джаспер встрепенулся. Он ждал, что это повторится вновь, но этого не случилось. Мужчина много слышал про миражи и почувствовал разочарование. Похоже, утомление давало о себе знать.

Джаспер коснулся ее руки.

— Элис, вернись ко мне, — проговорил он.

Подобные слова он повторял не раз, но они, казалось, уходили в пустоту. Однако в этот раз ему почудилось, что ее рука дернулась.

— Элис, — повторил он вновь, торопливо нажимая на кнопку вызова.

Ему хотелось, чтобы хоть кто-то это увидел. Доктор или медсестра, не важно. Лишь бы они подтвердили, что он не сходит с ума.

Он вновь посмотрел на девушку и попал в плен карих глаз. Таких родных и любимых, что он не сумел сдержаться. С него разом схлынуло напряжение последних дней.

— Я люблю тебя, малышка, — проговорил он, целуя ее лоб, — люблю тебя.

Его сердце было переполнено небывалым счастьем, а в глазах появились слезы.

========== Эпилог ==========

Дом был пропитан ароматом роз. Пожалуй, их было чересчур много. Тяжелыми бутонами роз кремового оттенка были увиты деревянные перила лестницы. По углам были расставлены букеты кустовых роз. Они были срезаны буквально пару часов назад. Легкая ненавязчивая музыка разбавляла веселые голоса. Ожидание грядущей радости застыло воздухе.

Мужчина, что только что вошел в дом, остановился. Ему захотелось сполна насладиться этим моментом. Насладиться этой хрупкой тишиной, границей между настоящим и будущим. Таким будущим, от которого у него захватывало дух.

— Джаспер, вот ты где?

Джаспер не успел отреагировать, как его взрослая сестренка, прыгнула в его объятия.

— Я так счастлива, — проговорила она, — ты заслужил счастья.

— Спасибо.

Джаспер наблюдал, как Розали крепит бутон розы на грудном кармане его пиджака. Этот момент невольно вернул его воспоминания о средних классах, когда он впервые повел девушку на осенний бал. Розали, тогда еще маленькая девочка, была взбудоражена этим событием. Джаспер вспомнил, как встал на колено, чтобы Розали смогла завязать его галстук. Как ее брови приподнялись, а губы сжались в тонкую полоску от напряжения. В тот момент маленькая девчонка была уверена, что от нее зависит весь исход вечера.

— Что ты так на меня смотришь? — прищурившись, спросила Розали.

Джаспер улыбнулся воспоминаниям и поцеловал ее макушку.

— Спасибо тебе, за все.

В ответ девушка зашмыгала носом, а потом и вовсе заплакала.

— Я люблю тебя, — выпалила она, пряча глаза от смущения.

Тут на пороге появился ее муж.

— Детка?

От беспокойства мужа Розали совсем расклеилась.

— Гормоны, — пожаловалась она.

Несмотря на то, что она полгода назад родила чудесного мальчика, женщина продолжала ссылаться на разбушевавшиеся гормоны. На самом деле радости и волнения в ней было так много, что она просто не выдержала. Впрочем, Эмметт не жаловался. Он обнял жену и что-то прошептал. Через пару секунд они вольно целовались.

Джаспер оставил их наедине и направился наверх. Он знал, что совсем скоро он увидит Элис, но не удержался от соблазна ещё раз взглянуть на нее до церемонии. Ей пришлось многое пережить, так что его сложно было в чем-то упрекнуть. Уж точно не в излишнем беспокойстве.

Однако как только он попытался открыть дверь, где пряталась невеста, как наткнулся на препятствие. Белла и Виктория просто запретили ему приближаться к невесте, до церемонии. Однако Джаспер проявил настойчивость. В конце концов, Элис согласилась уделить ему пару минут.

— Видеть невесту до свадьбы — плохая примета, — сообщила она через дверь.

Джаспер мог довольствоваться лишь этим. Он прижался к двери.

— Я люблю тебя, — проговорил он.

— Боишься, что я передумаю? — кокетливо спросила Элис.

— Боюсь, — без смущения признался мужчина. — В конце концов, не я ушел в кому, лишь бы не говорить мне свое «да».

Элис рассмеялась от удовольствия. Он никогда не упускал возможность поддеть ее упрямство.

— Ты обещал любить меня вечно, — напомнила она.

Совсем по-детски этот разговор через дверь веселил их.

— Разве может быть по-другому? — уже серьезно проговорил жених.

По другую сторону двери девушка замерла от волнения. Ей казалось, она никогда не научится не забывать дышать, когда он признается ей в любви.

— Ну, а ты ничего не скажешь? — спросил он, выждав минуту.

— Обойдешься.

Девушка смехом оборвала романтическую обстановку. Джаспер рассмеялся. Он отстранился, чтобы спуститься вниз. Подходило время свадебной церемонии. Но вдруг услышал ее шепот. Ее голос перестал быть бесстрастным. В нем слышалась нежность и робость. Таким интимным голосом можно было говорить только о чем-то действительно сокровенном.

— Джаспер, — прошептала она, — в детстве мне всегда снилась одна и та же карусель. Только теперь я все поняла. Джаспер…

Мужчина припал к двери. Ему хотелось, чтобы она говорила у самого сердца, говорила, взглянув в его глаза, но нельзя. Нужно было соблюсти все традиции свадьбы ее мечты. А его мечта — она.

— Да?

— Ты центр моей карусели.

Это было правдой. Впервые она знала, что она больше не упадет с той карусели. Джаспер — сердце, стрежень, он — опора, которой ей так давно не хватало. Она расправила плечи и взглянула на девушку, что смотрела на нее сквозь зеркало. Ею можно было гордиться.

Кома была суровым испытанием. Элис пришлось долго и упорно восстанавливаться, но она с этим справилась. Ей предсказывали паралич конечностей, амнезию. Не все верили, что Элис сумеет очнуться. К счастью, все эти тревоги остались в прошлом.

В первое время девушку смущал тот выбор, что сделал Джаспер между ней и ребенком. Но погружение в обиду и страх стало бы ношей, тянущей вниз. И она все простила и отпустила. Отпустила, поскольку жизнь оказалась глубже, чем весь океан необъятной планеты. Завысить цену своей жизни значило бы принизить жизнь ее малышки. А мысль о ее потере сейчас приводила молодую мать в ужас.

— Ты готова?

Она была так погружена в мысли, что не сразу заметила отца.

Чарли стоял в черном смокинге с хмурым выражением лица. Элис знала, что так на нем сказывается волнение.

— Да.

Мужчина взял руки дочери в свои.

— Ты уверена?

Признаться честно, он уже забыл ту обиду и недоверие, что раньше испытывал к жениху дочери. Теперь каждая веселая, жизнерадостная улыбка внучки заставляла его чувствовать себя виноватым перед ней. В тот роковой день в больнице, он был уверен, что жизнь его дочери дороже. Что даже если ее ребенок не выживет, Элис достаточно молода, чтобы родить еще детей. Но сейчас, с каждым днем, каждой минутой, проведенной с внучкой, к нему приходило осознание того, что его маленькая внучка Элен уникальная и особенная девочка. Впрочем, как и его вторая внучка Несси. Вот же напасть. Он ругал зятя за неравноценный выбор. Теперь же сам разрывался между двумя младенцами. Лишь бы не обделить кого-то из них своим вниманием. Некогда суровый страж закона стал плюшевым, ворчливым медведем.