Узники крови (СИ) - Катерина Кин

К тому времени, как сумеречный достал мое тело из автомобиля, оттащил подальше и аккуратно уложил его на траву, дела мои шли хуже некуда. Следить за речью становилось все сложнее, я скакала по темам и уплывала в какие-то заоблачные дали. Периодически мне приходилось напоминать себе, что мне что-то нужно тут, а то душа рвалась куда-то полетать, забывая обо всем. Похоже, процесс как-то приостановился, когда я была в теле Маклея, но теперь пошел по нарастающей.

— Как тебя зовут?

— Нийман, дитя надежды.

— Поторопись и скажи мне, что ты со мной сделал, и почему я не в своем теле! — Даже мою безэмоциональность прорезали панические нотки. Я не хотела умирать вот так вот!

— Я не знаю.

Наверное, мой призрачный образ как рыба открывал и закрывал рот, так как выглядела я именно так.

— Что, прости? Ты хочешь мне сказать, что я, когда лечила тебя поглотила Нечто, сидящее внутри твоего же тела, а ты ни слухом об этом… И вообще… — Я забыла, что хотела сказать.

— Дитя надежды…

— Меня зовут Маэль, по-вашему Майли! И если в ближайшее время я не вернусь в свое тело, то не будет ни надежды у вас, ничего! Я растворяюсь в воздухе как жир от чистящего средства — быстро и навсегда!

Интересно, я в жизни так тоже объясняюсь, или шарики за ролики у меня заходят только в таком состоянии?

— Простите, Майли, но я действительно не знаю, что за паразит обитал внутри меня и атаковал вас. — Похоже, сумеречный был расстроен. Еще бы, пришел сообщить мне важную информацию, а я умирать собралась, вот веселуха-то! — Но я могу помочь вам воссоединиться с телом, только вот там уже вы столкнетесь с этим существом один на один.

— Что угодно, только побыстрее. Я теряю реальность с каждым мигом. — Я не врала, мир вокруг стал нечетким и мигающим, будто на экране испорченного телевизора.

Сумеречный сел рядом с моим телом и положил мне на живот свою волосатую лапу. Его лицо приняло сосредоточенное выражение, глаза закрылись, а губы стали шептать нечто, что я никак не могла понять даже с моими познаниями их языка. Там было что-то о Древе, о воссоединении и о темной стороне. Дальше больше — от его фигуры полилось странное сияние сиреневатого цвета. Все это показалось мне очень и очень подозрительным. Этот представитель дружественного народа как-то очень обыденно сделал мне это предложение, соорудил на скорую руку некое заклинание и вообще вел себя так, будто…

— Это все было подстроено заранее, не так ли! А ну не смей распоря….

На этой фразе от сиреневого сияния ко мне рвануло щупальце и с невероятной скоростью втянуло в мое бывшее тело. Меня накрыла темнота…

Я стояла и смотрела на огромное овальной формы зеркало передо мной. Оно было заключено в раму из какого-то странного метала очень похожего на серебро, а по прозрачной поверхности стекла ходили волны.

Я всматривалась в свое отражение, покрытое рябью словно озеро от дуновения ветра, и не могла понять, что во мне не так». Я» внутри зеркала не нравилась мне, но чем, это определить было весьма трудно. Те же глаза с золотистыми крапинками-бликами, те же спутанные карамельного цвета волосы. Даже порез на виске со стекающей оттуда тонкой струйкой крови совпадал с моими ощущениями, когда я дотронулась пальцами до головы и испачкала их в алой жидкости.

И тут до меня дошло, что не так. Отражение улыбалось. Такие знакомые губы кривились в усмешке, пока рука размазывала по коже кровь, словно рисуя жуткую маску, до неузнаваемости искажающую черты. Я как завороженная наблюдала за этим странным действом, не понимая его значения, пока отражение не протянуло ко мнеокровавленную руку и не начало рисовать на мне.

Не знаю, как у других, а у меня этот простой жест вызвал какой-то первобытный ужас. Самое естественное, с чем я сталкивалась каждый день, сейчас нарушало все законы физики и жило своей собственной жизнью. Мои коленки тряслись как осиновый лист, если бы ноги так не примерзли к месту, я бы рухнула, где стояла. Дикий в первуювстречу во времена детства вызвал у меня страшную панику, но это… Это было похоже на какую-то квинтэссенция ночных кошмаров и не поддавалось простой логике. Крик звенел где-то в глубине меня, не выходя наружу только по причине железных обручей ужаса, сковавших грудь.

— Ты кто? — Ничего умнее, пока до боли знакомая рука рисовала на мне кровавые разводы, я не придумала.

— Мы это ты. — Ответ был под стать вопросу.

Моя рука нервно дернулась и ударила по руке отражения, отталкивая ее от лица. Где-то во мне еще теплилась надежда, что я не встречу сопротивления и столкнусь с воздухом… Но, увы — теплая, живая, дышащая копия моего тела, которая недовольно нахмурилась, созерцая мое лицо, будто я была полотном художника.

— Я это я, а кто ты — это совершенно не важно. И лучше бы тебе исчезнуть побыстрее, а то я…

И вот тут только до меня дошло, что пора бы оглянуться. Отражение меня так испугало, что только сейчас я заметила — зеркало и мы с копией висим в полной и абсолютной темноте. Все чудесатей и чудесатей…

— Я хочу на свет, — жалобно простонала я, замерев в неестественной позе и боясь пошевелиться. Не знаю, как называется фобия пустоты, но именно ее сейчас я испытывала со всей остротой.

Внезапно, пульс, стучавший у меня в ушах и головокружение закончились. Паника, не начавшись, отступила, сдав позиции сразу и насовсем. Меня обуяла самая настоящая злость, пришедшая вместе с воспоминаниями, как я тут оказалась. Я как идиотка вишу в глубине своего собственного тела, засунутая туда сумеречным, который вместо благодарности за спасение своей жизни решил поиграть в какие-то игры!

— А ну, пошло вон из моего тела, ты, отражение чертово!

С яростью взглянув на копию, я, не задумываясь более, толкнула ее изо всех сил в грудь. Она захлопала ресницами и упала по другую сторону зеркала, споткнувшись о раму внизу. Меня почти удовлетворило выражение удивления на знакомом лице. Но мне хотелось больше, увидеть тот же ужас, что я испытала буквально пару минут назад. Что бы такое с ней сотворить?

От плана пыток меня отвлекло нечто, словно толкнувшее изнутри. Я подняла голову и увидела, как окружающее пространство пронзает луч слепящего золотого света. Он как путеводная нить мерцал в темноте. Забыв об отражении, я подняла руку и прикоснулась к тонкому лучику, оказавшемуся теплым и будто живым. Не успела я моргнуть глазом, как он пронзил мое тело… Но страха или боли не было. Голова приятно закружилась и стала уплывать. Последнее, что я запомнила, было жадное выражение на лице тянущегося ко мне отражения…