Механическое Диво - Анна Ахрем

что он в начале нашего знакомства обмолвился мне, что как раз недалеко от границ с Ктулхиатом жил, и «высокие красивые» храмы в окрестных деревеньках как раз из-за этих авианалетов не строили. Мда… Интересно, сколько раз за свою жизнь он видел эти самые летающие тарелки в небе? Сколько раз убегал от них?

У самого в голове также творилась полная дичь. Схватив под руку Артура, потащил его к лесу, надеясь укрыться там от бомб, листовок, или вишневого киселя – что бы там этот Ктулхиат не начал сбрасывать на головы солдатам Святой Византии.

Артур, кажется, пришел в себя. Встав столбом, он заикаясь начал:

- Не-не-нельзя в лес! Надо уши закапывать… Скорее!

Взгляд Артура отдавал сумасшествием. Твою ж ять! Какие "уши закапывать"! Парень, ты что, шизанулся на почве страха?!

Пока я ошарашено пялился на Артура, он успел перехватит инициативу. Схватив меня за рукав, паренек потащил меня в госпиталь. Я послушно бежал за ним.

Как только мы оказались в нашей палатке, Артур лихорадочно начал бегать по госпиталю, рыскать в поисках чего-то. Я про себя понадеялся, что это не лопата… Фиг знает… Отрежет нафиг уши и закопает…

Когда паренек, радостно вскрикнув, стал накручивать на свой явно подтекающий от кукушки жбан очередное одеяло, в мою голову пришла смутная догадка. Уши… Уши, твою ж ять! Кажется, я успел сообразить вовремя. Воздух уже начинал странно вибрировать. Оглядевшись по сторонам, я увидел жестяной таз с питьевой водой, который мы оставили в углу палатки. Без лишних раздумий я активировал водное дыхание и занырнул черепушкой в воду.

Водное дыхание… Дурацкое заклинание, которое, запрыгнув мне в Инициации в сумку следом за заклинанием Лекаря, чуть не стоило там жизни. Кто бы мог подумать, что эта дурацкая мелочь спасет мою шкуру? А тут гляди ж ты…

Дышать в воде, оказалось, кстати, завораживающе дивно. Сразу же в башке включился тридцатисекундный таймер этого самого «малого дыханья под водой». 29…, 28…, 27… Жабры? Руки сами коснулись шеи. Кажется, у меня прорезались жабры! Я – Ихтиандр, вашу ж за ногу! Надеюсь, они исчезнут, когда кончится действие заклинания... Или все-таки нет?..

Мысли в панике скакали в голове, но ТОТ САМЫЙ момент я, вроде, даже в воде ощутил. Пространство вокруг меня, как будто, вздрогнуло, разжавшись и сжавшись. Вдоль позвоночника пробежала волна мурашек. Что это за дичь? Как Ктулхиат это делает?! Надеюсь, Артур там в порядке…

На моем внутреннем таймере действия заклинания было уже 5…, 4…, 3…, когда моего плеча коснулась чья-то рука. Надеясь, что все уже обошлось, вынырнул башкой из таза.

Артур – это оказался он – бледный, с огромными от ужаса немигающими глазами, укутанный в ворох одеял был чем-то похож на загадочное привидение, которое должно бродить по готичному замку в поисках своих убийц.

Мои руки невольно коснулись моей шеи – жабры к моему огромному облегчению разглаживались, превращаясь в обычный участок кожи. Сам я, кстати, мокрый и перепуганный то ли налетом, то ли этими дурацкими жабрами – также явно представлял собой то еще зрелище, но Артура сейчас не проняло бы ничего. Взгляд его был устремлен куда-то вдаль. Паренек задумчиво изрек:

- Ты молодец, Томас, догадался уши закопать. У нас в деревеньке это первым делом делали, как только тарелки в небе видели. Я с детства на всякий случай в двух шапках сплю…

- Это… - запыхавшись, перебил я Артура, - А второй раз «закапывать уши» не надо будет?

Паренек мой вопрос, к счастью, понял правильно:

- Нет. Не надо. Всегда одна волна идет, - со знанием дела ответил он. – Авиация Ктулхиата всегда, когда начинает атаку, выстраивается над местом в небе ровной загогулиной. Чем больше тарелок, тем сложнее загогулина ну и мощнее атака. Затем следует волна. Всегда одна, ну а потом эти тарелки разлетаются по месту и ведут обстрел. Сейчас в лагере наверняка бой идет…

Я как будто только сейчас прислушался к звукам на улице. Действительно, стрельба. Ну а раз такое дело, надо валить. Схватив за руку паренька, потащил его из палатки:

- Нет, нет, я не хочу туда идти драться! – в панике чуть не плача затараторил Артур.

- Ты дурной, что ли? – перебил я его, - Какое драться? Валим в лес! Вдруг и наш госпиталь обстреляют!

Уже с этим тезисом мой новый знакомый согласился без лишних споров. Решительно скинув с себя ворох одеял, он трусцой побежал к выходу и осторожно выглянул наружу. Я последовал примеру Артура. В голове мелькнула мысль о том, что нам сейчас не хватает этакой геройской музычки на заднем фоне. Мда… Наша крутость сейчас, действительно, по всем параметрам зашкаливала.

Как только я выглянул наружу, чуть не лишился дара речи. Этот игровой мир – с магией, религией, войной и прочим мракобесием – я до этого постигал как-то постепенно, что ли. Если бы у меня отсутствовала эмпатия, а вместо нее бы мобильный телефон – наверняка бы сфоткал открывшуюся моему взгляду картину.

Тела. Тела в солдатской форме нашего синего цвета, цвета Византии. Игроков или неписей – фиг сейчас поймешь – в приличном порядке валялось по лагерю. Наверное, очень обидно и глупо было умирать вот так вот. Кого-то из них обстреляли с тарелок, кто-то, как говорится, не успел «закопать уши» и оказался в самом эпицентре атаки.

Две тарелки кружили по периметру лагеря, стреляя по бегающим и орущим солдатам из каких-то явно древних тарахтящих бортовых пулеметов, больше похожих на оружие Второй мировой, чем на то, что я привык видеть в комиксах про летающие тарелки, пришельцев и их лучевое оружие. Воистину, какое-то странно-дивное развитие техники в этом мире. Как-то все кругом нелогично и дико. Кажется, я уже не удивлюсь, если завтра на наш тренировочный лагерь нападут диверсанты из Новой Персии на бетономешалках, которые будут палить как раз из лучевых пушек и уже деревянными копьями добивать врагов.

Воздух в лагере гудел от магических атак. Слышался шум стрельбы. Мелькали всполохи щитов, которые периодически кастовали суетящиеся фигуры вдалеке. Про себя я еще успел подумать, что на наше счастье госпиталь в отдалении от казарм, а то и нам досталось бы.

Периодически в небо метались молнии, фаерболы и прочая магическая дребедень, которая, похоже, если и наносила хоть какой-то урон этим тарелкам, то, увы, совсем не значительный. На моё удивление наши все равно как-то сумели одну из тарелок парализовать. На нее как будто бы была накинута какая-то