Эра подземелий 13 (СИ) - Ткачёв Сергей Сергеевич

Как только первые призраки показались из тумана, аура Селесты резко активизировалась и выстрелила в них волной духовного яда. Столкнувшись с ним, сущности громко завыли, призывая себе на помощь своих сородичей. Вскоре нас окружили десятки этих существ.

Пусть большая их часть уже полностью потеряла свой разум, превратившись в безмозглых духов, гоняющихся за жизненной сущностью мастеров, в некоторых призраках еще можно было угадать черты лиц и телосложение, которое было присуще их физическим оболочкам, когда те еще были живы. Ведь лишь по прошествии определенного количества времени такие сущности превращались в бесформенные сгустки духовной энергии.

Самым печальным было то, что все эти призраки раньше являлись душами замученных молодых и довольно красивых девушек из разных рас. Селеста тоже сумела это понять. На ее лице отразилась великая скорбь. Печально вздохнув, она протянула к призракам свои руки и тихо произнесла:

— Я освобожу вас сестры, и этот ужас наконец-то закончится.

Осознав, что Селеста и сама прекрасно справится с неприкаянными душами, я еще раз подумал о том, насколько же принц и его тетя были ужасными людьми. Хавьер Беленьер не только до смерти замучил всех этих девушек, но еще и запер навечно их духовные сущности в этом ужасном месте, где они рано или поздно превращались в злобных призраков.

Решив доверить дело очищения душ Селесте, я переключился на артефакт подавления. Его структуру проанализировать оказалось непросто. Стоявшая на нем защита была еще более коварной, чем та, что охраняла стационарный массив телепортации. Мало того, что она реагировала только на ауру принца, в случае если кто-то другой попытался бы влезть в систему, ожерелье оторвало бы Римме голову.

«Вот же сукин сын! Надеюсь, охранники хорошо с ним позабавятся!» — едва подавляя свою злость, про себя воскликнул я.

Чтобы деактивировать ожерелье мне снова понадобился Демонический клинок. С его помощью я снял защиту с артефакта подавления, а после влез в его структуру и осторожно разъединил рунную цепь, отвечающую за снабжение ожерелья энергией. Тянуло оно ее, к слову, прямиком из Дяньтяня жертвы.

— Ах, Марк? Это и правда, ты? Я думала, что твое появление и издевательства над принцем Хавьером мне просто приснились. С тех пор, как я прибыла на Мекку голубой луны — все находилось будто в тумане. Я даже не могла нормально мыслить. — Обняв меня, пробормотала Римма.

— Полегче подруга, мы вообще-то в самом разгаре сражения. — Упокоив очередную группу призраков, отозвалась на действия мечницы Селеста.

— Ой, прошу прощения. — Мгновенно пришла в себя девушка.

Когда я помог ей подняться, она удивленным взглядом осмотрела окрестности и спросила у меня:

— А где это мы сейчас находимся?

— Сюда нас переместил портал, располагающийся в кабинете принца. Мы думали, что он ведет к сокровищнице секты, и решили попутно ее обчистить. Но сейчас я уже не уверен, что моя идея была правильной. — С явными нотками сомнения в голосе ответил я Римме.

— Нет, ты был прав, что решил перед побегом прийти именно сюда. Сначала из-за тумана я не поняла, что это за обособленный мир. Но сейчас, просканировав его духовным восприятием, могу со стопроцентной вероятностью сказать — мы находимся в запретных землях Мекки голубой луны.

— То есть это самое сокровенное место секты?

— Да. В данный момент на нем стоит защита от проникновения нарушителей. Ранее, мастер уже брала меня сюда для передачи техники совершенствования Ледяного сердца. Она хранится на вершине той горы! — Указала куда-то вдаль мечница.

Проследив взглядом за направлением, куда показывала Римма, я и правда увидел всполохи ярко-оранжевого света, которые окутывали огромный темный силуэт, вздымающийся до самого неба.

— Отлично! Теперь мы знаем, где спрятано основное сокровище. Думаю, нам стоит как можно скорее добраться до того места и выкрасть для тебя эту технику, пока сюда не наведались стражники Мекки. — Хлопнув в ладоши, возбужденным голосом произнес я.

— Спешить не стоит. Этот мир имеет одну особенность. Если кто-то проникает в него по официальному каналу, то остальные массивы телепортации блокируются. Так что пока мы не выйдем из обособленного мира, больше сюда никто телепортироваться не сможет. — Улыбнувшись, сказала Римма.

— Тогда сначала помогите мне упокоить души сестер! — Не поворачивая головы, обратилась к нам Селеста.

— Сестер? Их? — Недоуменным взглядом посмотрев на воющих духов, переспросила мечница.

— Они все являются духовными сущностями девушек, которых ранее замучил принц Хавьер. — Прояснил я текущее положение дел Римме.

— Ужасный человек! — С тенью отвращения на лице, произнесла Римма.

Встав спина к спине, мы втроем продолжили сражаться с духовными сущностями. Призраки не обладали разумом. Они злобно выли и бросались на наши атаки, безумно желая добраться до жизненной силы, которая являлась для них ярким путеводным маяком в этом царстве тьмы и безысходности.

Продолжая сражаться с духовными сущностями при помощи Колокола души, я не переставал думать о том, почему в кабинете принца вдруг оказался портал в настолько важное место для секты. Запретные земли Мекки голубой луны наверняка имели очень большое значение для всех ее членов. Здесь хранилось ее главное наследие. Давать сюда доступ столь безответственному человеку, как наследный принц, казалось для меня какой-то глупостью.

Но потом я вспомнил, что помимо стационарного массива телепортации в кабинете Хавьера располагался еще один рунный рисунок. Зная о его предназначении, а также видя обилие духовных сущностей, защищающих данный обособленный мир, мне наконец-то открылась горькая правда.

После того как живая печь умирала, принц избавлялся от ее тела путем перемещения в этот обособленный мир. Обитающие здесь призраки быстро с ним расправлялись, высасывая остатки жизненной силы. Они были настолько сильны, что могли за считанные секунды превратить физическую оболочку мастера Истинного ранга буквально в ничто. После такого пиршества не оставалось даже костей.

В результате столь варварского метода избавления от тел своих живых печей количество неприкаянных душ в этом мире только росло. Ведь в отличие от физических оболочек те не представляли для призраков никакой ценности. Со временем духовные сущности теряли последние остатки разума и пополняли армию защитников этого места.

Наверняка имеющие сюда доступ старейшины секты были в курсе всей ситуации. Но, как и заведено в аристократических кланах великих сил человеческого сектора, пока это не касалось конкретно их семей, всем было наплевать. Ведь на чужаков, особенно безродных, они смотрели, как мусор под ногами.

Что же касалось ситуации с Риммой, своими поступками она уже предала секту. Поэтому тете принца Хавьера даже не нужно было убеждать других старейшин и главу в целесообразности ее жертвоприношения своему племяннику. Она являлась мастером Риммы и имела решающий голос в данном вопросе. Если секта за счет убийства предателя сможет обрести еще одного практика ранга Божественной трансформации, то почему бы это убийство не осуществить?

«Но я все равно не могу понять, откуда они набрались смелости. Это же все равно, что объявить войну Сарктуру! Мекка явно слабее данной организации. Неужели они действительно считали, что если бы принц успел использовать Римму как живую печь, в результате чего она бы потеряла свою ценность в качестве участника рейдовой группы, Совет Сарктура мог закрыть глаза на данный поступок?»

Этот вопрос по-прежнему не давал мне покоя. Но сейчас было не время им задаваться. На устранение всех духовных сущностей у нашей троицы ушло примерно двадцать минут времени. Бой выдался достаточно напряженным. Мы сильно устали из-за постоянного использования ментальной силы, поэтому перед отправлением вглубь обособленного мира решили подкрепиться духовными фруктами.

Во время сеанса медитации я еще раз просканировал окружающее пространство, отмечая наиболее опасные зоны этого места. Их оказалось немало. Мекка голубой луны не скупилась на средства, чтобы защитить свои сокровища. В основном тут использовались магические массивы и артефакты. А чуть ближе к объятой оранжевым сиянием горе я даже обнаружил секрет с группой марионеток Истинного ранга.