Уроки страсти - Марго Магуайр

В замке Кейт не оказалось. Поскольку никто ее не видел, она скорее всего действительно поднялась очень рано. Наверное, не хотела, чтобы кто-то заметил, как она выходит из его спальни. Ей было стыдно.

Эдрик нахмурился при этой мысли, но потом махнул рукой – может, оно и к лучшему. Не надо отцу Алгару знать об их связи, иначе он замучает их угрозами адского пламени и прочими ужасами. Да и Освин вряд ли воспринял бы такую новость спокойно с его-то ненавистью ко всем нормандцам.

Эдрик решил навестить брата.

– Милорд, – встретил его стражник, – я как раз к вам собирался.

– Да? Что не так, Десмонд? – спросил Эдрик, заходя в комнату.

– Ваш брат метался во сне. Потом у него бред начался. Говорит бессвязно и весь горит, милорд.

Губы Брайса пересохли, и Эдрик, взяв кружку с водой, заставил его попить.

– Десмонд, отправь одного из грумов за Лорой. Она знает, что делать.

– Уже, милорд. Я взял на себя смелость сделать это. Стражник вышел, оставив хозяина с братом. Эдрик откинул одеяло и осмотрел рану. Края с одной стороны сильно покраснели – хуже не придумаешь.

– Брайс…

Молодой человек застонал, попытался перевернуться и тут же поморщился от боли. Эдрик помог бы ему, но подумал, что лучше его не трогать.

– Вот, попей еще. – Он ожидал, что Кейт вот-вот появится здесь, хотя понятия не имел, откуда у него такие мысли, такие глупые надежды.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем пришла Лора. Целительница взглянула на Брайса и в тревоге проговорила:

– Поднимитесь, Эдрик. Дайте мне осмотреть его. Лора положила свою суму на кровать, а Эдрик встал и отошел в сторонку. И только тут заметил стоявшую в дверях Кейт с Эйданом на руках. Он вздохнул с облегчением. Ему хотелось обнять ее, но он сдержался.

– Лорд Эдрик… Что случилось? – спросила девушка. И во взгляде ни намека на то, что было ночью. Она, конечно, и Лоре ничего не сказала. Эдрик перевел взгляд на Брайса.

– Похоже, рана загноилась. – Он заметил беспокойство в чудесных карих глазах – в тех самых глазах, которые столько раз за ночь закрывались, когда она стонала, наслаждаясь его ласками.

Эдрик заставил себя встряхнуться. Действительно, нельзя же каждую минуту вспоминать свои любовные приключения, когда Брайс лежит в бреду!

– Может, войдешь? – спросил он девушку. Она с усилием сглотнула.

– Нет, простите меня. Я…

Он вспомнил, что ей становится плохо при виде ран.

– Все в порядке, Кейт. Позаботься о моем сыне.

Она пребывала в смятении, и ему захотелось как-нибудь ее успокоить. Но тут она развернулась и ушла. И тотчас же послышался голос Лоры:

– Подержите его за руки, Эдрик.

Он молча подчинился. Брайс застонал, когда целительница начала распарывать шов. Потом она взяла воды и чистую ткань и прочистила рану, вымывая скопившийся в ней гной. Теперь, когда с самой трудной частью задачи было покончено, Эдрик заметил, что Лора бросает на него косые взгляды.

– В чем дело? – спросил он. – Ты сумеешь справиться с лихорадкой?

– Сделаю все, что смогу. Расскажите мне о Кейт.

– А что с ней такое? Лора поджала губы.

– Держите же его руки, Эдрик.

– Но что с Кейт?

– Сегодня утром она чуть не упала в обморок у меня дома.

Эдрик нахмурился, на скулах его заиграли желваки.

– Так что же произошло? Почему?..

– Я сначала подумала, у нее это от голода. – Лора снова покосилась на Эдрика. – Но она сказала, что не хочет есть. И еще я спросила про Брайса, а она…

– Как жарко, – простонал Брайс. – Уберите! Уберите!

– Сильная лихорадка, – вздохнула целительница. – Помогите мне поднять его.

Лора дала больному снадобья, а потом они напоили его. Но лихорадка по-прежнему не отпускал Брайса.

– Ты останешься с ним? Лора кивнула.

– Не пошлете кого-нибудь из слуг к Элге? Похоже, она наконец-то пришла в себя, но я хотела бы убедиться.

– Да, конечно, – сказал Эдрик.

Но не успел он выйти из комнаты, как на пороге появился Освин. Управляющий расспросил Лору о состоянии Брайса, потом повернулся к Эдрику.

– Если вы не заняты, милорд, я бы хотел поговорить с вами кое о чем.

– Идите, – махнула рукой Лора, и мужчины направились в другую комнату.

Эдрик сразу уселся, а Освин принялся расхаживать из угла в угол.

– Я насчет вчерашнего вечера, милорд… – начал управляющий. – Ни к чему нормандке выдавать себя за хозяйку. Когда это мы позволяли служанкам диктовать свои условия и заправлять в вашем главном зале?

– Все прошло гладко, не так ли?

– Лорд Эдрик, вы упускаете из виду самое главное.

– Я так не думаю. Рискуя собственной жизнью, она подняла тревогу и привела людей в замок, где они отсиделись в безопасности во время битвы. Именно от ее руки пал Роберт Фергюсон.

– Это еще нужно проверить. Я поговорил с Гвен… Эдрик стремительно вскочил на ноги.

– И что Гвен говорит?

– Милорд, я просто хотел сказать, что можно посмотреть на все случившееся с другой точки зрения.

– Я так не считаю.

Освин заложил руки за спину.

– Она, конечно, девушка симпатичная, милорд. Так что после целого года…

– После года чего, Освин? Воздержания? Ты на это намекаешь? – Эдрик невольно сжал кулаки.

Управляющий отшатнулся, точно его ударили.

– Милорд, как друг вашего отца… Умоляю вас подумать о Бракстоне, прежде чем заводить интрижки с этой девицей.

Эдрик сделал глубокий вдох и отошел от стола. «А может, Освин прав? – спрашивал он себя. – Но неужели долгое воздержание так влияет на мое поведение?»

– Скорее в аду зима наступит, чем какая-то нормандка снова возьмет надо мной верх, – проворчал он сквозь зубы.

Услышав эти слова, Освин вздохнул с облегчением.

– Милорд, есть ли новости от Дрогана?

Кэтрин запаслась молоком на весь день и вернулась в домик целительницы. Она считала, что после нападения скоттов Элгу ни в коем случае нельзя оставлять одну. А Лоре предстояло сидеть с Брайсом до тех пор, пока ему не станет лучше.

И Эдрик тоже не уйдет из комнаты брата. Он так же предан Брайсу, как она своей сестре Изабель.

Кэтрин твердо решила, что не откроет своих чувств ни одной живой душе в Бракстоне, в том числе и Эдрику. Их связь запретна во всех отношениях, и виной тому ее неискренность. Она позволила Эдрику считать ее простой служанкой, но если он когда-нибудь узнает, что она дочь барона Генри Лаувета, то его презрению не будет предела.

Пусть даже она и убила Роберта Фергюсона, но от этого она не перестала быть нормандкой. Благодарность саксов скоро остынет, и они снова вспомнят о ее происхождении.

Элга уже встала с постели и успела одеться к приходу Кэтрин. Девушка объяснила ей, куда ушла Лора и почему.