Ненужные дети. Прошлое между нами (СИ) - Лена Голд

злится точно так же, как Виктор — глаза у них точь-в-точь и взгляд одинаковый, то он не врёт. Возможно, сын Олега стал свидетелем какого-то разговора взрослых?.. Поэтому сделал такие выводы и, будто сделав доброе дело, поделился планами своего отца с Сашей, о которых я абсолютно ничего не знала. Другого объяснения я просто не нахожу.

— Это бред, Саша. Конечно, ничего такого нет и быть не может.

— Вот поэтому я врезал Толе!

— Что? Ты…

— Маш, — раздается за спиной голос Виктора и я встаю на ноги. — Даша домой хочет. Говорит, что проголодалась. Саша, думаю, тоже голоден… Может, всё-таки в ресторан?

— Я тоже домой хочу, — тут же отвечает Саша и, прыгнув с лавочки, идёт к подъезду. Я пожимаю плечами, наблюдая, как Даша сжимает пальцы отца.

— Пап, не уходи! Бабушка ужин приготовила.

Виктор не отвечает, переводит взгляд на меня, будто просит разрешения.

— Пойдёмте, — киваю.

Саша ждёт нас. И мы все вместе заходим в лифт. Перевариваю всё, что случилось за последние пол часа и понимаю, что сын действительно пошел в отца. За считанные минуты они на эмоциях оба подрались, показали свой характер. И не считают себя в чем-либо виноватыми. Даже не знаю, хорошо это или плохо, но я однозначно не хочу, чтобы они были вот такими вот всплывчивыми.

— Какой приятный сюрприз, — говорит бабушка, едва открывает дверь. — Проходите. Я как раз заканчиваю с ужином.

— Для начала в ванную. Сначала Даша, потом Саша. Искупаться надо.

Дочка соглашается, а вот Саша снова молчалив. Идёт в свою комнату.

— В кухню пойдем, — бабушка обращается к Виктору, тот кивает.

Около получаса провожу с детьми в ванной. Одеваю их, сушу Дашины волосы. Буквально через сорок минут мы уже сидим за столом в гостиной. В какой-то момент ловлю себя на мысли, что я думаю о семье. О настоящей семье, в которой во главе сидит мужчина. Как сейчас…

Виктор. Такой родной и чужой одновременно. Да, пока Амиров чувствует себя не в своей тарелке. Напряжён, ежеминутно смотрит на Сашу, который даже голову не поднимает. А Дашка все говорит и говорит, делится эмоциями с бабушкой и задаёт кучу вопросов отцу, на которые он терпеливо отвечает.

А ведь все было бы как раз вот так… Каждый день мы проводили бы вместе, всей семьёй. Были бы та-а-а-к счастливы… Но…

Выдохнув, перевожу взгляд на Виктора. Он не торопится уходить, да и дочка не хочет его отпускать. Я убираю со стола, мою посуду, а когда возвращаюсь в гостиную, не нахожу ни Дашу, ни Виктора. Он укладывает дочь.

— Она спать захотела с ним, — шепчет бабушка, когда я, стоя у двери, наблюдаю за ними. — Сфотографировать бы… Как же это красиво выглядит…

Улыбаюсь, поняв, что бабушка права. Дети наверняка мечтали об этом, как и я. Чтобы папа был рядом, из укладывал спать…

Сашка смотрит мультики. Не поворачивается к нам. Будто совсем не видит и не слышит, что мы перешептываемся. Но я уверена, что он как раз пытается услышать, о чем мы говорим.

— А ты спать не хочешь? — спрашиваю у Саши. Он трёт глаза. Ещё как хочет спать, но чего-то ждёт. — С папой…

— С тобой хочу.

Я киваю, чувствуя за спиной тяжёлые шаги.

— Уснула, — говорит Виктор тихо, но при этом смотрит на Сашу. Сын проходит мимо него — идёт в свою комнату и ложится на кровать. Через пять минут он тоже засыпает.

Виктор с кем-то разговаривает по телефону на балконе, а бабушка на кухне. Иду к Амирову. Ибо надо поговорить. Он, увидев меня, отключается и прячет телефон в карман.

— Я всегда пыталась дать понять детям, что драться нельзя. Но ты, Виктор, сегодня поступил совсем так…

— Сашка тому мальчишке врезал ещё до того, как я тому уроду, — перебивает. — Я тут вообще ни при чем. Если бы знал, что Сашка побежит за мной и будет наблюдать, спрятавшись за деревом, поверь, я бы того кретина куда подальше толкнул и разбил бы лицо так, чтобы никто не увидел.

— Боже… То есть ты считаешь, что поступил правильно? Виктор, ты не ребенок.

— Язык за зубами держать надо и не говорить ничего лишнего про моих, — цедит сквозь зубы. — Нет, не жалею. Наоборот, мало получил. Я ещё с ним поговорю.

— Виктор!

— Думаю, мне пора, — выдыхает. — Ключи дай мне от автомобиля. В сервис отвезу.

— Я сама справлюсь. Спасибо.

— Маш… Не нужно упираться. Знаю, что сама можешь справиться, но…

— Без всяких «но», Виктор, — выхожу из балкона и сразу натыкаюсь на Сашу.

— Я пить хочу, — говорит он.

— Бабушка на кухне.

Сын кивает, выходит из гостиной. Мы же идём в прихожую. Виктор молча обувается, покидает квартиру, попрощавшись со мной и бабушкой. Возвращаюсь в комнату Саши, сижу рядом с его кроватью минут двадцать. Поняв, что теперь он действительно спит, выдыхаю.

Он начал подглядывать за Виктором и подслушивать наши разговоры. Боже, ему всего-то почти пять, но ведёт себя как взрослый мужчина и, кажется, хочет понять, чего добивается Виктор и действительно ли он меня и их с Дашей… Любит? Не знаю. Я просто не нахожу другого логического объяснения. Мой мальчик умный не по годам, но это его поведение мне не нравится. Скорее всего именно он наговорил про Олега своему отцу, а Виктор разозлился. Или там что-то другое произошло? Нужно узнать у Даши. Она точно мне все как есть расскажет. Если знает, конечно.

— Бабуль, я в магазин.

— Да у нас вроде все есть.

— Подышать хочу. Душно…

— Подумай хорошенько, Машуль. Дети хотят своего отца рядом всегда. На постоянной основе.

А заслужил ли он? Как по-мне, то нет.

Спрятав телефон в карман, вызываю лифт. В магазин не иду. Гуляю в парке больше часа и да, все думаю, как лучше поступить. Я и сама понимаю, что дети хотят Виктора. Как бы Саша не упирался, я уверена, он будет не против, если мы будем жить вме вместе.

Стоп. О чем это я вообще? Я действительно собираюсь жить с Виктором в одном доме?

— Мария! — вырывает меня из мыслей мужской голос, когда я, так сильно задумавшись, сама не понимаю, как оказываюсь у торгового центра. Оборачиваюсь, замечаю Олега.

— Добрый вечер.

— Мария, извините, но мне необходимо вам кое-что сказать.

— Я бы хотела для начала получить объяснения, Олег. Почему ваш сын говорит моему, что вы собираетесь на мне жениться? Что за бред?

Мужчина распахивает глаза. Шумно сглатывает, а потом отводит взгляд.

— Извините… Я не знал, что Толик…

— Не нужно что