Лев Толстой. Драма и величие любви. Опыт метафизической биографии - Игорь Мардов

51

Эта глава есть сокращенный вариант глав 3–6 части четвертой книги: Мардов И.Б. Лев Толстой. На вершинах жизни.

52

«Ведь если бы я видел то, что за пределами моего зрения, я бы не видел того, что в его пределах».

53

Как это необходимо с личнодуховной точки зрения.

54

«Только смерть и последние минуты, часы, годы дают смысл жизни, – учил Толстой. – Так что, может быть, я еще не начал жить» (51.22).

55

И неудовлетворенность в любви, как и все разнообразные ее мучения, тоже род безлюбия, которое рушит душу.

56

Литературное наследство. Т. 68. С. 872.

57

Кстати, Толстой писал Послесловие к «Душечке» уже после смерти Чехова.

58

И в продолжение записи: «Первое сознание – своей отделенности – я называю низшим потому, что оно сознается высшим духовным сознанием (я могу понять, сознать себя отделенным). Второе же сознание – духовное – я не могу сознать. Я сознаю только, что я сознаю, и сознаю, что я сознаю, что сознаю и так до бесконечности. Первое сознание (низшее) дает, вследствие своей отделенности, понятие телесности, материи (и движения и потому пространства и времени); второе же сознание не знает ни телесности, ни движения, ни пространства, ни времени, ничем не ограничено и всегда равно само себе. Вся задача жизни состоит в перенесении своего я из отделенного во всемирное, духовное сознание» (54.180).

59

Но через 10 дней поправка: «У меня написано: Жизнь есть прохождение духовной неограниченной (Божественной) сущности через ограниченное пределами вещество. Точнее надо выразить так: Жизнь есть сознание духовной сущности в пределах. Пределы эти представляются веществом и движением, и потому жизнь представляется прохождением духовного сознания через вещество» (55.111).

60

Обратите внимание на новое употребление Толстым понятия «сын Бога».

61

Из Заключения к исследованию Евангелий.

62

Еще одна цитата того же времени: «Божеская любовь, т. е. любовь к Богу, узнается только по любви к врагам. Их-то нужнее всего любить для того, чтобы были те благие последствия, которые дает любовь» (56.104).

63

«Я» в этом тексте дважды подчеркнуто самим Толстым.

64

И тут же добавляет в скобках: «(Как выражение словами ослабляет сознание)».

65

Такое утверждение теперь появляется у Толстого тогда, когда он переживает человека только как «клетку» или «орган» Бога. «Я, как отдельное существо, – иллюзия. Я только один, бесконечно малый орган бесконечно великого, недоступного мне Всего. Мое дело служить этому Всему, как служит каждая клетка, частица всему телу. Воображать себе, что я отдельное, независимое существо, верх безумия. Я только орган. Нет никакого я; есть только обязанности органа служения Всему и возможность радостного сознания этого служения. Служение же возможно только тогда, когда орган в единении со Всем. Единение со Всем дается любовью. Так что любовь не есть цель Всего (Бог не есть любовь), а только условие, при котором орган, то, что мне представляется как «я», соединяется со Всем. Цель же Всего не доступна мне, хотя я и знаю, что служу ей. (Неясно, но мне радостно, понятно)» (57.156).

66

«Познание Его единством с Ним, выражаемым любовью» (57.80). И еще цитата: «Как ни странно это сказать: знание Бога дается только любовью. Любовь есть единственный орган познания Его» (57.131).

67

Наиболее яркая, на мой взгляд, формула агапической любви дана Толстым в «Пути жизни»: «Как вся вода вытечет из ведра, если в нем будет хоть одна дырочка, так и все радости любви не удержатся в душе человека, если в нем будет нелюбовь хоть к одному человеку» (45.89).

68

«Чем больше любишь человека, тем меньше чувствуешь свое отделение от него. Кажется, что он – то же, что я, а я – то же, что он» (45.78). Но это сказано Толстым (в «Пути жизни») не о сторгической любви, а как иллюстрация любви агапической. Еще в конце 1907 года он писал так: «Все больше и больше считаешь все любимое тобой – собою, а любишь все, и потому не на словах, а на деле становишься Богом» (56.74).

69

Впрочем, и в последнее десятилетие жизни Толстой не прекращал развивать основные идеи личной духовной жизни. Вот мысль духовного роста в Дневнике 1905 года: «Человек может и должен знать, что благо его жизни не в достижении стоящей перед ним цели, а в движении для цели высшей, недоступной ему» (56.131). Или годом раньше: «Как это люди не видят, что жизнь есть зарождение нового сознания, а смерть – прекращение прежнего и начало нового» (55.172). «Только тогда легко умирать и радостно, когда устанешь от своей отделенности от мира, когда почувствуешь весь ужас отделенности и радость соединения, если не со Всем, то хотя бы выход из тюрьмы здешней отделенности, где никто не понимает, не знает, не хочет понимать и знать тебя (хотел сказать: ни тебя ни Бога), когда только изредка общаешься, как перелетающими электрическими искрами любви. Так хочется сказать: довольно этой клетки. Дай другого, более нужного мне общения. И знаю, что смерть даст мне его» (55.198–199).

70

Так в тексте Торы.

71

Счастье можно представить одним из слагаемых блага, другим слагаемым которого служит «добро» в значении второй главы Книги Бытия, т. е. должное, духовно предписанное душе волеизлияние. Благо есть добро плюс счастье. Формулой этой можно оперировать математически. Благо минус добро есть счастье как таковое, счастье гедонизма. Благо минус счастье есть добро страстотерпца, аскета. Работает эта формула и тогда, когда левая её часть – «благо» – равна нулю: добро плюс счастье равно нулю. Или: добро равно минус свое счастье – формула, лучше всего выражающая нравственное кредо по внеблагим общественно-альтруистическим представлениям, по которым человек обязан жертвовать своим счастьем для «добра», понимаемого общим делом.

72

То, что Анна и Вронский глубоко не вошли в сторгическое состояние жизни, говорит об авторском замысле романа и не опровергает то, о чем мы говорим.

73

Толстоведы знают, что все разговоры в публике об изменах Льва Николаевича жене – чистые выдумки.

74

Можно выстроить по возрастающий такой ряд: солидарность (не только мужская или женская, но и партийная, кастовая, сословная, этническая, расовая и прочее и прочее) – мужская дружба – женская дружба – полная сторгия (как правило, супружеская).

75

См.: Мардов И.Б. Лев Толстой. На вершинах жизни. М., 2003. Ч. 6.

76

Об этих пластах мы подробно рассказывали в другой книге (см.: Мардов И.Б. Общая душа. М., 1993).

77

Оставшееся в составе Общей души сторгическое существо зависит от существования Общей души и, шире, от существования земного человека. Не связанное с Общей душой сторгическое существо, находящееся в составе все-общедуховного поля, не зависит от природного человека и от органической жизни вообще. Любая катастрофа на Земле не коснется сторгического существа такого рода. Оно принадлежит нашей Обители, но существование его не подневольно, как любого земного существа.

78

Из чего следуют практические выводы. Распад семейной сторгии, который сегодня происходит в западном мире, неминуемо ведет к обнищанию и разжижению общедуховного пласта Общих душ. Это создает неустойчивость их существования, которая должна компенсироваться, видимо, за счет усиления националистической Самости.

79

Вот признак образования и существования нового сторгического существа или хотя бы его зародыша. При наличии того или другого связь умершего супруга с остающимся жить супругом не прекращается. Боль расставания, конечно, остается в нем, но нет ужаса утраты, который бывает, когда сторгия не породила сторгическое существо. Посмертная связь осуществляется, конечно, не напрямую, а через их сторгическое существо. Связь эта рано или поздно ослабевает или прекращается совсем тогда, когда сторгическое существо начинает жить вполне автономной жизнью, разрывает пуповины, связывающие его с одним и с другим сторгическим супругом. Теперь оно готово к новому воплощению и, оставаясь в Общей душе, входит во вновь прибывшего человека в качестве его высшей души.

80

Мы берем это слово в его изначальном библейском звучании, чтобы отличать его от Эдема – Рая христианской мифологии.

81

Для выражения явлений личной духовной жизни мы не имеем не только языка, но слов; и чтобы не пользоваться существующими терминами, имеющими свое значение, создаем их по ходу дела, наугад.