Путь воина - Максим Александрович Лагно

руке, раскрытая ладонь левой выставлена между грудью и древком оружия.

Её оружие имело три изгиба. Это означало, что располагало только тремя гнёздами для кристаллов. Самая стандартная, трёхсильная мочи-ка. Края изгибов заострены, на них вдобавок высечены изогнутые шипы, похожие на когти летучей мыши. И сделана мочи-ка из тёмно-зелёного, тускло блестевшего материала, похожего на нефрит.

Девушка стояла и даже не шевелилась, словно сама высеченная из камня. Я неторопливо раскрыл мешок и вытащил свою гордость — пятисильную мочи-ку мастера Батая.

Проследил за реакцией девушки. Есть. Она шелохнулась и уставилась на мою прелесть. Потом снова отвела глаза и посмотрела поверх моей головы. Так и замерла.

Таким расфокусированным, «ленивым» взглядом, при одновременно собранной, пружинящей стойке, обладали опытные мастера боя на мочи-ке. Кроме того, я различил на руках и шее девушки старые шрамы.

И ещё — девушка была явно старше всех нас. Лет двадцать пять, не меньше. Почему же она только сейчас пошла в Дом Опыта?

Я крутанул мочи-ку и тоже встал в стойку. В сравнении со стойкой девушки, моя напоминала распятую лягушку. А ведь Урсаг Намеш говорил, что я хорошо изучил основные стойки!

Я кашлянул:

— Меня зовут Самиран Саран. Но я не целитель, а воин. А ты кто?

Ноль реакции. Ленивый взор девушки уходил поверх моей головы. Не назвать своё имя в ответ считалось большой грубостью.

— Как тебя зовут? — повторил я.

Ни ответа, ни движения, ни взгляда. Хотя бы цыкнула, показав, что не хочет разговаривать! Внутренний Голос тоже не смог помочь: я никогда не видел эту девушку раньше.

Я потряс своим оружием:

— Сию пятисильную мочи-ку мастера Батая я получил после поединка, как вознаграждение за ущерб.

Никакого интереса.

— Я победил сразу несколько мужчин, намного сильнее и старше меня.

Девушка упрямо смотрела поверх моей головы. Неужто её ничем не пронять?

— Я чужая душа внутри чужого тела.

Но девушка не отреагировала даже на это странное признание. Очень серьёзная девушка.

— Неразговорчивая незнакомка? — спросил я. — Ты разве не знаешь, что это весьма грубо с твоей стороны?

Молчание. Игнор. Будто я пустое место.

— Ты обращаешься со мною, словно я враг, — сказал я почти обиженно. — Но я даже не знаю кто ты. Кто твои родители? Кто воспитал такую грубиянку?

Я всё ещё пустое место. Игнор и молчание.

— Если они из незаконно пробравшихся на Дивию, то не надо стесняться. Я не презираю низких. Я считаю, что…

— Воины, — раздался голос Урсага Намеша. — Бой!

Десятки мочи-к одновременно столкнулись друг с другом. Одни с глухим каменным звуком, другие с металлическим скрежетом, третьи с почти нежным стеклянным звоном.

Несколько учеников упали на доски, сражённые первым же ударом.

Я провёл атаку — ведь у девушки была стойка, приглашающая к нападению. Моё оружие и мочи-ка девушки скрестились со звуком удара железа об камень.

✦ ✦ ✦

На Дивии я видел много известного оружия: копья, тяжёлые копья, кинжалы, мечи, топоры, палицы и прочее. В ходу не было только луков и стрел. Они считались оружием низких. Да и зачем небесным воинам какие-то там луки, когда они сметали ряды врагов «Порывом Ветра» или протыкали «Ледяным Копьём» и «Ударом Молнии»?

Даже такие разновидности оружия, как солнечный круг, стеклянный штырь или деррид были понятны и объяснимы. Все они имели аналоги в древней истории человечества. Того человечества, из которого произошёл я.

Мочи-ка резко выделялась из этого ряда.

Она была странной, почти несуразной формы: изгибающаяся в нескольких местах палка. Обычно — из железа, часто инкрустированного и позолоченного. Чуть реже встречались мочи-ки из небесного камня, ещё реже — из дерева.

По легенде мочи-ку придумали Первые Жители, когда привычное оружие показалось им скучным. Урсаг Намеш сказал мне, что эта легенда — ерунда. Первые Жители придумали мочи-ку не от скуки, а для того, чтобы воевать с порождениями грязи, которых тогда было много даже на летающей тверди. По его словам, некоторых тварей не брало обычное оружие, поэтому и создали необычное.

Что это за особенные твари учитель особо не пояснил, ответив:

«Летающая твердь давно очищена от них».

Мочи-ка прочно вошла в воинское дело Дивии. Оружие успешно противостояло топору или копью. А гнёзда кристаллов наделяли его возможностями дистанционного удара.

Но это вовсе не значило, что мочи-ка превосходила остальное оружие. Просто мочи-ка была не хуже. И странной она казалась только мне, человеку другой цивилизации. Быть может, я выбрал бы мочи-ку, даже если бы мне не повезло залутать оружие мастера Батая.

Техника боя на мочи-ке была весьма разнообразной: можно бить, как палкой, можно рубить и колоть, как мечом. А можно использовать изгибы древка, чтобы поранить соперника.

Именно это неразговорчивая незнакомка и сделала сразу после того, как наше оружие скрестилось со звуком удара железа об камень.

Девушка повернула свою мочи-ку так, что древко моей скользнуло по изгибу. Из-за этого я потерял точку опоры и подался вперёд. А молчунья шагнула в сторону и ударила меня локтем по спине, помогая упасть. Но я удержался на ногах и пробежал несколько шагов вперёд — прямо на соседнюю пару бойцов!

Девушка ещё раз ударила меня сзади — когтистый изгиб её мочи-ки впился в моё плечо, где ещё краснели шрамы от прошлого поединка. Я так и повис на её мочи-ке, как на крючке.

Как я не крепился, но боль была нестерпимая. Перестав корчить из себя мужественно воина, я истошно заорал. Беспорядочно замахал мочи-кой, стараясь попасть по девушке, которая пряталась за моей спиной.

Вражеская мочи-ка дёрнула меня назад, ещё сильнее разодрав мышцы плеча. Я рухнул на спину, но заученным на тренировках движением выставил оружие, держа его обеим руками. Вовремя — на древко тут же обрушился удар. Сила его отдалась болью в моих ладонях.

А я даже не видел, с какой стороны эта молчунья атаковала! Откатившись в сторону, вскочил на ноги. Но когти нефритовой мочи-ки тут же впились в моё правое плечо!

Эта сучка снова как-то оказалась сзади!

Снова когти рванули меня назад, я снова упал на спину. Снова выставил оружие и блокировал удар. Молчунья разнообразила атаку — босая пятка девушки ударила меня в живот.

Я согнулся от боли.

Обуянный настоящей ненавистью к этой проворной грубиянке, я зверски махнул мочи-кой, даже не поднимаясь с пола. Это было нарушением всех заветов учителя Урсаг Намеша, который много раз нам говорил, что бой в положении лёжа — это не бой, а предсмертная агония. Всегда нужно вставать на ноги.

Но моя отчаянная атака сработала — сверкающая изгибами мочи-ка мастера Батая врезалась в красивую голень молчуньи. Я не бог весть, какой мастер и силач, но удар мочи-кой мог и переломить ногу! Девушка молча упала на доски рядом со мной.