Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

class="p1">По лицу Олвера поползла струйка пота. Он ехал, уставившись в каменистую тропу прямо перед собой. Они миновали ещё несколько этих страшных деревьев, и теперь все держались от них подальше. Один из спутников указал на большой участок грязи-убийцы рядом с тропой. Она выглядела плотной и бурой, и Олвер заметил несколько торчащих из неё костей.

Это место и вправду ужасно!

Ему хотелось, чтобы с ним был Ноэл. Он везде побывал и всё видел. Уж он бы придумал, как их отсюда вытащить. Но Ноэла больше нет. Эта новость дошла до Олвера совсем недавно из скупого рассказа леди Морейн о событиях в Башне Генджей.

«Все умирают, — подумал Олвер, по-прежнему глядя вперёд. — Все до единого».

Мэт сбежал к Шончан, Талманес — сражаться подле королевы Илэйн. Людей из их каравана одного за другим съедали то чудовища, то грязь, то деревья.

Почему они бросили Олвера одного?

Он пощупал браслет, сплетённый из грубых нитей. Его подарил Олверу Ноэл незадолго до своего ухода и сказал, что такие носят воины в далёкой стране. Им отмечали человека, который побывал в бою и выжил.

Ноэл… мёртв. И Мэт тоже умрёт?

Олвер изнемогал от усталости и жары и был до смерти напуган. Он подстегнул Белу, и, к счастью, она послушалась. Кобыла побежала вверх по склону чуть быстрее, так что Олвер продвинулся ближе к началу цепочки. Фургоны они бросили и теперь направлялись в какое-то место под названием Проклятые Земли, для чего пришлось взбираться в предгорья. Утром они вошли в горную долину. По-прежнему было жарко, но чем выше они забирались, тем прохладнее становился воздух. Олвер был совсем не против. Впрочем, воняло здесь всё так же ужасно, словно падалью.

Когда они отправлялись в путь, с ними было пятьдесят солдат и почти вдвое меньше возниц и рабочих. Горстка людей подобных Олверу и Сеталль, да с полдюжины телохранителей леди Фэйли.

Пока что на изобилующем опасностями пути через Запустение они потеряли пятнадцать человек, включая пятерых, убитых кошмарными трёхглазыми тварями, напавшими на лагерь прошлым утром. Он случайно услышал мнение леди Фэйли, будто такие небольшие потери — большая удача, и всё могло быть намного хуже.

Но Олверу это удачей не казалось. Это место было сущим кошмаром, и ему хотелось отсюда выбраться поскорее. Может в Пустыне не настолько плохо? Ча Фэйли вели себя как Айил. Ну, в чём-то похоже на Айил. Может, они осуществили то, что Олвер только планировал, и уже тренировались в Пустыне? Надо будет у них спросить.

Он ехал ещё с полчаса и в конце концов добился, чтобы Бела выбралась в голову колонны. Великолепная чёрная кобыла леди Фэйли, судя по её виду, была быстроногой. Ну почему Олверу не могли дать такую же?

Фэйли привязала к крупу своей лошади ларец Мэта. Сначала Олвера это обрадовало, он считал, что этому табаку Мэт страшно обрадуется. Он ведь постоянно жаловался на отсутствие хорошего табака. А потом Олвер услышал, как Фэйли объясняет кому-то, что ларец очень удобный и она сложила туда какие-то свои вещи. Получается, табак она выбросила? Мэту это не понравится.

Фэйли взглянула на него, и Олвер широко улыбнулся в ответ, вкладывая в улыбку столько напускной уверенности, насколько был способен. Не стоит показывать ей, как сильно он напуган.

Большинству женщин нравилась его улыбка. Он её специально репетировал, хотя и не брал за образец усмешку Мэта — от той всегда возникало ощущение, что он в чём-то провинился. Когда заботишься о себе сам, то учишься улыбаться, а Олверу требовалось улыбаться так, чтобы выглядеть невинным. Ведь это верно. В большей части.

Фэйли не ответила на его улыбку. Олвер считал, что на неё приятно смотреть, невзирая на её носище. Но характер у неё был далеко не мягкий. Треклятый пепел, да от её взгляда могло заржаветь доброе железо.

Фэйли ехала между Аравайн и Ванином. Хотя они переговаривались вполголоса, Олверу был слышен их разговор. Он старательно смотрел в другую сторону, чтобы они не подумали, что он подслушивает. Он и правда ничего такого не делал, просто отвернулся от поднятой лошадьми пыли.

— Да, — шептал Ванин. — Хоть на то и не похоже, но мы недалеко от Проклятых Земель. Да чтоб сгореть моей собственной матушке, я поверить не могу, что мы туда направляемся. Но вы чувствуете, какой воздух? Он становится прохладнее. И после тех трёхглазых тварей вчера утром, мы не встретили ничего по-настоящему скверного.

— Мы близко, — согласилась Аравайн. — Скоро мы приблизимся к Тёмному и попадём в земли, где ничего не растёт, даже порченное — где нет ничего живого, даже опаснейших тварей из Запустения.

— Полагаю, там нам будет спокойнее.

— Не сказал бы, — ответил Ванин, вытирая со лба пот. — Потому что здесь, наверху, обитают Отродья Тени ещё более опасные. Если мы выживем, то только потому что идёт растреклятая война. Все Отродья Тени заняты в битве. Если нам повезёт, то Проклятые Земли почти до самого Шайол Гул будут пусты, как кошелёк после сделки с треклятым Морским Народом. Простите за грубость, миледи.

Олвер прищурился, глядя на постепенно увеличивающийся горный пик.

«Это там живёт проклятый Тёмный, — подумал Олвер. — И Мэт, вероятно, там, а не у Меррилора». Мэт много рассуждал о том, что от опасностей надо держаться подальше, но сам, так или иначе, всегда влезал в них по самую макушку. Олвер сделал вывод, что Мэт просто скромничает, но у него это плохо получается. Иначе зачем твердить, что не хочешь быть героем, а потом каждый раз растреклятски лезть в самое пекло?

— А что насчёт этой тропы? — спросила Фэйли у Ванина. — Ты сказал, что, по ней, возможно, недавно кто-то прошёл. Может, местность не так уж пустынна, как ты красочно описываешь?

Ванин хмыкнул.

— Похоже, ею пользуются.

— Значит, кто-то проводит через эту область фургоны, — сказала Аравайн.

— Не знаю, хороший это знак или дурной.

— Не думаю, что здесь хоть что-то может служить хорошим знаком, — сказал Ванин. — Может, нам стоит поискать местечко неподалёку и залечь на дно, переждать. — Он тяжело вздохнул, снова утирая лоб, хотя Олвер не понял, почему. Насколько он мог судить, стало заметно прохладнее — ещё утром было ощутимо теплее. И растений стало меньше. Это просто отлично.

Он оглянулся через плечо на рощицу, которая лишила жизни того бедолагу. Похоже, нигде поблизости таких не было — особенно впереди, где проходила тропа.

— Мы не можем позволить себе выжидать, Ванин, — сказала Фэйли. — Я намерена вернуться в Меррилор. Любым способом. Дракон Возрождённый должен сражаться в Такан’даре. Значит, чтобы выбраться из этого Светом забытого места,