Древняя техника усиления - 我是多余人 По Ювэнь

Многие члены Клана Цин, почувствовав ауру Сяньтянь, собрались посмотреть на то, что же произошло. Минъюэ Гэлоу уже закончила свои тренировки, чувствуя себя довольной и сильной, особенно в момент прорыва. То самое чувство, которое она испытывала, занимаясь сексом с Цин Шуем. Момент был великолепным.

Смущенная этими ощущениями, она стала вспоминать Цин Шуя, который уехал около двух лет назад. Она не знала, как он там, как и он не знал, как далеко она продвинулась. Как же ей хотелось снова встретиться с ним!

«Минъюэ, поздравляю с переходом на уровень Сяньтянь. Жаль, что Цин Шуя нет рядом в этот важный момент. Я уверена, он был бы вне себя от радости», Цин Ю привела с собой Юйчан, которой вскоре должно было исполниться четыре годика.

Цин Ю называла Минъюэ Гэлоу просто Минъюэ.

«Тетушка Цин!» позвала ее Минъюэ Гэлоу с улыбкой, никак не показывая радости по поводу своего прорыва.

Ее дочка радостно подбежала к ней с криками: «Мамочка, мама!»

Минъюэ Гэлоу улыбнулась ей и подхватила дочку на руки. Она с любовью потрепала ее за пухлые щечки.

«Теперь в нашем клане есть еще один культиватор Сяньтянь. Минъюэ, перед тобой светлая дорога. Мы всегда думали, что Цин Шуй один такой, но, кажется, что есть такие, кто мог бы с ним сравниться. Ты ему нисколько не уступаешь. Пойдемте, приготовим обед и отпразднуем всей семьей. Как жаль, что мы не знаем, где сейчас Цин Шуй!» сказала Цин Ю и обвела взглядом три поколения клана Цин. Она вдруг так загрустила, вспомнив о своем сыне.

«Не волнуйтесь за Цин Шуя. Его невозможно понять. Мы можем только поддержать его. В будущем Клан Цин сможет им гордиться. Сестренка, он вернется в ближайшие пару лет, вот увидишь. Мы должны радоваться за него», Цин Хе улыбнулся и успокоил свою расстроенную сестру.

«Папа не хочет быть с нами больше? Мамочка, а где папа?» слова маленькую Юйчан удивили окружающих. Подумать только, что эта малышка не забыла Цин Шуя, хотя прошло уже два года.

А в этот момент у входа в укромную пещеру две леди вели под руки серьезно раненого Цин Шуя.

Глава 270. Один из Двенадцати Портретов Красавиц. Божественные Тела

А в этот момент две девушки вели под руки тяжело раненного Цин Шуя.

Они осторожно вошли в пещеру. Если бы в ней были обычные дикие животные, они бы их учуяли. Более того, Минъюэ, находившаяся на вершине Сяньтянь, не боялась и дьявольских чудовищ тоже. Так что они не особо беспокоились.

Вход в пещеру был достаточно узким, они втроем впритирку помещались в проем. Они зашли и увидели очень маленькую пещеру в форме буквы z[26], последний угол пещеры был изогнут таким образом, что оттуда было хорошо видно всю пещеру.

На земле лежал толстый слой пыли. Понятно, что сюда давным-давно никто не заглядывал, ни человек, ни животное: на земле не было никаких следов.

«Я пойду залечивать раны. И я буду полностью без одежды. Поэтому если ничего не случится, не беспокойте меня четыре часа», ухмыльнулся Цин Шуй и поковылял вглубь пещеры.

Цанхай Минъюэ и Хоюнь Лю-Ли переглянулись, сплюнули в сердцах и гневно посмотрели вслед Цин Шую! А Цин Шую тоже бы не хотелось, чтобы девушки увидели, как он выходит в Сферу Вечного Фиолетового Нефрита, поэтому он придумал хитрый ход, который должен был наверняка отпугнуть подруг. Если бы Хоюнь Лю-Ли была одна, то Цин Шуй был не уверен, что этот план сработал бы…

Цин Шуй ушел в самый глубокий угол пещеры, с радостью заметив еще один укромный поворот. Он огляделся.

«Что?!»

Он с удивлением увидел площадку диаметром в два метра с углублением посередине. В центре углубления бил подводный родник. Как же здорово, что в пещере была пресная вода!

Однако вовсе не это поразило Цин Шуя. Он увидел картину на стене. Это был портрет женщины в полный рост, которая привлекла Цин Шуя с первого взгляда. Дама на картине была одета в белоснежный шелк, волосы были заколоты белой палочкой для волос. Ни пятнышка не было на одежде и волосах. Лицо было закрыто белоснежным шарфом, и только пара глубоких черных прекрасных глаз были открыты взгляду, источая величественную ауру.

Цин Шуй долго смотрел на портрет, достаточно долго, чтобы выпить чашку чая, например. Постепенно придя в чувство, он еще раз оценил портрет. Дама была непревзойденно прекрасна. Ее мягкую стройную фигуру было невозможно описать словами. Состояние исключительной красоты.

Цин Шуй восхищенно рассматривал девушку божественной красоты и одновременно не мог не удивляться тонкой технике, использованной для создания этого шедевра. Исключительно выдающаяся картина.

«Один из двенадцати портретов красоты», вдруг увидел он надпись на самом верху рисунка. Слова были написаны витиеватым шрифтом, с характерным мужским нажимом и женской элегантностью. Цин Шуй не мог понять, кто именно — мужчина или женщина — сделал данную надпись.

Цин Шуй немедленно вспомнил о Портрете Свирепого Тигра, Спускающегося с Гор, занавески с изображением Белого Журавля, Простирающего Крылья. Эти две картины принесли ему много пользы. Однако будет ли польза от портрета красавицы? Цин Шуй подошел к нему, аккуратно снял его со стены, проверил, что никого вокруг нет, и вошел в сферу Вечного Фиолетового Нефрита.

Цин Шую не давал покоя тот факт, что эта картина так задела тонкие струны его души. Чем больше он думал об этом, тем больше это его пугало. Если бы он встретил реальную женщину, а эта женщина была врагом, то он бы умер. Сто раз, как минимум. Это и была настоящая сила красоты, способная украсть душу человека. Это и было тем, что называется непревзойденная красота, красота, вызывающая падение стран и городов, накликивающая беду на государства и народы. Не было таких слов, чтобы описать эту красоту.

Цин Шуй повесил портрет красавицы на одну сторону экрана. Когда он еще раз посмотрел на женщину на картине, он снова почувствовал сильнейшее притяжение. Неконтролируемое желание заставило его горько вздохнуть.

Он снял с себя одежду и стал постепенно прогонять Ци Древней Техники Усиления по своему телу. Он тут же покрылся целым слоем пота от невыносимой боли. Сжав зубы, он приказал себе держаться. Он знал, что если он позволит Ци Древней Техники Усиления лечить его раны без принуждения, это займет слишком много времени. А ждать он не мог.

После 90-го цикла он рухнул без сил. Однако эффект был грандиозным.

Настало время для порции Во Всех Смыслах Питательного Супа, который он заблаговременно приготовил для себя. Проглотив две тарелки, Цин Шуй лег на землю и замер. Ци Древней Техники Усиления медленно циркулировала в его теле сама по себе, последовательно и сильно, будто ей не было конца и края.