"Фантастика 2023-178". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Первухина Надежда Валентиновна

– Приглашения на ужин в вашем замке. В любом из ваших замков! – немедленно нашлась Стеффи. Глаза ее сияли счастьем. Еще бы! Она вцепилась в Витторио, как клещ в ухо бульдога, и не собиралась отцепляться. И я ее понимала.

– Хорошо, – сдался граф. – Тогда не будем терять времени. Приглашаю вас на ужин прямо сейчас. В мою загородную резиденцию «Плавское».

– Ах! – восхитилась Стеффи. – Я на седьмом небе!

И тут раздался странный звук: «Х-хрусь».

Стеффи дернулась, но рук Витторио из своих цепких лапок не выпустила. И снова…

Хруссь!

– С моей спиной что-то происходит! – взвизгнула Стеффи.

Витторио одной рукой прижал Стеффи к себе (та замлела), а другой аккуратно погладил узкую девичью спину. А потом рванул блузку так, что она лопнула по швам.

И мы стали свидетелями того, как у новорожденной вампирши прорезались и развернулись в полную ширь черные кожистые крылья.

– У меня крылья! – завизжала Стеффи. – Ай, класс!

– Только блузка погибла, – сокрушенно сказал Витторио. Впрочем, сокрушался он для виду. Я-то заметила, каким взглядом он воззрился на грудь Стеффи, затянутую в кружевной бюстгальтер от Виктории Саммер. Вампир вампиром, а мужские гормоны в нем, видать, тоже играют. – Что ж, – сказал он Стеффи, – здесь нас больше ничего не держит. Дорогая, вас не смущает отсутствие блузки?

– Нимало, – хорошо поставленным контральто пропела Стеффи. – Вы научите меня летать?

– Всенепременно, – откланялся вампир. – Почту за честь.

А сам так по бюстгальтеру глазами и стреляет!

В общем, минуты через две они улетели, крепко держась за руки. Так что эта бедная Стеффи еще и благодарить Алариха должна за то, что выпил ее и сделал вампиршей.

Опять все разрешилось благополучно. Но до Алариха я все-таки доберусь! Пусть Эстрелья знает, чем бойфренд занимается в ее отсутствие!

– Мне пора домой, – сказала я байбайке. – Очень рада была с тобой познакомиться. Может, еще встретимся.

– Конечно, – просияла Майя. – Я могу тебе имейл отправить. Или в «аське» пообщаемся.

– Не люблю я компьютеров, – сказала я. – Лучше ты мне звони.

Я сказала номер своего мобильного.

– Я запомню, – улыбнулась Майя. – Ну пока!

И мы расстались. Майя продолжила патрулирование парка, а я отправилась домой.

Пришлось поймать такси, и, пока я ехала, радостное настроение от знакомства с Майей улетучилось, на его место пришла какая-то тоска. Опять объясняться с родителями по поводу позднего прихода!

Но тут я вспомнила!

Лекант! Мой Лекант!

Счастье, которое никто не посмеет отнять!

Дома родители меня не очень-то и ругали. Они что-то активно обсуждали. И их разговор вертелся вокруг семейного гардероба.

– Мам, пап, – спросила я, – ужинать будете?

– Ах, Тиечка, тут не до ужина. Ты сама себе сульфата аммония положи, а мы с папой обойдемся кефиром.

– Да что у вас стряслось?

– Тиечка, чудо, настоящее чудо!

– Какое чудо?

– Папа сумел раздобыть билеты на концерт Елены Нейс! Мы идем всей семьей! Надо придумать, что надеть, публика будет самая изысканная…

– Мам, так вы и на меня билет взяли?

– Ну конечно, непонятливая ты наша! А как же! Тебе тоже стоит послушать романтическую музыку!

– Спасибо.

– Ах, не благодари. Лучше скажи, смотрится на мне это шелковое платье с бархатной розой?

– Мам, такие платья вышли из моды лет пять назад.

– Что же мне делать? Папа пойдет в костюме, ты наденешь свое крепдешиновое, а я…

– Мам, ты про какое крепдешиновое?

– Ну сиреневое, в складку.

– А… у меня на нем пятно.

– Тийя, ты никогда, никогда не могла носить вещи аккуратно. Ах, что же делать!

– Мама, не волнуйся, у меня для тебя сюрприз. Мне выдали зарплату, так что завтра можно будет присмотреть платья и тебе и мне. А сейчас я пойду спать, ладно?

На том и порешили.

Я вошла в спальню и утомленно сбросила с себя одежду. Ванну принимать не хотелось. При свете ночника я сбрызнула специальным безводным спреем чуть шелушащиеся колени. Они должны быть гладкими и блестящими, особенно если Лекант захочет обратить на них свое внимание.

Я натянула ночную сорочку, погасила ночник и вытащила из верхнего ящика столика маленькую палехскую шкатулку. Эта шкатулка у меня была с детства и выглядела облупленной, но я ее любила. В ней я хранила все самое для меня драгоценное. Сейчас я подняла крышечку, и мягкое золотистое сияние наполнило мою комнату. В шкатулке лежало золотое перышко. Это оно так светилось. Оно наполняло меня тихой детской радостью и верой в то, что у нас с Лекантом все будет прекрасно.

Я положила перышко обратно и легла.

– Спокойных тебе снов, Лекант, – прошептала я, думая о том, как сейчас Лекант расположился в роскошном номере отеля «Цепеш».

Я быстро заснула, усталость взяла свое. Все-таки день был насыщенный. И мне приснилось, что Лекант каким-то образом проник в нашу скромную квартирку и стоит у моей кровати.

– Тийя… – прошептал он мне. – Проснись, Тийя…

– Как я могу проснуться, – удивилась я, – если это сон?

– Тийя, это не сон.

Его рука коснулась моего лица, и я поняла, что да, действительно это не сон. Я села в постели, притянув к груди одеяло. На мне старая ночная сорочка, позор!

– Лекант, – прошептала я, едва справившись с волнением, – как ты сюда попал? Ты же не знаешь, где я живу!

– По перышку, – в темноте улыбнулся Лекант, и я увидела, что его сапфировые глаза сияют. – Его свет привел меня к тебе.

– А как ты проник в квартиру?

– Немножко поиграл с пространством. Я умею его раздвигать или сжимать, по усмотрению. Я не знал, что у меня есть такое свойство, но вот захотел прийти к тебе, и оно появилось.

– Ох, Лекант, ты тысяча загадок! А зачем ты пришел? Я думала, ты спишь.

– Ты не рада меня видеть?

– Глупости. Конечно, рада.

– Ты хочешь спать, я нарушил твой сон. Прости, Тийя, я сейчас уйду. Только один раз поцелую тебя и уйду.

– Нет уж, дудки! Поцеловать ты меня, конечно, можешь, но я хочу знать, зачем ты пришел.

– Сначала поцелуй или объяснение?

– Поцелуй.

– Хорошо.

Лекант опустился рядом со мной на кровать и прижался губами к моим губам. Понимаете, у меня нет особого опыта в поцелуях. Когда я была жива, то целовалась редко, все больше кололась и занюхивала. Вот и не научилась. А Лекант… Похоже, он тоже не знал, как происходит настоящий страстный поцелуй, и мы были как школьники, впервые застигнутые близостью губ и рук.

Лекант оторвался от моих губ и спросил:

– Я что-то не то делаю?

– Все замечательно. Скорее это я делаю что-то не то. Лекант, ты удивительный.

– Да, только не знаю, кто я. А теперь выбирайся из постели и одевайся.

– Зачем?

– Объясняю. У себя в номере не далее как полчаса назад я услышал разговор двух служебных духов, ну знаешь, которые живут в помещении и оберегают его от разрушения…

– Домовых?

– Да, наверное, они называются так. Так вот, они говорили, что сегодня в час пополуночи великая певица Елена Нейс будет петь для волшебных существ, таких, как они.

– То есть для домовых, леших, барабашек и прочей мелкой служебной нечисти?

– Да. Елена Нейс хочет, чтобы ее слышали все. А ведь в концертный зал домовых не пустят.

– Понятное дело.

– Этот волшебный концерт состоится на той поляне, где когда-то была спрятана моя гробница. И если мы хотим успеть, нам надо собираться уже сейчас.

– У меня нет даже подходящего платья.

– А это что на тебе?

– С ума сошел! Это ночная сорочка.

– Красиво выглядит. Точнее, твое тело в ней красиво выглядит. Таким… Не знаю даже, как сказать.

Лекант явно смутился. Смутилась и я.

– Встань и отвернись, – попросила я его.

– За… Ах да, конечно.

Лекант встал с моей кровати и повернулся лицом к окну. Я быстренько сняла ночнушку и переоблачилась в джинсы и любимый белый свитер из кашемира. В этом свитере я смотрелась неплохо, особенно теперь, когда стала мертвой.