Девочка и пёс - Евгений Викторович Донтфа

Девочка никак не могла избавиться от стойкого почти эйфорийного ощущения, что она находится в игровой матрице. И либо это фильм объемного погружения, либо мультисенсорная виртуальная реальность полного контакта, либо один из аттракционов так называемого "копиуорлда" — детальное дотошное воспроизведение какой-то части действительности при помощи роботизированных механизмов. Её сознание упорно отказывалось воспринимать Акануран как реально существующий мир, где живут и умирают абсолютно настоящие живые люди. Будучи ребенком совершенно иной цивилизации, чьи технологии давно уже размыли всякие границы между воображаемым и действительным, она легко принимала как данность, что игровая матрица практически во всех отношениях неотличима от подлинной реальности бытия и полноценно и насыщенно можно жить в любой из них. В конце концов ученые уже много столетий спорили что же собственно такое есть эта самая подлинная реальность бытия и чем тоньше и незримее становилась грань между реальностью воссозданной техническими средствами и реальностью подлинной, тем ожесточённее становились эти споры. Но маленькую Элен подобные философские вопросы, конечно, не волновали, её просто очень забавлял тот факт, что несмотря на то что она отлично знает что всё происходит на самом деле, у неё то и дело возникает чувство что это всё не по-настоящему.

Оглядываясь по сторонам, она решила что видимо сейчас они находятся в одном из зажиточных и благополучных районов города. Никаких ветхих трущоб и прочих ужасов, о которых говорил судья, здесь не наблюдалось. Очень широкая улица слева и справа обрамлялась узорными металлическими черными и серебряными оградами с каменными основаниями, за оградами в глубине дворов стояли симпатичные двух и трехэтажные длинные здания с широкими лестницами парадного входа, портиками и даже башенками. Дома с любовью и аккуратностью были выкрашены в голубой, розовый, светло-зеленый цвета и многие украшены барельефами, искусной лепниной и скульптурами в нишах. Элен решила, что видимо на этой улице живут исключительно богатые люди или возможно это какие-то государственный учреждения, как отдел Судебной палаты, который они недавно покинули. Сам тротуар по центру был разделен узкой полосой плотной посадки низкорослого лилового кустарника с красивыми маленькими синими цветами. С одной стороны от этой рабатки ходили прохожие, с другой ездили экипажи. Наряды встречных людей показались девочке излишне яркими и разукрашенными. Даже у мужчин, на камзолах и сюртуках, а порой и штанах, обязательно присутствовали какие-то банты, вышивки, галуны, позументы и прочее, а уж на женских туалетах таковых украшательств казалось раз в 10 больше. Особой популярностью пользовались узкие цветные ленточки, которые вплетались в волосы, продевались сквозь специальные прорези на одежде, крепились к шляпкам, плечам, поясу или просто обматывались вокруг запястья или шеи. Элен почему-то ожидала, что городские дамы будут все сплошь в тяжелых плотных глухих платьях, закрывающие тело от подбородка до пят. Может быть даже с корсетами и пышными многослойными юбками. Однако жительницы Аканурана предпочитали гораздо более свободные одеяния. Тонкие, часто расшитые рельефными узорами платья элегантно облегали фигуру, оставляя открытыми плечи, шею и грудь. Некоторые платья едва доходили до колен своих хозяек, почти каждая женщина также имела на себе какую-либо накидку или короткий плащ, шляпку и широкий темный узорный пояс на бедрах, обязательно с яркой большой пряжкой. Впрочем, кое-кто, в основном молодые девушки, были облачены просто в некую светлую безрукавную тунику с красивыми узорами и длинными до груди разрезами по бокам. Однако часть женского населения все же склонялась к менее фривольным туалетам, в которых присутствовали и узкие глухие кофточки и изукрашенные вязью жакеты и длинные плотные юбки. Но одежда всех без исключения женщин, и молодых и пожилых в обязательном порядке украшалась ленточками, легковесными шарфиками, бисерными вышивками, золотистой и серебряной вязью, парчовыми вставками, брошами и т. п. И Элен, улыбаясь про себя, чуть снисходительно размышляла о том, что местные женщины определенно склонны к излишней вычурности и экстравагантности, что несомненно проистекает из некоторой неуверенности в себе и примитивности мышления и вообще культуры. Впрочем, Элен очень понравились ленточки и ей тут же захотелось иметь длинные густые волосы, чтобы в них можно было вплетать эти яркие, словно бы глянцевые полоски. А еще она пришла в восторг от женских туфелек из темной ткани или кожи сплошь покрытых мелкими стекляшками или бисеринками, которые радостно и весело искрились и мерцали при движении ног своих хозяек. И хотя она очень гордилась своими, копирующими военную обувь звездных десантников, композитными ботинками, с магнитными липучками-застежками, амортизирующей подошвой, встроенными в носок фонариками, работающими от барогенераторов подошвы, сейчас ей страшно захотелось обменять их вот на такие блесткие туфельки. Прохожие представлялись девочке наряженными словно они готовились к какому-то празднику. Но она понимала, что скорей всего это вполне повседневная одежда и просто таковы местные традиции. Она также обратила внимание на металлические изогнутые столбы фонарей, на которых висели корзины цветов, на ажурные с закругленными ножками скамейки вдоль рабатки, на узорчатые тумбы в которые были вставлены деревянные мусорницы, всё вокруг явно свидетельствовало о любви жителей к своему городу и определенном достатке. И Элен уже решила, что ей кажется вполне нравится в Акануране. Но от неё конечно не укрылось, что она и Галкут явно чужие на этом празднике. Многие прохожие откровенно таращились или по крайней мере неодобрительно косились на слугу судьи, словно не понимая как он мог очутиться на этой прекрасной улице. Обезображенное побоями, с заплывшими глазами, желто-фиолетовое, небритое лицо Галкута, его заношенные, чуть ли не ветхие штаны, стоптанные сапоги и засаленная затертая клетчатая рубашка входили в кричащий диссонанс с окружающими его чистыми свежими нарядными мужчинами и женщинами. Последние к тому же наверно недоумевали зачем и куда подобный забулдыга и бродяга ведет маленького ребенка. И Элен почти радовалась тому, что сама она скрыта под плащом и её собственный синяк и распухшая губа не столь бросаются в глаза как побои Галкута. Некоторые из пожилых представительных господ глядели на странную парочку не просто неодобрительно, а почти сердито и казалось вот-вот властно окликнут Галкута и потребуют от него объяснений кто он такой и что здесь делает. Но никто не окликнул.

Минут через десять слуга судьи со своей подопечной свернул с этой просторной красивой улицы в узкий переулок. Он ускорил шаг, крепко сжимая ладонь девочки, и Элен, быстро переставляя ноги, с трудом поспевала за ним. Они принялись петлять по уютным чистым проулкам, где уже не было никаких оград, газонов и клумб, и стены каменных домов вплотную примыкали к тротуару. Здесь уже попадались вывески, магазинчики, лавки, закусочные и даже большие стеклянные витрины. До Элен долетали запахи