Голубые шинели - Натали Бранде

Я кивнул, и мужик, гордый своим хорошим знанием людей, продолжал:

— Ты, браток, по адресу попал, здесь у нас на рынке знаешь сколько ребят в Германию утекло без документов, а все потому, что правильно обращались.

— Правильно — это к тебе, значит? — сообразил я.

— Ну, — мужик с гордостью похлопал себя по груди, — я тут уже пятый год торгую. Всех знаю, ты скажи, чего хочешь — я скажу — сколько это стоит.

— Ну вот, например, в Германию перебраться — это возможно? — спросил я, зацепившись за подсказанную им идею. Зачем мне в Германию — я понятия не имел, но знал, что надо начать куда-то двигаться, не сидеть же мне в отеле в вечных проститутках.

— В Германию, парень — это как два пальца описать, — весело ответил мужик. — завтра в семь.

— Что завтра в семь? — не понял я.

— Завтра в семь утра будь здесь.

— А сегодня?

— А сегодня все — поезд ушел.

— Подожди, — я решил разобраться — что это значит, — ты объясни все-таки.

Мужик посмотрел на меня как на дефективного:

— Ты вроде с первого-то взгляда умнее кажешься, — заметил он, — короче, объясняю Стоит это денег — две штуки баксов, — он испытующе посмотрел на меня, пытаясь понять, вызвала ли у меня шок названная им сумма или я ее схавал, не моргнув. На всякий случай я поморщился.

— Ну вот, — продолжал мужик, — значит, ты приходишь, а тут у нас машина грузится. Везут в Германию товар. Какой — тебе не важно. Водитель имеет место в фуре, такую комнатушечку как бы, то есть прямо внутри товара — там и будешь сидеть. Переехал через границу — все. Вылезай. Гарантия полная — еще никто не сорвался. Устраивает?

Я обалдел — конечно устраивает! Подальше от этого поганой Польши с ее пятизвездочным борделем, в котором мне отведена роль общественного сортира.

— Да вроде нормально, — сказал я, — вот только цена кусается — а поменьше нельзя? — заискивающе спросил я.

Мужик посмотрел на меня с интересом — ведь раз я торгуюсь, значит — чего-то тут можно урвать.

— Ну, как сказать, — начал он уклончиво, — это надо с водилой разговаривать. Может, и смогу его уговорить, но только баксов триста скостит — не больше.

— Не, мужик, — заканючил я, — у меня и есть-то только полторы штуки — и все, даже на жратву уже не останется.

— Ты меня это, не жалоби, — вздохнул мужик, — я ж тебе свои проблемы не докладываю. Ну, что с тобой делать — полторы — так полторы. Ну, короче — заметано — завтра в семь жду.

И он ушел в сторону своей бабы, оставив меня одного посередине это кипящего базара.

Ладно, — решил я, — значит завтра в семь утра. Но как же мне быть — где сегодня ночевать? Вернуться в отель, конечно, можно — но если меня заставят работать?

Хорошо, предположим, я не вернусь, тогда эта сука, этот лощеный пан Войтек наверняка отправит своих молодчиков искать меня, а то что на него работает базарная мафия воров и рэкетиров — я не сомневался. Нет — это мне ни к чему, ведь они могут меня заметить тут в семь утра — и мне уже никуда не удастся уехать. Нет, была ни была — придется вернуться в отель.

Правда, надо подумать — под каким предлогом я завтра выйду оттуда в семь утра.

На всякий случай я зашел в магазин и, поменяв деньги в пункте обмена валюты, купил кроссовки, недорогой спортивный костюм, бритву, зубную пасту и спортивную сумку. Сделаю вид, что отправляюсь на пробежку, а в сумке у меня может быть гантели лежат, или еще что-нибудь. Неважно, но я был уверен, что в таком спортивном виде даже и с сумкой мне удастся выбраться из отеля.

Пока же пришлось вернуться в номер. Ровно в пять часов снова без стука ко мне вошла пани Гжеся и сказала:

— Пан сегодня начинает работать, поздравляю!

Она была так вежлива, что я не понял — она издевается или и в самом деле поздравляет меня с началом моей сексуальной деятельности.

— Вечером в девять часов пан должен прийти в номер 143 — это четырнадцатый этаж от лифта направо. Вас будет ждать господин Али. Деньги за обслуживание клиента вам передам завтра в десять утра я лично, если клиент будет доволен. Ну, не смущайтесь, — подбодрила она меня, — нам с вами долго вместе работать. Так что будет лучше, если вы не будете на меня реагировать враждебно. Желаю удачи, — и она вышла, оставив меня в полном недоумении.

Видимо хорошенькая пани выполняла тут ту же роль, что и я в своей роте в армии. Ну что ж — деваться некуда, придется отработать.

В десять вечера, как и было приказано, я стучал в дверь 143 номера. Мне открыл огромный негр, высокий и такой необхватно толстый, как три пивные бочки. Я с ужасом посмотрел на него, не понимая, как мне удастся отдрючить его огромную задницу — я боялся, что всей длины моего члена, если он вообще, конечно, встанет на это чудовище, не хватит, чтобы протиснуться сквозь все его складки жира.

Негр, видя мое замешательство, захохотал довольно, здоровой своей лапище шлепнул меня по заднице, как бы закидывая внутрь своего номера. Что-то бормоча на непонятном мне языке он начал раздеваться, стягивая с себя брюки. Я последовал его примеру, с отвращением глядя на эту мерзкую тушу, на его здоровенный свисающий чуть ли не до колен живот. Господи, ну что я буду с ним делать! К моему удивлению он оказался очень подвижным и невероятно сильным. Раздевшись быстрее меня, он уже с нетерпением содрал с меня мои трусы и начал с вожделением сосать своим огромным черным ртом с розовыми вывороченными губами мой сжавшийся от ужаса член. Моя робость явно забавляла его. При том одной рукой он довольно-таки грубо мял мои яйца, а другой — толстой здоровой черной лапой с длинными и жирными, как сардельки, пальцами он начал нащупывать мое анальное отверстие. А потом влез туда сначала одним, а затем и двумя пальцами. Я не мог вырваться из его железной хватки, чувствуя, как меня придавил к кровати огромный потный его живот. И вдруг негр, быстро развернув меня к себе спиной, резко и ловко вошел в меня своим членом и начал долбить меня так, как я сам это не раз проделывал с майором. От боли я готов был выть, лезть на стенку, но он цепко удерживал меня за плечи, подминая меня всего под себя, насаживая и насаживая меня на свой огромный член, как будто бы я был бабочкой которую он насаживал на иглу. Господи, это негр дрючил меня всю ночь, он кончил в меня как минимум шесть раз, и я только и успевал бегать туалет, выливая из своей задницы его омерзительную сперму.

Неужели это никогда не кончился, с ужасом думал я, глядя, как его волосатый здоровый член снова готовится к бою, у меня было такое ощущение, что его член просто никогда не опадает, он, наверно, так и живет с ним в стоячем состоянии. Однако после шестого раза негр и сам уже утомился. Он довольно откинулся в кресло, достал из холодильника две маленьких бутылочки виски, одну предложил мне, а другую в два глотка выпил сам. Я валялся на кровати полуживой. Негр улыбнулся мне. Сказал: