Иран. Полная история страны - Хусейн Азади

Тебе всю душу отдаю – ты свет зари, а я свеча.

Твою улыбку узнаю: она легка, она свежа.

Умру – прольются надо мной фиалок запахи весной,

Как будто дышит локон твой,

спадая волнами с плеча.

Глаза раскрою, подниму, тебя как утро восприму,

Но ты мне даришь только тьму,

где ни просвета, ни луча.

Спасибо горю – здесь оно со мной бессменное одно

Живет, не спит, меня давно от одиночества леча.

И хоть черны мои зрачки, но от немыслимой тоски

Светлы в них слезы и горьки,

дрожат, прозрачнее ручья.

Для всех любимая моя лицо открыла, не тая,

Но сердце знаю только я, нигде об этом не крича.

Хафиз воскреснет, оживет,

могильный саван разорвет,

Чуть мимо милая пройдет, подобно ветру, горяча![217]

Предание гласит, что однажды Хафиза избили на ширазском базаре. Поэт пришел за покупками и услышал, как кто-то читает вслух одну из его газелей, которая ему совсем не нравилась. «Замолчи! – воскликнул Хафиз. – Эти дрянные стихи не заслуживают того, чтобы их произносили». Люди возмутились и поколотили наглеца, осмелившегося хаять стихи великого Хафиза. Есть ли лучшая слава, чем быть избитым во имя собственной славы?

Хафиз умел выражать глубокие мысли в простой форме, близкой и понятной даже необразованному человеку, потому-то его слава и столь велика. Главную идею творчества Хафиза можно выразить так: «Несовершенство мира не служит поводом для печали, печалиться можно только по поводу собственного несовершенства». Хафиз – настоящий ринд[218], озорной, непутевый, но преисполненный доброты.

Джунейд. «Хомай на следующий день после свадьбы». Иллюстрация к «Трем поэмам» Хаджу Кермани. 1396

У других – благая доля, радостные дни.

Мой удел – тоска немая, нищая сума.

Славь любовь – огонь бесценный! Не забудь, Хафиз:

Наши радости – мгновенны, этот мир – тюрьма![219]

О звезде XV века мы, к сожалению, знаем очень мало: имя, имя учителя и место работы. Иранец Джунейд Султани, ученик художника Шамс ад-Дина, работал в багдадской китабхане[220] Ахмада Джалаира[221] в 1382–1410 годах. Миниатюры Джунейда отличаются яркостью красок, содержательностью образов и тщательной проработанностью деталей. Джунейд заложил традицию подписывать свои работы, благодаря чему мы можем идентифицировать творчество иранских миниатюристов. Подлинным шедевром, соединившим в себе мастерство трех корифеев, стала проиллюстрированная Джунейдом рукопись «Три поэмы» известного иранского поэта Хаджу Кермани, написанная каллиграфом Мир Али Тебризи. К сожалению, эта рукопись, являющаяся драгоценным достоянием иранского народа, хранится в Лондоне, в Британской библиотеке.

Глава седьмая. Сефевидский Иран

Исмаил Сефеви, основатель государства

Абу-л‑Музаффар Исмаил бин Гейдар ас-Сефеви, более известный как шахиншах Ирана Исмаил I, был потомком шейха Сефи ад-Дина Исхака Ардебили, основавшего в начале XIV века в городе Ардебиле[222] суфийский тарикат[223] Сефевие. Став шахиншахом, Исмаил вывел происхождение шейха Сефи ад-Дина к шиитскому имаму Мусе аль-Казиму[224], потомку Пророка Мухаммеда, но это родство вызывает большие сомнения. Принято считать, что шейх Сефи ад-Дин был суннитом, но при его сыне Садр ад-Дине тарикат Сефевие стал шиитским из-за притока в Ардебиль туркменских кочевников‑шиитов. Скорее всего династия Сефевидов имела курдские корни, но ничего определенного по этому поводу сказать невозможно. Как говорится: «О неизвестном каждый волен думать, что ему угодно».

Отцом Исмаила, родившегося в Ардебиле 17 июля 1487 года, был глава тариката Сефевие шейх Гейдар, а матерью – дочь султана Ак-Коюнлу Узун Хасана Алямшах-бейим. По тем временам, когда во главе государств становились незнатные кочевники или бывшие рабы, достойное происхождение выгодно отличало Исмаила от других желающих править народами. Согласно преданию, пальцы новорожденного Исмаила были сжаты в кулаки и покрыты кровью, что было истолковано как рождение нового отважного завоевателя.

Миниатюра. Шах Исмаил с кызылбашами. Вторая пол. XVII века

Детство Исмаила выдалось несладким. Отец погиб в бою, когда ему был год, а дядя по матери Султан Ягуб, правивший в то время Ак-Коюнлу, заточил Исмаила вместе с его матерью и старшими братьями в крепости Истахр, подальше от родного Ардебиля. Освободил пленников внук Узун Хасана Абу-л‑Музаффар Рустам-хан, ставший султаном в 1492 году. Род Сефеви пользовался в Азербайджане огромным авторитетом, Ардебиль с окрестными землями был наследственным владением рода[225], так что местному населению сильно не нравилось то, как султан обошелся с вдовой и сыновьями шейха Гейдара. Ради упрочения султанской власти, которая к тому времени сильно ослабла, Рустам решил освободить пленников, вернуть им былое достоинство, но при этом держать под своим контролем. Помимо лояльности азербайджанцев, султан Рустам рассчитывал на то, что клан Сефеви поможет ему в борьбе с сородичами. Старшему брату Исмаила Султану Али в столичном Тебризе был оказан почет, соответствующий полученному им от султана титулу падишаха…

Рустам оказался в положении глупца из старой сказки, который помог тигру выбраться из ямы, рассчитывая доехать верхом на нем до Исфахана. Что первым делом сделал тигр? Сожрал своего спасителя. Увидев, сколь активно растет число сторонников Султана Али, Рустам пожалел о своей опрометчивости и решил избавиться от опасности навсегда. Он выслал против Султана Али пятитысячный отряд, но тот, имея при себе всего триста воинов, обратил посланцев Рустама в бегство. Победа обернулась поражением. Во время преследования бегущего противника Султан Али утонул в реке. Воины Рустама заняли Ардебиль.

Исмаилу и его брату Ибрагиму пришлось скрываться более 5 лет. В середине 1499 года двенадцатилетний (!) Исмаил решил, что настало время действовать. Он прибыл в Ардебиль и начал собирать вокруг себя сторонников. Юный возраст Исмаила отпугивал многих и потому набрать отряд численностью в 7 000 человек ему удалось лишь летом 1500 года.

Главной опорой рода Сефеви были кочевники, говорившие на азербайджанском языке, из племен шамлу, румлу, устаджлу, текелю, афшар, каджар, зулкадар. В память о 12 шиитских имамах они носили чалмы с 12 красными полосами, отчего их прозвали «кызылбаши» («красноголовыми»). Сила кызылбашей заключалась в их единстве – все они признавали своим духовным лидером сефевидского шейха, – и в свойственной шиитам самоотверженности.

Отец и дед Исмаила погибли, сражаясь с воинами Ширванского государства[226], отделившегося от Халифата еще в 861 году. Границы его простирались по Закавказью от Черного моря до Каспийского. Нельзя воевать, имея за спиной опасного врага, поэтому Исмаил начал с похода на Ширван в 1500 году. Взять его под свой контроль он не смог, но разорил основательно, и можно было надеяться на то,