Тран. Создатель чудовищ - Джордж Кинг

Обычно для подавления восстания в какой-нибудь из провинций элитной эскадрилье достаточно было просто появиться над городом или селением – такое жуткое впечатление она производила на бунтовщиков. Но в последнее время эти летающие акулы совершали всего один-два вылета в год – восстания вспыхивали все реже, в Империи царили мир и спокойствие.

На сей раз судно было поднято в воздух вовсе не для подавления бунта. Причиной стала распространяющаяся в государстве проказа. Халцион рассылал своих посланцев по всей Империи.

– Вскоре мы увидим Лозанон, – сказал Явгмот, ловко орудуя рычагами. – Красивое место. Пальмы, тропические леса. Восхитительно. Те, кто осваивал эти земли, начинали с осушения болот и на их месте возводи ли здания, а там, где не могли до конца избавиться от воды, ставили дома на сваях. Вам будет интересно на это взглянуть. Вы ведь говорили, что хотели бы изучить архитектуру на всей территории Империи.

– Архитектура Империи… Да… Именно поэтому я и полетела с вами, – кивнула Ребекка, словно убеждая сама себя. По правде говоря, у нее имелось несколько причин для подобного путешествия, и изучение архитектурных особенностей провинции было в их ряду последним.

Она согласилась на поездку потому, что Гласиан уже почти два месяца пребывал в коме. В известной степени это было последствием шока, пережитого после сожжения рукописи. Бессонные ночи возле кровати мужа вконец расшатали нервы Ребекки. Снова и снова складывая обгоревшие обрывки, она пыталась восстановить гениальный труд, вслух читала то, что можно было разобрать, пока не выучила наизусть. Ребекка расспрашивала Явгмота, записывала все, что ему удалось запомнить, но этого было недостаточно. Ничто не помогало вернуть ей ее мужа. Гласиан уже не был способен ни двигаться, ни говорить. Лишь изредка он собирался с силами, которых хватало лишь на то, чтобы открыть глаза и невнятно пробормотать какое-нибудь слово.

Однажды Явгмот сказал ей: «Пойдемте со мной». И эти три слова стали главной причиной, по которой Ребекка согласилась лететь с ним. Он просил ее об этом. Просил оставить наконец постель полуживого мужа и провести пару месяцев рядом с ним новоявленным гением, неустанно трудясь на благо и во спасение Халциона и всей Империи.

Спасение Империи. Вот цель, с которой Явгмот предпринял эту поездку.

После того как целитель выявил несколько случаев застарелой проказы у старейшин Совета, все поняли: лепра перестала быть болезнью бедных. Вскоре выяснилось, что некоторые из заболевших, не разделяющих идей Явгмота, в свое время отказались от обследования и медицинской помощи. А теперь было слишком поздно. Этот факт привел в панику всю Империю. Старейшины единогласно проголосовали за то, чтобы Совет по здравоохранению организовал специальные лечебные центры в семи городах-государствах.

Во главе каждого центра должны были встать целители, подготовленные лично Явгмотом. Четырнадцать таких специалистов находились сейчас на борту летающего судна.

Остальных сотрудников планировалось набрать из числа опальных евгенистов, знакомых с основами не магической, а физиологической медицины – диагностикой, фармакологией, хирургией, и способных обучить местных специалистов не только принципам врачевания, но и технике проведения опросов населения, сбору и обработке статистических данных и, что самое важное, способам подавления восстаний, причиной которых была проказа.

Местным лекарям предстояло стать и целителями, и воинами. Через два месяца обучения каждый город-государство будет иметь свои специальные военизированные подразделения медиков.

Чтобы не совершать повторных инспекционных поездок, Явгмот решил одновременно приступить и к проведению военной реформы. Совет наделил его полномочиями преобразовать слабую, коррумпированную гвардию и армию Империи Транов.

Таким образом, Явгмот определил для себя две цели – медики и солдаты.

– Взгляните. Это что… дельта? – спросила Ребекка, указывая вниз.

Под крылом летательного судна, среди зарослей ив и высоких кипарисов, полноводная река несла свои потоки через широкое русло в цветущую долину, где раскинулся довольно крупный город. Множество огней отражалось в коричневой воде, словно подмигивая своим двойникам. От грязных набережных на окраине отходили узкие улочки, застроенные небольшими зданиями с круглыми крышами. У самой воды, среди пальм, теснились хижины из тростника, возведенные на сваях.

Ребекка рассмеялась. Она не могла вспомнить, когда в последний раз смеялась настолько раскованно.

– Что вас так рассмешило? – Явгмот повернулся к ней и тоже улыбнулся.

– Архитектура Империи, – от смеха на ее глазах даже выступили слезы, – прекрасные формы, превосходным образом вписанные в ландшафт, приспособленные для проживания в водном бассейне. Можете ли вы представить себе эти неопрятные, косматые дома-чудовища на улицах Халциона?

– Да, пожалуй, они уж очень близки к природе.

– Здесь слишком болотисто, – сказала Ребекка, вытирая слезинку. – За домами, подобными этим, ожидаешь увидеть лишь рои комаров да мусорные свалки.

Явгмот переместил пару рычагов.

– Да уж, здесь вы не заставите меня приземлиться.

По мере приближения к центральным городским кварталам стали видны и более современные постройки. Природные материалы: тростник, пальмовые ветви, бамбук, глина и дерево – уступали место камню и стеклу. Коричневый, желтый и красный цвета сменялись белым и серебристо-серым. Но традиционные для этой местности архитектурные формы все же сохранялись и, облагороженные, даже повторялись в силуэтах куполов и соборов.

Наконец летательный аппарат достиг центральных кварталов, пролетев над строгой линией белокаменных зданий.

– Похоже, я зря смеялась. Здесь есть чему поучиться. Какие интересные архитектурные находки… – покачала головой Ребекка.

Явгмот чуть отпустил рычаг, и его рука, теплая и сильная, опустилась на колено спутницы.

– Если в Лозаноне я мог бы предложить вам только посмеяться над ветхими постройками, то здесь я смогу предложить море удовольствий.

Карантинная пещера была переполнена.

– Прелестные кроватки, – уныло процедил Джикс.

Из верхнего мира продолжали поступать строительные материалы для оборудования все новых и новых спальных мест, а вместе с ними – зараженные ссыльные. Согласно чертежам, присланным Явгмотом, Джикс и его помощники соорудили широкие полки-койки, прикрепленные одна за другой вдоль стен огромной пещеры.

Представление главы Совета по здравоохранению о том, как должны содержаться пациенты, было простым и незатейливым: больные лежат в пещере рядами. Каждая койка имеет небольшой скат в сторону стены. Нижняя часть тела пациента остается обнаженной. Нечистоты выводятся при помощи специального желоба, проложенного между стеной и койкой. Раз в неделю специальная бригада обмывает пациентов и ополаскивает их койки. Явгмот считал это великолепным нововведением.