Романтика любви - Джослин Рэйнс

— Это будет самое прекрасное лето за всю мою жизнь, — сказала Кэролайн, когда они подошли к двери коттеджа.

— Первое из множества самых прекрасных, — поправил ее Джеймс. — А когда мы станем восьмидесятилетними стариками, то будем вспоминать и спорить, какое же лето было действительно самым лучшим.

Кэролайн подняла на него глаза. Она могла представить себе, каким он будет в восемьдесят: старичок с морщинистым, но красивым лицом, приносящий ей розы и строящий планы на следующее чудесное лето, все время ждущий приключений. Она могла представить и себя, тоже с морщинами, но энергичную. Она бы держала его под руку и улыбалась ему.

Они зажгли камин и занялись любовью прямо перед ним на ковре. Огонь отбрасывал блики на их обнаженные тела, и когда в камине остались одни тлеющие угольки, их чувства все еще пылали.

Фраза, сказанная Сисси, засела в голове Кэролайн, и она решила назвать магазин «Штат Мэн». Но именно связи и знакомства Дженни позволили ей выставить в этом магазине много действительно прекрасных работ, сделанных руками местных умельцев. В магазине продавались только изделия народных ремесел. Здесь была красивая стеклянная посуда, сделанная в мастерских центральных районов Мэна, где художников вдохновляли многочисленные водопады, ковры и паласы ручной работы из Дамарискотты, свитера самых разных фасонов, связанные из овечьей шерсти, лессированной и натуральной, красочные покрывала и накидки, сделанные Дженни, — самые разные, начиная от полога для колыбели и кончая широкими покрывалами для двуспальных кроватей, а также модели судов, сделанные Калебом Джонсом и его учеником Джеймсом Годдардом. В магазине принимались индивидуальные заказы.

Сисси, за которой клиенты в основном присылали частные самолеты, чтобы ускорить ее приезд, старалась проводить в Кэмдене как можно больше времени. Она просто засыпала Кэролайн идеями по оформлению витрин, чтобы привлечь как можно больше покупателей. Ее опытный взгляд декоратора не упускал ничего, и это выгодно отразилось на интерьере магазинчика.

— Необходимо создавать ощущение простора, — поучала Сисси Кэролайн, расставляя посуду на незатейливом подносе. — Вещам нужен воздух, чтобы они могли как бы дышать, и не бойся самых неожиданных сочетаний. — Она указала на глиняную посуду и расписные эмалированные кувшины, стоявшие вместе. Кэролайн прислушивалась к ее советам, присматривалась и вскоре стала подумывать, что этим летом она научилась у Сисси не меньше, чем до этого у графини. Кэролайн теперь знала, что учатся не только в школе или колледже.

Благодаря тому что издатель местной газеты был старым приятелем Сисси, там вскоре появилась статья о магазине с фотографиями красиво оформленных витрин, просторного интерьера, высококачественных изделий и его молоденькой прелестной директриссы.

— Ты становишься знаменитостью, — подтрунивал над Кэролайн Джеймс, разглядывая ее фотографию в газете. — Сначала «Яркие страницы», а теперь и здесь.

Статья вызвала оживление в торговле, и дела в «Штате Мэн» шли все лучше и лучше. Кэролайн даже пришлось взять себе помощницу на неполный рабочий день. Фил давал ей рекомендации по бухгалтерскому учету — в «Элеганс» этим занималась графиня, никого не подпуская к расчетам, — а Джеймс подсказал Кэролайн, что не следует закрываться на субботу, чтобы мастеровые со всей округи могли лично встречаться с заказчиками и рекламировать свои изделия. К августу магазинчик «Штат Мэн» был уже не авантюрой, в которую Сисси позволила себя втянуть, а довольно прибыльным предприятием, и Кэролайн смогла выдать Джеймсу очередной чек в погашение своего долга.

— Я что, нищий, чтобы брать у тебя деньги? — спросил он, как обычно отказываясь взять чек.

— Ты не должен так говорить. То платье от Селесты было деловым предложением. Займом. И теперь я хочу расплатиться, — сказала Кэролайн.

— Но мне не нужны деньги, — ответил Джеймс.

— А я настаиваю. — Кэролайн говорила вполне серьезно.

Не желая спорить с ней, Джеймс взял наконец чек и положил его в карман рубашки. Кэролайн вскоре получила уведомление из банка, что он положил эти деньги на свой счет.

По воскресеньям, когда у них был выходной, Кэролайн и Джеймс купались в море, играли в теннис и плавали на яхте на близлежащие острова, организовывая спонтанные пикники. Они ходили в порт, чтобы посмотреть на величественные теплоходы, чей маршрут начинался и заканчивался в Кэмдене, покупали свежую рыбу и прочие дары моря у рыбаков прямо на шхунах. Они собирали чернику, и Кэролайн пекла пирожки и пирожные по рецептам Сисси. Они выращивали помидоры и пшеницу, посадили базилик, петрушку, петуньи и герань. По вечерам они сидели дома перед камином или посещали спектакли кэмденского народного театра имени Шекспира или концерты музыкального салона. С Дженни и Филом они стали неразлучными друзьями и часто обедали вместе, прогуливались или совершали велосипедные экскурсии по окрестностям.

Самыми особенными днями оставались вторники. Ведь именно во вторник Джеймс зашел в «Элеганс», и, отличаясь особым романтизмом, он не забывал отметить этот памятный день. Как-то Кэролайн проснулась, засыпанная лепестками роз, чтобы сразу же увидеть любовное письмо рядом с чашкой с утренним кофе. На следующую неделю Джеймс организовал ночную прогулку под парусом с шампанским и икрой, потом последовала прогулка к далекому водопаду, который заканчивался чистым прозрачным прудом. Там, в свете угасающего дня, они занялись любовью на мягкой зеленой траве.

— Интересно, когда иссякнет твоя фантазия в плане празднования этих юбилеев? — спросила Кэролайн, нежась в объятиях Джеймса.

— Никогда, — тихо ответил он. Облокотившись, он приподнялся и посмотрел на Кэролайн. Она была прекрасна. Нет, она была просто совершенством с головы до кончиков пальцев. В ней вообще не было недостатков, ее душа не знала зла. Даже не верилось, что удача улыбнулась ему и он встретил такое сокровище. Пока Джеймс раздумывал над тем, что она для него значила, его лицо оставалось серьезным, а когда он заговорил, Кэролайн удивилась глубине его чувств, отразившихся в его дрогнувшем голосе.

— Я хочу, чтобы у нас был настоящий юбилей, — сказал он. — Я хочу, чтобы ты стала моей женой, Кэролайн. Сейчас.

— Женой? Сейчас? — спросила она, затаив дыхание.

— Да, — сказал он, осыпая поцелуями ее лицо. — Пока не кончилось наше лето.

— А как быть с договором, который ты заключил с отцом? Вдруг твои родители расстроятся? Я ведь еще с ними не встречалась… — проговорила она. Джеймс рассказал ей, какой разговор состоялся у него с отцом в Палм-Бич и об их соглашении.