Прикладная археология (СИ) - Даниленков Алексей

Риона открыла дверь, заглянула в комнату. Конли уже проснулась и теперь разглядывала себя в зеркале.

— Как самочувствие? — Риона вошла и внимательно оглядела чуть опухшее лицо снайпера.

— Как после похода в дешевый кабак, — Конли поморщилась и принялась одеваться. — Чем вчера все закончилось? Последнее что я толком помню — как светлая целовалась с суккубой.

Риона вздрогнула. Это она тоже видела, а чуть позже и осознала, на какой риск шла милитисса, приводя эдле Мирк в чувство. Не остановись суккуба вовремя, и одной подопечной у них стало бы меньше.

— Заразу, которая на нас напала, Норд поймала. Командир сказал, что приложила по голове подарком трибуна. В отместку, наверное.

Посмотрев на удивленное лицо Конли, Риона вздохнула:

— Не знаю, как милитисса вырубила ту суккубу, но очнулась она быстро. Как раз когда меня Норд в чувство привела. И огрела сомбрийку по затылку тем свертком, который светлая с собой принесла. Не знаю, почему не заклинанием, наверное, сил уже не было. Сомбрийка аж на меня свалилась, но сознание не потеряла, зато всерьез разозлилась. Подхватила этот самый сверток и рванула за суккубой. Я тоже хотела за ними бежать, но светлая уговорила меня остаться и помочь тебе и Мирк.

— Уговорила?

— Шарм еще действовал.

Риона снова вспомнила холодный взгляд, шипящий перед самым носом файербол и лишенный эмоций голос: «Пей, или твоя госпожа на тебя даже не взглянет». Ужас от сказанного накатил такой, что она, не задумываясь, выпила содержимое протянутого флакона, почти не заметив вкус эликсира. Потом была обжигающая изнутри светлая магия и накатившее волной ледяное спокойствие, позволившее отвлечься от действия шарма. А вот про последствия отравления вспоминать было не нужно — во рту до сих пор стоял горький привкус желчи, а голова не болела только из-за двух флаконов обезболивающего.

— Не надо об этом, ладно?

Конли пожала плечами и вышла из комнаты.

***

Астор мрачно разглядывал записи, сделанные вчера по свежим впечатлениям. Он умудрился споткнуться практически везде, начиная с организации наблюдения и заканчивая экипировкой. Можно, конечно, сказать, что такие операции не его профиль и уровень. Что отряд, сформированный всего три месяца назад из оставшихся без напарников стражей, выслужившихся стражников и собиравшегося на покой легионера, до сих пор не сработался. Но оправдания выходили так себе. Уж подумать о том, что раз он смог достать приглашение для Филлис, то мятежникам, среди которых просто обязаны быть дворяне и аристократы, сделать это будет еще легче. И информацию об охране подопечных они тоже могут достать. Нет, наверняка достали. Он бы сам так сделал. О сомбрийцах им вряд ли известно много, а на его отряд при наличии связей и денег можно достать даже подробные характеристики с образами. Но не подумал и не подготовился. Пошел на поводу у традиций, отправив в зал Филлис и Риону, вместо которой лучше было пойти самому или послать Йозефа. Вот сомбрийцы пусть и не стали нарушать правило «один гость — два слуги», но обидеть трибуна недоверием не побоялись. Сержант Норд выбрала не подобающую, зато удобную одежду и даже после удара по голове смогла догнать убегавшую суккубу. А сержант Гросс тайком пронес четырех флит и выпустил прямо в зале, причем так, что их никто не заметил. И если бы не потерял контакт, когда выбивал накопитель, то и за фальшивым графом успел бы проследить. Милитисса же… Астор поставил еще один вопросительный знак над словом «доверие». И еще один над «способности». Первый появился благодаря трибуну, многословно извинявшемуся перед гостьями за «досадное недоразумение». Точнее, выражению, с которым он смотрел на милитиссу и суккубу, когда те, приняв извинения и сославшись на плохое самочувствие, распрощались и пошли к локомотору. Такое выражение Астор видел у купцов, разглядывающих вещь, которая может принести немалую прибыль.

Дверь хлопнула, отрывая от записей и мрачных мыслей. Астор оглядел собравшихся подчиненных. Бледная Риона, до полуночи страдавшая от отравления, Филлис, хоть и сидевшая с привычным спокойно-отрешенным выражением, но забывшая взять с собой винтовку, молча хмурящиеся штурмовики, и Рэй, даже не доставший блокнот. Нет, пожалуй, устраивать разнос не лучшая идея.

— Значит так, господа и дамы, — Астор свернул листок с записями и достал чистый свиток, — напавшую на нас демонессу сейчас допрашивают дознаватели и наши коллеги из когорты внутренней стражи, но добьются они успеха или нет — не известно. Поэтому сосредоточьтесь и вспомните все, что видели и слышали. Филлис?

Снайпер задумалась.

— Внешность «графа» можно не описывать. Сержант Гросс успел записать его образ.

Филлис кивнула:

— Очень ловкий. Я не заметила, как он подсыпал «люсту», но, мне кажется, что сделал он это дважды, — она ненадолго задумалась и покачала головой. — Нет. Один. Во второй раз было что-то для болтливости. Представился графом, расспрашивал про семью и работу. Потом очень аккуратно подвел разговор к этому заданию. Такое ощущение, что он знал, чем мы занимаемся, и очень хотел узнать, нашла ли эдле Мирк что-нибудь по Мостам. Напавшая суккуба точно имеет боевой опыт, но на серьезный отпор не рассчитывала. Эдле Мирк…

Астор слушал, попутно делая пометки. Ничего нового он не узнал, но мелкие детали подтверждали его догадки. План нападавших был простым и рассчитанным на то, что в охране должна была быть хотя бы одна женщина. В подходящий момент «граф» ее очаровывает и выясняет, каких результатов добилась эдле Мирк. Потом дает знак напарнице, и та зачаровывает второго охранника, который под каким-нибудь предлогом выведет жертву из зала и, скорее всего, поможет с убийством или похищением. Повезло, что нападавшие ошиблись в выборе. Даже если бы эдле Мирк не оказалась такой внимательной, Риона просто не смогла бы вывести ее из зала одну. И Филлис тоже. Сомбрийцы им не доверяют. Возможно, правильно делают. И Рэй оказался прав насчет артефактов на поясе милитиссы, и не прав насчет ее знания артефакторики — как минимум один артефакт оказался с темным заклинанием универсального противоядия. А это уже уровень подмастерья.

Громко зазвенел шар связи. Астор свернул записи, положил на него ладонь и закрыл глаза. Перед мысленным взором появилось лицо трибуна:

— Доброе утро, капитан.

— Доброе утро, господин трибун.

— Вы ведь собираетесь навестить наших гостей? Тогда не буду вас долго задерживать. Мои подчиненные успели кое-что узнать о нападавшей. Баронесса Фидлер. Суккуба, но это вы уже знаете. Действовала в паре с графом Хансеном. Как вы понимаете, титулы у обоих фальшивые. Зато есть бывшие риттеры Астри Фидлер и Рой Хансен, мерзавцы даже имен не сменили. Оба служили в Южной провинции.

— Обломки?

— Да. Кольца при ней, конечно, не было, но в Книге риттеров нашли их перечеркнутые записи. Я отправил запрос в Канцелярию, чтобы выяснили, почему их не включили в розыскной список, но расследование займет какое-то время.

— Кто их нанял, она не сказала?

— Увы, — Бекке развел руками, — ей сильно мешала клятва. Кроме имени сообщника, ничего принципиально нового я не узнал. А до палача, к сожалению, дело не дошло — мои подчиненные не учли, что она суккуба, и провели только стандартную проверку на скрытые артефакты. Она загнала мифриловую иглу себе в висок, когда ее отвели в уборную, — трибун с сожалением вздохнул. — Но не будем о грустном. Слышал, профессор Хоффманн порекомендовал эдле Мирк обратить внимание на какие-то материалы в хранилище Архива. Я постараюсь посодействовать ей в получении еще одного пропуска. Правда, это займет пару дней. Что еще? — он пощелкал пальцами. — Ах да. Особняк, в котором вы разместились, и Ротер Штайн теперь будут охранять дополнительные патрули стражи и легионеры из моей когорты, так что можете дать подчиненным немного отдохнуть. И передайте милитиссе мое восхищение ее навыками и смелостью.

— Благодарю, — Астор кивнул, обозначая поклон.

— Вот и хорошо. Все, не буду вас задерживать.