Монтана. Наследие Греха - Виолетта Роман

Черт. Вот так встреча. Поспешила отвернуться. Дай бог, чтобы он не узнал меня и не заметил. Хотя чего это я волнуюсь? Он ведь не самоубийца, подходить ко мне и качать права в присутствии папы.

На танцполе было небольшое движение. Что удивительно для бара. Обычно здесь только пьют, но танцы? Парень с девушкой кружились в медленном ритме. Она обнимала его за шею и в данный момент ее губы были на его скуле. Не знаю, почему зацепилась за них взглядом. Но спустя пару мгновений они повернулись, и теперь я смогла увидеть его лицо. Кровь в венах застыла, а сердце подскочило куда-то в область горла.

Монтана. Это его руки держали талию стройной симпатичной девушки. Это на нее он в данный момент смотрел со щемящей нежностью во взгляде. Они словно два голубка. Клянусь, я почувствовала, как разбивается мое сердце. Монтана вдруг повернул голову, и его глаза нашли мои. Я тут же опустила взгляд, посмотрела на свои руки. Они дрожали.

— Морковка, ты как? Все в порядке? — голос папы звучал приглушенно.

Глаза щипало от слез. Я не могла показывать отцу расстройства. Черт, какая же я все-таки идиотка! Сижу тут, переживаю, растворилась в Монтане. Поверила в его дебильную ложь, а он в это время с девушкой развлекается.

— Мне что-то в глаз попало. Я в туалет схожу, а ты пока расплатись за заказ.

Папа кивнул, подозрительно глядя на меня. Но спорить не стал.

Я поднялась из-за столика и направилась по коридору, в дамскую комнату. Слава богу, на танцполе их больше не было. Я не видела, куда он ушел. Да мне это было неинтересно. Умывшись прохладной водой, попыталась успокоиться. Ладно, к черту все. Сейчас нужно убраться из этого места. И не подать виду. Чтобы ни отец, ни, тем более, сам Монтана не увидел моих слез. Еще чего, не собираюсь я показывать своей слабости этому вруну.

Выскочила в коридор, в полной готовности так и сделать. Но не успела сделать и двух шагов, как меня кто-то схватил за руку и припечатал к стене. Я подняла глаза, а когда увидела, кто это, меня накрыло гневом. Об этом идиоте я даже позабыть успела.

— У тебя две секунды, чтобы убрать от меня свои руки и дать мне пройти — прорычала прямо ему в лицо.

Ярослав скривился, но еще крепче перехватил меня. По всей видимости, полюбовно решать вопрос он не собирался.

- Соня, может, хватит бегать? Давай поговорим, как взрослые люди. Я хочу, чтобы ты знала, я больше не с Дашей, — меня выводило из себя то, с какой жадностью он смотрел на меня. Ярослав даже приближаться ко мне не имеет права, не говоря уже о чем-то другом.

Он схватил мои скулы, сжал их, пытаясь поцеловать. Но я смогла отвернуться. Попыталась оттолкнуть его, но все тщетно. Ярослав так крепко держал меня, что я даже на миллиметр его не сдвинула.

— Мне плевать, с кем ты. Ярослав, мы теперь чужие друг другу люди, и мне не нравится то, что ты трогаешь меня.

На его губах появилась улыбка.

— А мне так твои духи нравятся, — его губы коснулись кожи шеи рядом с ухом. Ярослав выдохнул эти слова, сжимая пальцы на моих бедрах. Я всхлипнула, понимая, что сопротивляться ему мне не под силу. Приготовилась к неизбежному, как вдруг руки Ярослава покинули меня.

— Девушка сказала тебе, что не хочет, чтобы ты ее трогал. Ты не понимаешь русского языка или просто тупой? — я услышала голос Монтаны. Он вибрировал от напряжения. Распахнув глаза, увидела Пашу. Он держал Ярослава за горло, крепко сцепив пальцы. Теперь Яр был прижат к стене и судорожно дергал ногами, потому что Монтана поднял его кверху, и теперь мой бывший парень был навесу.

— Ты совсем ох*ел? — попытался выдавить из себя Ярослав. Все, что он мог, так это уставиться со злостью на Пашу.

— А сейчас слушай меня внимательно. Эта девочка под запретом, ты меня понял? Ни трогать, ни заговаривать, ни смотреть. Если она хоть заикнется о тебе, я выпущу твои кишки наружу и свяжу ими твои шаловливые ручонки. Ты меня понял, мальчик?

— Она моя девушка, — попытался противиться Ярослав.

— Нет, чувак. У тебя устаревшие данные. Она — не твоя девушка. И запомни это как молитву. А теперь п*здуй, нахрен, отсюда, пока я тебя не привалил, — он отпустил руку и так сильно толкнул Ярослава, что тот едва ли не прочесал носом по полу коридора. Едва удержавшись на ногах, он схватился за горло, пытаясь отдышаться.

— Ты об этом еще пожалеешь, ты даже не представляешь, с кем связался, Паша. И не думай, что репутация твоего отца хоть как-то тебе поможет, — я никогда не видела Ярослава таким злым. То, что он говорил Паше, было отвратительно.

— Иди уже, ущербный ты мой, — усмехнулся Монтана.

Как только Ярослав исчез из поля видимости, я выдохнула. Даже не заметила и не поняла, в каком напряжении находилась. Почувствовала острую боль в руке — оказывается, я все это время стояла, впившись ногтями в свое предплечье.

— Ты как, в порядке? — я почувствовала касание его пальцев, и меня бросило в дрожь. Монтана подцепил мой подбородок и поднял мое лицо. В его глазах была тревога. На парне был надет капюшон, он смотрел на меня с нежностью и болью. И от понимания того, что все это ложь, мне стало горько.

— Убери свои руки, — смахнув их с себя, попыталась уйти, но он схватил меня за запястье.

— Соня, подожди. Ты не так все поняла.

Я обернулась, резанув его взглядом.

— Мои глаза снова врут? Кажется, история повторится, — проговорила с горечью в голосе. Он что-то хотел сказать, но вдруг его взгляд переметнулся куда-то поверх моей головы. Паша застыл, убрал от меня руки.

— Соня, с тобой все в порядке? — послышался за спиной голос отца.

— Прости, — Монтана опустил голову вниз и рванул в сторону туалета. Растерявшись, я повернулась к отцу.

— Все в порядке, пап. Ты расплатился по счету? — я взяла его за руку и постаралась поскорее увести из коридора. Не хотела, чтобы еще и Паше досталось. Если папа узнает о том, что здесь сейчас происходило — места будет мало всем.

В другой бар мы не поехали. Я сослалась на плохое самочувствие и попросила папу отвести меня домой. Отец выглядел раздосадованным, но спорить не стал. Мамины подруги все еще были в гостиной. Как только мы зашли в дом, они тут же