Клан Гамбино. Новое поколение мафии - Борис Винокур

Но из перечня подозрительных мест Пол исключил кухню: ему казалось, что агенты ФБР никогда не интересовались этим местом. Поэтому именно на кухне был установлен телефон, защищенный от прослушки, и кухня «Белого дома» стала местом встреч и секретных разговоров.

Откуда ему было знать, что в кухне побывали агенты ФБР и под паркетным настилом под столом вмонтировали жучок. И тот еще при жизни Карло Гамбино и до 1983 года передал в ФБР в общей сложности более шестисот часов разговоров Пола Кастелано со своими сообщниками.

И сделано это было с ведома Глории Оларте, которая донесла на своего любовника. В архивных документах ФБР упоминается, что она была недовольна их отношениями. С тех пор за Полом Кастелано была налажена слежка, а объект, откуда бесперебойно шла запись, получил ироническое название «чертова кухня».

В некоторых архивных материалах утверждалось, что Глория Оларте якобы информировала бруклинское отделение ФБР о намерении ее любовника убить мужа своей дочери Конни. Этот донос был ею сделан еще в 1975 году, но тем не менее Фрэнк Амато был убит.

По свидетельству людей, близких к семейству Пола Кастелано, муж неоднократно избивал беременную Конни. В последний раз избил так сильно, что у Конни случился выкидыш. Когда об этом узнал Кастелано, он немедленно дал команду Рою Де Мео, солдату Клана Дона Карло, уничтожить Фрэнка Амато. И на следующий день муж Конни бесследно исчез. Но что с ним произошло, никто не знал. Фрэнка Амато разыскивали его родственники. Его безрезультатно разыскивала полиция. Лишь спустя пять лет на побережье Атлантического океана были случайно найдены останки его расчлененного тела…

Пол Кастелано официально завладел наследием Дона Карло 24 ноября 1976 года, почти через полтора месяца после смерти своего предшественника. И все это время в верхнем эшелоне мафии ходили недовольные разговоры по поводу того, почему на пьедестал взошел родственник покойного Дона Карло, а не Аниэлло Деллароси. Поговаривали, что это может нехорошо отразиться на взаимоотношениях между собой главарей криминальных семейств мафии и даже с их новым боссом. Им казалось, что у Аниэлло Деллароси больше опыта и знаний тонкостей жизни преступного мира, чем у шурина покойного Дона Карло.

Возможно, Аниэлло Деллароси был в курсе разговоров и даже их инициировал, потому что до последней минуты был уверен в назначении его на пост главы мафии.

Формальное назначение Пола Кастелано на освободившийся престол главы мафии произошло буквально через пару часов после смерти Карло Гамбино. Тогда почтенный священник местной католической церкви Доминик Склафани в присутствии всей семьи покойного Карло Гамбино, его секретаря Джо Галло и двух членов высшего эшелона руководства Джеймса Фаиллу и Эттори Заппи, но в отсутствие Аниэлло Деллароси, огласил завещание Дона Карло.

Но впереди для Пола Кастелано было еще официальное признание его «боссом боссов» всеми главарями мафий. Большинство потребовало тогда созыва специального совещания для окончательного разрешения возникшего конфликта. Совещание состоялось в пригороде Нью-Йорка, в доме ветерана Клана Гамбино семидесятилетнего Энтони Гаги 24 ноября 1976 года, в день празднования Дня благодарения. Гаги считался независимым человеком, всегда без боязни высказывающим свое мнение. Ему было поручено вести собрание.

К удивлению историков, все участники сходки, включая даже Аниэлло Деллароси, единогласно одобрили кандидатуру Пола Кастелано и по очереди ему присягнули. Когда конфликт с назначением нового «босса боссов» был исчерпан, все присутствовавшие в доме Энтони Гаги встали и молча почтили память Дона Карло.

Пол Кастелано помнил, что после своего назначения он заверил «заместителя номер один» в сохранении за ним его почетной и важной должности. И не собирался нарушать обещание. Он пригласил Аниэлло Деллароси с его женой Лусилли Риккардо и сыном Армандом, который уже пару лет состоял в членстве мафии Карло Гамбино, в свой дворец на ужин.

По всей видимости, поначалу встреча была успешной. Пол подтвердил свои обещания, и присутствовавшие встали и подняли бокалы, поздравив Аниэлло Деллароси.

В разгар ужина хозяин дома позвал своего гостя в «чертову кухню» для беседы с глазу на глаз по поводу секретных дел их дальнейшего сотрудничества. Пол сказал своему подчиненному, что решил передать под его личный контроль наиболее доходные виды преступного бизнеса. Он даже пожертвовал своей властью над самым доходным в городе профсоюзом «Тимстерс», с которым лично сотрудничал долгое время. Преступная связь с боссами этого профсоюза позволяла Полу Кастелано получать в год не менее миллиона долларов за счет продажи на черном рынке украденных товаров, прибывавших в аэропорт на грузовых самолетах.

Аниэлло Деллароси часто провозглашал на том ужине тосты за их совместное и успешное продолжение дела покойного Карло Гамбино. Но он перестал это делать после того, как новый глава мафии высказал свое решение об отказе от наркобизнеса. «Все кончено. Ты должен это понять и поддержать мою идею. Я не хочу, чтобы наши люди рисковали жизнью. Не только своей жизнью, но и жизнью своих жен и детей. С завтрашнего дня я издам приказ о прекращении наркобизнеса. Те, кто его нарушит, будут расстреляны», — категорически заявил новый глава мафии. Но Аниэлло Деллароси, вероятно уже достаточно возбужденный спиртным, попытался ему возразить. «Никаких возражений. Никаких споров», — недружелюбным тоном перебил своего гостя Пол, окончательно испортив тому настроение.

Аниэлло Деллароси с нетерпением ожидал возвращения из тюрьмы Джона Готти. Он надеялся на то, что они вместе вновь наладят наркобизнес. Он мечтал установить прямые поставки с мексиканскими контрабандистами и надеялся на то, что именно Джон Готти, умный и энергичный, сможет наладить деловые контакты с мексиканскими наркокартелями. Его только беспокоила возможность серьезного конфликта с новым боссом.

Джон Готти вернулся

Шел к концу 1976 год. Джон Готти, находившийся в тюрьме по обвинению в покушении на жизнь ирландского мафиози Джеймса Мак-Бритни, готовился к выходу на свободу. Он считал дни жизни в заключении и, конечно, знал о смерти Карло Гамбино и о том, что произошло с его наследием.

За совершенное преступление Готти мог быть приговоренным от десяти до двадцати лет, но вмешался адвокат Рой Кон, который всегда умудрялся снижать сроки наказания своим клиентам из «итальяно-американских мафий».

Рой Кон родился в семье известного в Нью-Йорке судьи. Он был лучшим учеником школы, окончив начальное обучение в пятнадцать лет. Рой пошел по стопам отца. Он поступил на юридический факультет Нью-Йоркского университета. И вновь проявил свои удивительные способности, закончив учебу в университете в восемнадцать лет. Получив диплом юриста, он, однако, не пожелал быть судьей и стал адвокатом.