Другие. Экзистенциалист - Тесс Хаген

и как надо делать: как подойти, с чего начать выжигание, как реагировать в случаях, если что-то пойдет не так и так далее… Иногда ловил на себе внимательные взгляды Денеба, но пропускал их мимо своего внимания — всё потом. Периодически он подходил ко мне, шептал, чтобы я не нагружал Феникса так сильно, чтобы прекратил пожирать её глазами, я отговаривался как мог и продолжал рассказ до тех пор, пока мы не вышли на тёмную вечернюю улицу.

Огненная сущность

Уже на подходе к ресторану я напрягся. Всё привычно красиво и элегантно: и арочный вход в глубину здания, как маленький подъезд, незаметный с улицы, и фонари, вывешенные за окна (моя любимая идея), красивые, богато одетые пары, с достоинством несущие себя по лестнице. Но мне сегодня было неприятно лицезреть эту наигранную аристократичность и интеллигентность. Сборище непонятных, туманных личностей. Я хотя бы откровенно признаюсь самому себе в собственной неидеальности, в отличие от них.

Но приветственно улыбаться пришлось, строя из себя благородного галериста, художника и вообще — человека. Зал постепенно заполнялся гостями, они беседовали о своём, курили, рассаживались по местам. Дамы красовались друг перед другом новыми драгоценностями, для которых появился повод быть показанными. Хвастовство, ничего более. Если бы они сами заработали на эти украшения или сделали хоть что-то хорошее…

Ден совершенно привычно здоровался с кем-то, ведя Аду с чрезвычайно гордым видом через зал к нашему столику. Она же с интересом и некоторым превосходством во взгляде оглядывала публику.

В какой-то момент я упустил из виду Аду с Денебом, увлекаемый бесконечным потоком знакомых, которые хотели поздороваться, засвидетельствовать почтение, сказать что-то лестно-приторное, чтобы в очередной раз напомнить, как им важно и приятно знакомство со мной. А мне так и хотелось ответить, что знаю я, знаю… Не важно и приятно, а — выгодно, удобно, необходимо. Тьфу.

Вырвавшись из толпы, я нашёл взглядом товарищей — они выгодно выделялись из толпы тем, что сидели и мило болтали, слишком интимно и откровенно посматривали друг на друга для такого мероприятия. В миг оказавшись рядом с ними, я почти рухнул на стул и не смог удержаться от недовольного комментария:

— Homines, quo plura habent, eo cupiunt ampliora(Чем больше люди имеют, тем больше жаждут иметь (лат.)).

— Это ты к чему?

— Публика собралась… Не люблю таких. Конечно, они пожертвуют вполне достойные суммы, но пришли сюда вовсе не за этим. Познакомьте меня с тем, а меня — с вот этим, — передразнил я гостей и залпом выпил рюмку, будто бы специально для меня стоявшую на столе. Горько.

— Ты просто нервничаешь, — спокойно откликнулся Ден. — Покажи нам цель, он уже здесь?

— Ага, вон там, в дверях почти стоит. Высокий самый, — кивнул я через плечо. — Всё, пора мне.

Судя по всему, гости уже собрались и ждать больше некого. Раньше начнем, раньше разберемся со всей этой ерундой. Майю в сопровождении неприятного вида парня я заметил давно, но подходить не стал, чтобы не портить себе настроение. Отыгрывать роль великого благотворителя нужно с полной отдачей.

Я поднялся, поправил пиджак и запонки, прикидывая, что выгляжу крайне импозантно и даже красиво. Мне не привыкать делать такое лицо, которое подобает ситуации, и никто никогда по его выражению не смог бы догадаться, о чем я думаю и что замышляю. Спасибо родителям и природе, одарившим меня привлекательностью внешностью, что крайне помогало в жизни. На человека приятной наружности сразу смотрят чуть иначе, с большей долей доверия. Ну и очаровать присутствующих несколько проще.

Я занял место ближе к бару так, чтобы видеть весь зал и хлопнул в ладоши для привлечения внимания:

— Дорогие друзья! Сегодня мы собрались здесь ради благородной цели: помочь талантливым детям, лишенным возможности проводить своё детство так, как того заслуживает любой ребенок на Земле. Сборник историй, проиллюстрированный лично мной, который вы имеете возможность наблюдать сегодня, а также приобрести, очень важен для ребят, которые работали над его составлением. Это их попытка показать нам свой мир. Я считаю, что это тоже искусство, не менее важное, чем то, которым занимаюсь я. Но искусство ради искусства мёртво и бессмысленно. Ему нужно развитие, движение и цели. Поэтому я призываю вас, мои дорогие, помочь этим ребятам выстроить их будущее, поддержать в стремлении заниматься творчеством, — я добавил лёгкую улыбку, и продолжил. — Конечно, я должен поблагодарить человека, с чьей лёгкой руки ввязался в столь чудесное дело. Будьте знакомы, Майя, чудесная девушка-волонтёр.

Я отошёл немного в сторону, жестом вызывая Майю выйти ко мне и сказать пару слов. Мы договаривались об этом заранее, но последние дни я был настолько занят непонятно чем, что не помню, напоминал ей про речь или нет.

Она стояла немного смущенная и милая в скромном зеленом платье. Я несколько удивился сам себе, что мог предположить, будто у нас с ней что-то получится. Да, в ней была и доброта, и доля скромности, и даже ум, но не хватало чего-то очень важного, какого-то небольшого крючочка, который зацепился бы за моё сердце и не отпускал.

— Большое спасибо за возможность присутствовать на таком важном мероприятии, — тихо начала она, явно волнуясь. — Для наших детей этот сборник — возможность заявить о себе, напомнить о своих тревогах и бедах, быть частью социума, из которого они вынужденно вырваны. Эти дети живут другой жизнью, и нам, волонтёрам, хотелось бы сделать для них больше, подарить счастливое детство. Благодаря доброй воли уважаемого Льётольва, — она чуть склонила голову в мою сторону и я тут же расплылся в улыбке. Пой, милая, пой… Раз уж ты решила променять меня на непонятного Феникса, такого же кислого, как недельное молоко, то хотя бы красивыми словами компенсируй, — у нас есть надежда на лучшее. Спасибо.

Зал разразился аплодисментами и одобряюще загудел. Абсолютно стандартная реакция на такие же стандартные слова, в которые Майя и вложила чувства. Она никогда не поймет, а если и поймет, то не признает, что аплодисменты, одобрение — всего лишь игра, обозначенная правилами приличия.

Официальная часть завершилась, теперь важно было уделить внимания всем, кто в этом нуждался. Я и Майя беседовали с гостями, отвечали на вопросы. Работа. Именно так я всегда и смотрел на такого рода мероприятия. Да, мне нравилось создавать видимость искушенного общества, по правде сказать, тут и ценители попадались. Наверное, ради них, я всё это и затевал. И галерею держал, и ресторан тоже.

Моя обходительность и хорошие, крепкие деловые отношения с приглашенными делали свою работу