МЕТРО 2033: ВОЙНА КРОТОВ - Александр Шакилов

Двое ударили собой дно — резко, наотмашь.

Удар — хруст, протяжный стон.

И сразу — боль.

Веки тяжёлые, словно листы ржавого металла. Сайгон открыл глаза и понял, что он вовсе не в шахте, а в смрадном отводе. Над ним мельтешили летучие мыши. Только этого сейчас не хватало. А где Света? Куда она подевалась?!

Крупная тварь — размах крыльев метр, не меньше — спикировала на Сайгона. Вцепилась ему в лицо и противно завизжала. Нож в руке. Взмах. Ещё взмах. Сайгон не думал, что может себя поранить, — в такие моменты думать нельзя, надо довериться инстинктам.

Кроты умеют жить под землёй, а люди только учатся.

Сайгон — настоящий крот.

Изрезанное тело упало на пол, забилось в конвульсиях. Сайгон на четвереньках двинул вперёд, а над ним проносились новые и новые летучие мыши, то и дело касаясь крыльями спины и затылка. То ли здесь уже не так сильно смердело, то ли Сайгон принюхался. Да и скорбные процессии сюда не добирались, трупов не было. Урки боялись летучих мышей? Или поскользнуться на слое гуано в пару пальцев толщиной? Сайгону-то упасть не грозит, он на четвереньках…

Кажаны, подковоносы, вечерницы — так называли летучих мышей в почившем мире. Нынче же караванщики и знахари, которые по роду занятий сталкиваются с рукокрылыми, называют их иначе — гарпиями. Вряд ли знахари слышали о Тавманте и его супруге Электре. Торговцы солью, патронами и кожей не знают о красавице Ириде, богине радуги. Но название прижилось. Гарпии. Чудовища.

А ту, что Сайгон прикончил, небось звали Келайно по прозвищу Подарга. Почти подагра. Сайгону стало смешно. Надо же, Мрачная по прозвищу Быстроногая. Фантазия у древних греков была в порядке. Не то что у язычников, обитающих в метро: Хозяин Туннелей — вот и весь пантеон. Остальное — детские страшилки о призраках президентов и прочая дешёвая мистика.

Впереди, рукой можно дотянуться, шевелилась целая куча-мала гарпий. Переплетались крылья, когти, серые тела. Твари пищали и скалили зубы острые, как иглы. Будь под рукой ведро самогона, фермер не пожалел бы его, честное слово, плеснул бы в кучу да поджёг. Но перед тем зачерпнул бы чуток кружкой, а как же. Приподняв голову — набат в висках стал сильнее, — Сайгон обнаружил ещё одну такую же кучу. И всё бы ничего, но из-под массы серых шевелящихся тел торчал кончик рыжей косы…

Удар ножом, ещё, ещё — и под гарпиями показались свитка и шаровары Лектора. Вот что скрывала кишащая мерзкая куча!

Сайгон все орудовал и орудовал лезвием… Спина вспотела, руки сводила судорога, но ближе к цели он не становился — воздух был наполнен гарпиями, и стоило Сайгону оторвать от Лектора одну присосавшуюся к нему тварь, как ее место занимали две новые. Густеющий запах человеческой крови влек их сюда, сводил с ума.

Расшвыряв гарпий, как мог, Сайгон подобрался к амазонке. Девку бы не сожрали! Он так рьяно и так зло размахивал ножом, что пару раз едва не отрезал Гильзе косу. Случись такое, надо было бы все бросать и бежать: за девичью красу Гильза из него бы всю кровь выпила почище любой гарпии…

— Да сколько вас тут?! — заорал он отчаянно, срывая со спины очередного кровососа.

Нет, не одолеть ему этих тварей в одиночку… Кранты. Бросить всех и тикать, иначе сам тут сгинет к лешему. Снова всех бросить, снова куда-то бежать, опять одному… К дьяволу!

— Наши не сдаются!!! Держитесь, ребята!

Он орал что было сил и не слышал, как слезы текут по его щекам и как кровь горячая струится из прокушенной кожи. Не мог, не мог он тут их оставить. Не мог! Как он бросит друзей, единственных своих друзей во всем метро?!

Он рвал, крушил, метал, грыз, кромсал… До конца, до победы или до смерти.

Ведь бывший каннибал и рыжая стерва действительно были его друзьями. Стали. Не просто попутчиками, спасателями или хорошими людьми со сложной судьбой. Настоящими друзьями. Такого у независимого, самодостаточного Сайгона раньше не было.

Одна гарпия вцепилась Сергею в плечо, вторая упала на спину, ещё одна прилепилась к голове, разодрав когтями затылок в кровь. Ещё — на поясницу. И на спину. И ещё. И на руке с ножом повисли сразу две, и на второй, и в ноги вцепились.

Сайгон не выдержал веса копошащейся живой массы и повалился наземь.

Прости-прощай…

Как водится, спасение пришло неожиданно.

Если бы спасения планировались от начала до конца, многие померли бы от скуки. А так барахтаешься под грудой гарпий, являя собой такой же холмик, как соседние, — с Лектором и Гильзой в основе, и не знаешь, что дальше. То есть предполагаешь самое отвратительное, надеясь на лучшее. Так уж ты устроен. Тебе нравится верить в то, что, приложив достаточно усилий, можно перевернуть мир пятой точкой кверху, воткнуть в эту точку фитиль и поджечь. И даже если с фитилями проблемы, твои усилия оценят и достойно вознаградят.

Пинком под зад.

Как это случилось с Сайгоном.

От удара он буквально взвился и, рухнув на пол, несколько раз кувыркнулся, раздавив собой десятка два гарпий. К сожалению, вдвое большее количество тварей успели оторвать от него когти и упорхнуть в свою родную стихию.

Открыв глаза, святошинец успел заметить, как аналогичное — удар, полёт и кувырок — случилась сначала с Лектором, а затем с Гильзой. Причём Гильзе, как показалось Сайгону, наподдали посуровей, чем нигерийцу.

— Я в молодости в футбол играл, — пояснил Байда, подняв респиратор на лоб.

Тут к празднику жизни присоединились Мышка, Че и Фидель. Эти в юности спортом не занимались, поэтому обошлись огнестрельным оружием, доверив рикошеты Хозяину Туннелей.

Палили минуты две подряд. Наколошматили столько гарпий, что на лице и под ногами стало липко — будто мясной дождь прошёл. Гуано и мышиные останки на полу смешались в мерзотную кашицу.

— Где вы были, гады?!

Вот вам и вся благодарность за спасение? Простите, эмоции. Вырвалось.

Оказалось, они действительно ушли на разведку. Фидель заподозрил неладное: слишком уж легко караванщики выдали этот туннель. И да, спасателей поджидали-таки ловушки — несколько минных растяжек на том участке, куда трупы не сносили.

— Коммерсы ещё те гниды, — цыкнул зубом Че. — Не зря я предпочитаю иметь дело с творческой интеллигенцией.

Сайгон пожал плечами. Мы им фикус и берсерков, они нам гарпий и растяжки. Культурный обмен.

— А потом поплохело Байде — надышался в свой респиратор. Отдохнули чуток, привели в чувство, как могли. — Растаман выразительно похлопал себя по животу — там, где под грудой одежд он прятал бульбулятор.

При этом Гильза, которую он взвалил на себя, едва не упала.

— Ну а потом мы вернулись, чтобы вытащить вас. Вот уж не думал, что вы столько пройдёте. Почти выбрались из опасной зоны. А вот с гарпиями, конечно, нехорошо получилось. Их мы как-то не учли.

Гильза что-то пробормотала. Лицо её в свете фонаря было сплошь в сине-зелёных пятнах.

— А ты чего со светом балуешься? — Фидель зажмурился.

Он вместе с Мышкой тащил на себе Лектора, который выглядел не лучше амазонки.

— Закончилось чудо. Финита и так дальше. Я в темноте слепой, как крот.

— Рановато… — задумчиво произнёс Фидель. Он что-то ещё хотел сказать, но в последний момент передумал.

Сайгону бы заметить это да подумать на досуге, что значит «рановато». Откуда Фидель знает, когда в самый раз, а когда поздно? И вообще… Но Сайгону было не до того. История с курткой убедила его в том, что Фиделю можно верить. Будь на Сайгоне турецкая кожа, добытая команданте, спина, плечи и руки были бы закрыты от гарпий. К тому же Фидель вместе с Че, Байдой и Мышкой вернулся, чтобы спасти их никчемные жизни. Нормальный мужик, хоть и не отец никакой Сайгону. А значит…

А то и значит, что не в Фиделе сомневаться. Его затея с расширением жизненного пространства — не так уж безумна. Это пусть мизерный, но единственный шанс для обречённого на вымирание человечества. Единственный шанс уберечься от кровавой и бессмысленной бойни за каждую пядь свободной земли.

И Сайгон намерен его использовать.

Пусть будет столько пространства, чтобы всем хватило!

Прости, Фидель, что сомневался в тебе. Прости, команданте. Только ты знаешь, что и где искать.

Я пойду за тобой.

Глава 17

ЧАКРА БЕЗУМИЯ

— Чакры, к примеру.

Минут пять уже Че что-то рассказывал Сайгону.

— Что?.. — Луч фонаря, закреплённого на голове с помощью резинки от трусов, дёрнулся, осветив растамана.

— То. — Че прикрыл глаза ладонью. У него с ночным видением, кажись, пока что полный порядок. — Вот ты знаешь, что такое чакра?

— Понятия не имею. — Сайгон на ходу затачивал шестерню. Металл противно скрипел о шершавый брусок, аж зубы ныли, но фермер терпел. Главное сейчас — отделаться от надоедливого растамана.

Жаль, того ничто не могло смутить. И даже девушка на плече не сбивала ему дыхания.