Методист I - Артемий Скабер

пьяные орали песню, матерились. Из переулка доносился детский плач.

Город жил, дышал, гнил.

«План простой», — думал, пробираясь по улицам. — «Зайти в Гильдию. Сдать тест на стажёра. Убивать тварей за деньги. Копить. Через полгода — свой дом, огород, нормальная жизнь».

«Звучит хорошо», — хмыкнула Кара. — «Если не учитывать, что у тебя клеймо убийцы на руке, бог, как ты называешь (обиженка), где-то наверху точит на тебя зуб, и ты выглядишь как дохлый нищий».

«Спасибо за поддержку».

Колоритное местечко. Меня кто-то попытался схватить за плечо, дёрнулся и продолжил двигаться дальше. Моя слежка отстала, чуть выдохнул.

— Простите, — улыбнулся я мужику, что торговал хлебом. — Не подскажете, где находится таверна «Ржавый Кубок»?

На меня посмотрели и поморщились.

— Вали, сопляк! — повысил голос. — Думаешь, раз меч есть, то грабить меня можешь? Да я стражу позову, тебя сегодня же повесят!

«Кара, мы на одном языке с ним говорим?» — решил уточнить.

«Подтверждаю».

— Я вообще-то спроси… — попытался я возразить, но меня попытались ударить палкой.

Увернулся.

— Вали, я сказал! — повысил голос какой-то стрёмный торговец.

На меня начали обращать внимание. Придурок! Вжал голову в плечи и последовал дальше, интерес ко мне пропал ровно в тот момент, когда какой-то сопляк своровал у мужика хлеб и рванул.

Тот дёрнулся за ним, и его толкнули. Налетела гурьба таких же и потаскала ещё еды. Торговец встал и матерился. Хмыкнул, понятно, почему он такой «дружелюбный». Прошёл ещё метров триста вперёд и заметил новый хвост за собой.

«Да ты популярен», — тут же отозвалась Кара.

Эти ребята были постарше, у всех ножи за поясом, так ещё и рожи уже испорченные. Взгляды… Я считал их. У самого когда-то такой был, когда выходил из детдома. Ребятки много говна повидали и, судя по всему, сами наделали.

«Они опасны, нужно как-то уйти».

«Опасны», — согласился я.

Это уже не местная шушера, по глазам человека легко можно заметить, убивал ли он или нет, я-то знаю. Тут же всплыло моё первое убийство в детдоме, тогда мне было семнадцать.

Смотрящие, как мы их называли, напились. Полезли в женский корпус. Начали приставать к новенькой, худой девчонке. Мы услышали крики. Лёха, мой корешь, рванул туда. Дурак! Я побежал за ним, не хотел, чтобы его одного замесили. Смотрящим не понравилось, что отвлекли от удовольствия срывания «цветочка». Завязалась драка, кто-то схватил меня за горло, душил. Я вырвался, нащупал бутылку, разбил. Меня начали бить остальные, я полоснул по горлу.

Мужик упал, кровь, много крови. Дело замяли, потому что дошло до руководства, а меня выпнули раньше времени на улицу…

С тех пор понял: если лезешь в чужое дерьмо — готовься ко всему.

Телега перед глазами! Нырнул перед ней и тут же направо, потом налево и снова направо. Побежал, и уже через пару минут я снова оторвался от своих преследователей. Поднял взгляд и увидел вывеску, что висела на одной цепи.

«Ржавый кубок» — написано на ней, и ещё прибит реальный металлический кубок. Нашёл? Тут же осмотрел здание: два этажа, окна странные, закрыты какой-то бумагой, не видно за ними ничего.

Вход, подошёл и посмотрел на дверь: следы оружия, крови и волос? Прогулялся и заглянул за здание, обнаружил запасной выход.

— Не густо… — произнёс себе под нос.

«Улыбайся», — посоветовала мне Кара. — «Со стражниками это помогло».

«Это магия золота».

Ладно, посмотрим, что это за бизнес и какие услуги они предлагают. Начал подниматься по лестнице. Рука на ноже, другой толкнул дверь.

— Ух… — выдохнул.

В меня таким амбре бухла дунуло, что аж голова закружилась. Чуть позднее раскрылись нотки немытых тел и жареного мяса. Огляделся: темно, какие-то светильники из свечек.

Нихрена не видно, но это мне не помешало насчитать человек тринадцать за столами. Одни мужики, рожи… Ну в моём мире обычно их на плакаты «разыскиваются» вешали. Редко кто не светился, я был одним из таких. Сколько работал, в лицо меня никто не знал.

«Понеслась», — мысленно собрался.

Направился к стойке, если это так можно назвать. Прошёл мимо одного стола, где лежал шмурик. Как я это понял? Ну обычно у живых людей не торчит трахея и кровь не заливает всё вокруг, так ещё и лужа под задницей. А всем плевать!

Рядом двое пьют пиво или что это у них? Один жрёт какое-то сухое мясо.

«Охренеть», — подумал. — «Это даже не таверна. Это скотобойня для людей».

«Дарл, если ты ошибёшься…» — прошептала Кара.

«Знаю, буду лежать там же».

Прошёл дальше, тут мне кто-то выставил ногу. Поднял взгляд, мужик лет… Тут сложно сказать, от двадцати до сорока, одного глаза нет, лишь пустая впадина, зарубцованная. Второй — мутный, жёлтый, как у пьяницы. На шее шрам, толстый, неровный. Кто-то пытался перерезать горло, но не вышло.

Он ухмыльнулся. Зубов мало, те, что есть, — чёрные.

— Мальчик, ты маму потерял?

Сжал кулак.

— Нет, — выдавил грубо.

— Если она работает, то её ниже по улице кто-то любит, — продолжил одноглазый, не убирая ногу.

— Я тут по делам.

Толкнул его ногу. Мужик хмыкнул, но убрал.

«Охренеть, ты храбрый», — прозвучало в голове.

«Угу», — громко сглотнул и разжал пальцы, что вцепились в нож.

Может, Валькирия решила ещё раз меня подставить? — мелькнула мысль в голове. Если так, то… Да хреново! Закрытое пространство, до двери не успею добежать и много тел, что не раз убивали людей.

Несмотря на страх, который пытался сковать моё тело, шёл дальше. Оценивал позиции сидящих и их оружие. Пока красивого плана не вырисовывалось, встал перед стойкой.

— Чего тебе, чадо? — повернулся ко мне бородатый мужик. — Шёл бы ты отсюда по добру по здорову… Сейчас кто-нибудь подумает, что ты стукач, и решит лишить тебя какой-нибудь части тела.

«Дарл…» — голос Кары задрожал. — «Этот человек… Он маг».

Замер.

«Что?»

«Ранг, силу и способности оценить не могу — заблокировано. Но я точно ощущаю его магию».

Воздух вокруг бородача… странный. Не увидишь, но почувствуешь. Будто перед грозой, когда воздух густой, давит на грудь.

Метка под перчаткой дёрнулась. Тепло. Потом жар.

«Твою мать…»

Бородач посмотрел на мою руку и прищурился.

Проглотил.

— Приветствую, — постарался кивнуть так, словно не собираюсь бежать. — У вас можно остановиться?

— А? — поднял бровь мужик. — Остановиться тут? Тебе?

«Мля, Кара, ты уверена, что мы на одном языке говорим? А то я уже сомневаться начинаю».

— Да! — кивнул.

— Ты знаешь, что это за место, мальчик? — оскалился бородатый.

Почувствовал, услышал и заметил периферийным зрением, что несколько человек встали и направились к нам.

— На вывеске написано: «Таверна Ржавый кубок».

— Значит, знаешь и всё равно