Ученик некроманта. Мир без боли - Александр Гуров

– Кто ты такой? – разъяренной львицей прорычала ск'йере.

– Друг, Лайра, не поверишь, но друг. А в скором будущем еще и соратник. Вместе мы остановим «Зло Хельхейма», но прежде разыщем еще одного союзника, – Назарин на мгновение закрыл глаза и казалось воображение унесло его далеко за пределы Лагоды, а, возможно, и Черной Земли, но вскоре он встрепенулся, расплющил очи и приказал: – Помоги ей встать, Хананк, нам надо спешить.

Кхет выполнил указание, одним движением поднял девушку за шиворот и поставил на ноги, затем толкнул в спину, вынуждая идти. Ск'йере люто рычала и проклинала обидчиков, но ее агрессия быстро утихала и вскоре она уже шла сама, не нуждаясь в понуканиях Хананка.

– Друг, говоришь? – скалила мелкие, нечеловеческие зубы фея. – Друзья приходят иначе.

– Я и пришел иначе, но ты не захотела меня слушать, – пожал плечами Назарин, протянул платок раненому кхету и лишний раз извинился: – Еще раз прости за шрам, но так было надо. А ты, Лайра, впредь будь аккуратнее. Скоро – ты даже не поверишь, как скоро – вы с Хананком будете отличными друзьями! – воскликнул прорицатель и добродушно похлопал мастера клинков по плечу. – Идемте, борцы со злом, у нас впереди немало дел! И свершений…

Лайра яростно косилась на незнакомца и почему-то верила ему, понимала, что он знает немало. Ах, если бы она не потеряла свое бессмертие, а вместе с ним и многие таланты, то без труда распознала бы в Назарине прорицателя, но и сейчас ск'йере не сомневалась в правдивости его слов, шла за ним и верила, что незнакомец не врет, ведь, желай он ей смерти, она б уже была мертва. Но все еще жива, а это значит, что жрец не опасен, а его слова и уверения говорили о том, что у него с Лайрой общая цель – борьба со злом, борьба с некромантами. И в этом она не ошиблась.

Глава 8.

Имитация дружбы

Метсаваймы (Metsevame). Так именовали духов, сотворенных Сау Дзуаром [1]. Дзуар создал их злобными, чтобы показать силу дикого леса, беспощадными, не знающими сожалений и раскаяния. Наделил их темной силой, благодаря которой метсаваймы наказывали людей, нарушивших законы леса.

По другой версии, встречающейся чаще среди народа и не нашедшей упоминаний в научных текстах, метсаваймами звали людозверей [2], которые обращались в медведей, волков или змей, а также знали язык животных и растений. Были они духами леса и защищали его от тех людей, которые нарушали святы [3] леса. Приписывали метсаваймам и то, что они преследовали охотников, бросивших раненную добычу, сбивали с пути дровосеков, которые рубили запретные деревья [4], и наказывали людей, пришедших в лес в воскресенье.

По ночному небу с севера на запад кочевали тяжелые дождевые тучи. Издырявленным в местах покрывалом они перетянули небосвод, закрыли мириады звезд и одинокую луну, опустили на землю черную тень. В этой тени лес, скинувший с себя зеленые одеяния, превратился в мрачное войско копьеносцев, застывших на широком плацу; отвесный обрыв, в основании которого сгрудились валуны, вздыбившие под собой почву, как ядра катапульт, стал походить на крепостную стену без бойниц, с пиками голых крон вместе зубцов, а тонкий ручеек с кристально чистой водой, падающий вниз шумным водопадом, во тьме напоминал льющуюся с диким ревом смолу.

Замок, имя которого Великий лес, или лес Мертвеца, штурмовали черные призраки. И отбивался от них всего один защитник.

Брэги окружили Сандро со всех сторон, поднялись над землей и наседали сверху, более сильные пытались напасть прямо из-под земли, но видунское кольцо, несмотря на то, что дождь уже размыл солевой контур, все еще держалось. Правда, Круг работал слабо, натужно, из последних сил. Но работал. Серное пламя выжгло не только землю, но и эфир, поставило магический блок, через который брэги не могли прорваться. И все же Сандро знал, что кольцо долго не выдержит и уже готовился к сражению, которое, несомненно, он проиграет. Но без боя чародей не сдастся. Не для того он сбегал от Аргануса, не за тем, восемь лет обучался магии, чтобы стать легкой добычей для духов-охотников.

– Альберт? – в сотый, и уже в последний раз позвал Сандро, но Трисмегист не ответил. Друид куда-то запропастился, словно сбежал, не иначе, как крыса, с тонущего корабля. Но чародею не нужны помощники, чтобы принять последний бой. Он уже готов умереть, только перед смертью еще придет время убивать.

Адреналин выгнал из тела усталость, прояснил мысли. Злоба и ненависть вырывались наружу, и Сандро уже с нетерпением ожидал поединка, с жадностью глотал воздух, нашептывая защитные заклинания и атакующие гримуары, с упоением ждал треска разрушаемого видунского кольца.

Юный Ди-Дио неотрывно наблюдал за скоплением теней. Сандро даже не знал, понимает ли Диорес, что их гибель близка? Хотя по взволнованному виду и стеклянным глазам, которые невидяще уставились на черные пятна брэгов, было ясно, что имитатор не рассчитывает на теплый прием. Он молчал. Ни о чем не спрашивал, не мешал видунским пасам и ритуальным действиям, лишь в ужасе наблюдал за охотниками. Он даже не шевелился и кажется – даже не дышал. А затем встрепенулся, сжал ладони в кулаки, тихо сказал:

– Я помогу, – и шагнул за круг.

Магическая плотина рухнула, черная тьма теней обрушилась на имитатора, а разом и на некроманта.

– Назад! – прорычал Сандро, крепче, до хруста, сжал змеиный крест и окружил себя магическим щитом, который должен был на несколько мгновений сдержать неистовых брэгов. – Назад, сказал! – яростно, как кобра, прошипел Сандро, но Ди-Дио не послушал.

Тем временем духи вплотную подобрались к имитатору, окружили его, облепив со всех сторон. Сандро понимал, что без вмешательства Диоресу придет конец, но уже ничем не мог ему помочь. Брэги почти разрушили чары колдуна и, минуя защитные сплетения, уже тянулись к нему своими тонкими, как у усопших, руками. Сандро сжался в комок, будто боясь этих рук, а после разжался, как пружина, и выкрикнул контрольную точку заклинания:

– Relucere orbis!

Вокруг Сандро возник кокон, сплетенный из света, который тут же разросся и пульсирующей молочно-белой волной отбросил от заклинателя призрачные тени. Брэги в отчаянии завыли, так дико и злобно, как хищник, у которого из пасти вырвали добычу. Волна отшвырнула и тех духов, которые окружили Диореса, и, что удивительно, он был невредим. Но, не дав Сандро опомниться и защитить имитатора, брэги обрушились с новой силой.

Принимая волчий облик, облик того идеально белого, крупного хищника, в которого уже превращался накануне, Ди-Ди резко шарахнулся в сторону. Тени рванулись за ним, но Диорес не стал убегать. Бешеным зверем он прыгнул на одного из брэгов. Клацнули клыки, сомкнувшись на бестелесной шее, и дух растворился, истаял, умер. Брэги отпрянули, заметались, почувствовав опасность, а белоснежный волк дико, будто хохоча, завыл: теперь охотился он, а не за ним.