Чёрный полководец - Мархуз

не все. Меня, например, волнуют лишь Боливия с Перу, а всё остальное побоку. Мы там установили президентские режимы на штыках Добровольческого Корпуса при поддержке его же флота. Чилийцы, время от времени науськиваемые лимонниками, не только не лезут, но даже стараются не смотреть в сторону меди и селитры. А Британия терпит почему-то, зарывшись в свои проблемы. То ли хотят золотые копи Трансвааля захватить, то ли исток Нила зачем-то ищут, ха-ха?

В общем, 1880-ый год начался ни шатко, ни валко, без особых эксцессов мирового уровня. В России хотят всеимперскую перепись населения провести, мы готовим предоставление независимости Словении, а немцы пообещали, что к марту отпустят Вюртемберг на волю. Для меня это юбилейный, двадцатый год попаданства. Вроде и здесь домов понастроил, детей понавыращивал и рощу-другую понавысаживал. Теперь самому любопытно зачем я нужен сейчас? Вся эта политическая возня и экономические потуги совершенно не интересуют. Неужели это конец? Или следует до конца досмотреть сериалы «Ослабление Германии» и «Развитие России». И почему англичанка не гадит, чем она думает?

Впрочем их можно понять, они сильны флотом, а не пехотой какой-нибудь. Последнее десятилетие посвятили развитию и строительству последышей «Инвинсибл», но более дешёвых в цене. Серия имела название «Аякс». В результате, потрачана куча бабла, а броненосцы, как на подбор, получились бессмысленными уродцами. Плохая живучесть, недостаточная мореходность (даже курс толком не держат), а уж пушки-короткостволки вообще курам на смех. Попробовали такие же, но с новой бронёй типа «компаунд» и казнозарядными пушками-коротышками (назвав «Колоссус») и снова задница. Десять лет коту под хвост! Может быть в будущем другие «колоссусы» затеят, но сейчас планируют какие-то «адмиралы». И как тут гадить сильным странам? Их премьер, Дизраэли, тоже доживает свой век и не сегодня-завтра выйдет из употребления, а то и из жизни.

Так что лишь весной я вышел из очередного сплина, проведя торжественную церемонию отделения Словении от Сербии. Его королевское Величество Никола Петрович-Негош Первый поблагодарил за оказанное доверие и махнул хвостиком, уйдя в самостоятельное плавание. Трансбалканский осётр окончательно урезан и стал лишь Королевством Сербия, не более. Газетчики тут же начали изгаляться, выдумав «балканское ожерелье» и столь же «балканское содружество». Ну и фиг с ними, пусть выделываются. Теперь в моём владении лишь Сербия и Кильское королевство. Рано или поздно раздам их сыновьям, а сам отбуду с Добровольческим корпусом в Южную Америку и построю там Транспатагонскую империю (на смех международным курам).

Немцы тут же отреагировали решением «Вюртемберг — вон!», туда потянулись «константиновичи», чтобы помогать от всей души управлять страной. Александр Третий надеется, что они там навсегда останутся. Кроме того, немецкий парламент начал мощные дебаты по поводу сокращения армии. С учётом размера территории (сократившейся на днях) и перевода части военнослужащих в резерв может получиться очень выгодная для экономики империи комбинация.

— Началось, — сердится Бисмарк, — Германия без сильной армии сама себя не удержит в целости. А ведь с таким трудом их всех объединили в единое.

Труды многих лет накрываются медным тазом, тем более, что и курфюрство Ганновер подало заявку на выход из состава страны.

— Поразительная ситуация получается, британское королевское семейство надавит на Фридриха, чтобы освободить свою же родину. Надеюсь они не войдут в унию?

— Ну это будет слишком неправильно, — возмутился экс-канцлер, — одно дело предоставить волю, другое — обеспечить врага дополнительным плацдармом в Европе… Что с вами, Владимир Михайлович?

Видимо я отключился на минутку, как иногда случалось в моём старом теле. Придя в себя хотел сказать обычное «ничего страшного», но растерялся. Сравнительно молодой организм 45 лет, крепкий и вполне здоровый не должен так реагировать.

— Герр Бисмарк, извините, но мне нужно побыть одному.

— Может быть врача пригласить?

— Пока не нужно, если что я сам это сделаю.

Взволнованный немец вышел и скорее всего с кем-нибудь поделится увиденным. Идиотизм, но меня волновало не своё собственное физическое или моральное состояние, а что будет со всем тем, что я создал за эти годы. Умереть не боюсь, даже подспудно готов к этому, но надо бы ещё соломки подстелить, хотя бы в виде рекомендаций сыновьям и близким.

Чуть позже решил вызвать Мишу с отцом на всякий случай и написать нечто вроде завещания. Впрочем чего такого умного я смогу оставить на бумаге? Рассказать миру о будущем? Так оно может сложиться любым образом, независимо от предсказаний. Составить список того «как было» и «как пошло»? Тоже нелепо для людей, не знавших иных событиях кроме имеющихся. Научить Россию жизни (через Александра Третьего) ещё нелепее, да и где гарантия, что именно я прав окажусь. Предсказать угрозу со стороны Германии, когда от неё самой могут остаться лишь рожки да ножки?

Лучше уж дождусь Мишу… да и Валера нужен… и отец (хотя ему может и не нужно ничего рассказывать?)… и даже тесть… Как-то резко произошёл переход от стороннего созерцания происходящего последнего времени к активной подготовке собственного небытия. Абсолютно пофиг стало всё что происходит за рубежом.

В конце апреля криз повторился, а в начале мая собрались все близкие. Так и не знаю с чего начать и нужно ли это, поэтому решил сымпровизировать.

— Дорогие мои, видимо моё время вышло и не сегодня, так завтра, я совсем отключусь. Опасаюсь, что буду выглядеть или фантазёром, или душевнобольным…

Рассказ о себе потёк как бы сам собой, а реакция присутствующих менялась от удивления к неприятию и даже сожалению родни. Конечно, можно было бы с каждым по отдельности побеседовать, но я из тех, кто «умный, как моя Маша потом». Лишь сидящая рядом жена, лапка Аннушка, крепче ухватывалась за мою руку, приобнявшую её. И Миша становился всё более серьёзным, поняв что именно он будет ответственным за будущее семейства. Когда поток откровений иссяк, старший сын начал задавать накопившиеся по ходу моего монолога вопросы. Кое-что пытались выяснить и другие.

— Отец, вы пока прилягьте и отдохните, а мы обдумаем сказанное вами, и обсудим между собой, — македонский царь как-то повзрослел за полтора-два часа беседы.

Конечно же, время от времени кто-нибудь из них заходил, чтобы «немного поговорить» и лишь супруга оставалась рядом. Я даже почувствовал моральное облегчение, хотя бесчестно навалил на своих близких кучу информации. Наверно следовало унести её с собой, обставив всё обыденным путём. Странно, что высшие силы (или кто там ещё?) не отправили мою личность одномоментно, как принято в соответствующих книгах. А может это и есть растянутое во времени наказание за неправильно исполненное поручение?

Всё-таки англичанку я так и не поставил раком, США не развалил на