Я назову твоим именем сына (СИ) - Ирина Шолохова

отряд. Девчонки слонялись рядом с корпусом, явно поджидая её.

— Рита! Тебя уже все потеряли! Что это вы с Максом туда-сюда носитесь?

— Так надо! Быстро строимся! До обеда у нас запланирована вылазка в лес за территорию лагеря. Далеко не отходить! Не дай бог, заблудитесь! Кто хочет, может взять пластмассовые стаканчики, ягоды пособираем чернику, землянику.

— Рита, а лесная малина за лагерем растёт? — спросила одна из девчонок, — я обожаю малину! — она закатила глаза и так смачно облизнулась, что всем ребятам, немедленно, сию секунду, захотелось попробовать лесной малины.

— Откуда я знаю! Сейчас пойдём и узнаем, какие ягоды растут за территорией лагеря.

Ребята построились, прошли по территории лагеря, миновали ворота и вышли в лес.

— От меня далеко не отходить, чтобы я всех видела! Ясно?

— Угу!

— Да, Рита!

— Ладно!

Рита и сама боялась заблудиться, поэтому не выпускала из виду крыши лагерных домиков, крытых черепицей приглушённо-красного цвета.

«Боюсь-боюсь-боюсь! — стучало молоточком у неё в висках, — надо с Юлькой поговорить, может, она что-то посоветует, подбодрит. Хотя, кто за меня может решить, вступать в отношения с Максом или нет. Если отказаться, в каком виде я буду? Согласилась! Потом передумала! В конце-концов, я могу просто извиниться!»

— Рита, смотри сколько черники! Ребята идите сюда! Здесь столько черники — всем хватит.

Она вздрогнула, возвращаясь в действительность. Рита и ребята ринулись на звук девичьего голоса. Перед ними раскинулась, залитая солнечным светом, огромная поляна, сплошь усыпанная чёрными бусинами спелых сочных ягод.

— Ух, ты! Как много черники! Собирайте, ребята и кушайте! Черника очень полезная.

— И вкусная!

Сбор ягод, щебетанье девичьих голосов, на некоторое время, отвлекли Риту, лишь изредка, испуганно сжималось сердце, при воспоминании о том, что всего через три дня ей предстоит сделать выбор — согласиться на связь с Максимом или отказаться. «Что делать? Что делать?» — лихорадило её, точно она заболела и металась в жару.

— Чернику собирать! Вот что делать, Рита! — откликнулась девчонка из её отряда с волосами блёкло-русого цвета и тёмно-коричневыми веснушками, рассыпавшимися весёлой стайкой по курносому носу.

«О, боже! Уже говорю мысли вслух! Что дальше будет? Надо срочно, как только появится свободная минутка, идти советоваться с Юлькой».

— И так собираю, — отмахнулась она от девчонки, собирая чернику в пластиковый стаканчик.

Пронзительно и отрывисто прозвучал горн:

«Бери ложку, бери хлеб — собирайся на обед!»

— Всё, ребята, закругляемся! На обед пора! — она пересчитала ребят по головам, и они двинулись на территорию лагеря, — ребята, вы замечаете красоту природы? Смотрите: как солнечные лучи робко, точно крадучись, пробиваются через переплетения крон сосен! — она указала тонким музыкальным пальчиком в небо.

— Ага! Ага! — ребята задрали головы вверх, — и правда, красиво!

— Вы сами должны подмечать красоту природы. Когда я вижу такую красотищу, мне хочется взять акварель, кисти и нарисовать пейзаж. А вам?

— А ты умеешь рисовать, Рита?

— Нет! Времени не хватает, с удовольствием бы записалась в художественную студию. А давайте, ребята, запомним нашу полянку, усеянную черникой, и нарисуем, кто как умеет!

— Это обязательно? — хмуро спросил один из мальчишек.

— Нет! Я просто предлагаю желающим, — она обернулась в сторону залитой солнцем поляны, пытаясь запомнить её красоту, запомнить звук шелестящей травы, жужжание пчелы собирающей нектар, сложный, смешанный запах сосен, осыпающейся хвои, запах травы, примятой ногами ребят. — Ну, посмотрите же, как красиво!

— Я есть хочу! — прогундосил хмурый мальчишка, — идём в столовую.

— Идём! — вздохнула Рита, — ничего ты не понимаешь в красоте природы. Ну, ладно, может быть, подрастёшь, станешь взрослым и поймёшь.

В столовой — шум, гам, толкотня, изредка прерываемая грозными окриками воспитателей и вожатых:

— Тише!

— Сели за стол и молча, жуём!

Рита вертела головой, пытаясь увидеть Юльку — вон она, сидит за столом с ребятами из отряда, а рядом с ней, ну, конечно же, её белобрысый друг — Юра. Юлька тоже увидела Риту, помахала рукой. Ритка прожестикулировала: «После обеда, подожди меня, разговор есть!»

Юлька кивнула: «Поняла!»

— Ребята! После обеда, живо по спальням и не шуметь! У меня дела, мне некогда вас укачивать и петь колыбельные! Всем ясно?

— Ясно, Рита! — ребята развеселились.

— А я бы не отказалась послушать колыбельные в твоём исполнении!

— Я ушла! — уже на бегу, крикнула Ритка ребятам, — поедите, посуду за собой уберите, у нас нянек нет!

— Ладно!

— Уберём!

— Не переживай, Рита!

Рита спустилась с крыльца столовой, Юлька уже поджидала её:

— Что случилось? Ты взвинченная!

— Не случилось, но через три дня может случиться. Я хотела посоветоваться с тобой.

— Слушаю тебя, Рита, очень внимательно.

— Отойдём подальше, чтобы нас никто не видел и не слышал.

Они пошли по тропинке, свернули с неё, нашли укромное местечко: сели на поваленный ствол дерева, кое-где поросший мхом, чуть поодаль небольшим холмом возвышался муравейник с суетливо копошившимися муравьями. Рита положила руки на колени, опустила голову, помолчала, потом, вдруг, резко вскочила:

— Юль, — она облизнула мгновенно пересохшие губы, — я дала согласие Максиму! — она замолчала, ожидая реакции подруги.

— Это то, о чём я думаю? Да?

— Да-да-да! — протараторила скороговоркой Ритка, зажмурила глаза и быстро-быстро закивала. — Может быть, не надо? Я знаю-знаю, ты скажешь, что кроме меня никто этого не сможет решить, но всё же… Ты в этом деле более опытная.

— Не знаю, Рита. Мой первый опыт оказался печальным, ты знаешь это.

Рита кивнула.

— Да сядь ты! Не мельтеши!

Рита послушно села, снова положила руки на колени, точно послушная школьница.

— Ты любишь его?

— Да, очень!

— Любишь или тебе так кажется?

— Люблю! Нет, не кажется!

— Ты же хотела, чтобы твоим первым мужчиной стал любимый?

— Да, — прошептала Рита, — но я боюсь-боюсь-боюсь.

— Это нормально! Неизвестное всегда пугает. Не соглашайся! — Юлька приобняла подружку за вздрагивающие худенькие плечи.

— Но почему? — вытаращила глаза Ритка.

— Потому, что ты будешь разочарована, точно тебе говорю.

— Но надо же когда-то начинать, не старой же девой жить.

— Тебе всего-то восемнадцать лет, мне уже двадцать.

— Ты же в четырнадцать начала, сама говорила.

Юлька кивнула:

— Начала и быстро закончила. После этого у меня долго не было отношений — отходила!

— Ну, отошла же?

Юлька кивнула:

— Да! Мой тебе совет, не начинай, не иди у него на поводу, им-то что, а ты можешь забеременеть.

— Да ну! Ерунда какая! Сейчас средств — завались! — Ритка провела ребром ладони по горлу.

— А они у тебя есть?

— Нет! Макс обо всём позаботится, я думаю.

— Ты думаешь или он сказал тебе об этом.

— Нет, я не спрашивала.

— А ты спроси. Ты должна думать о своей безопасности, ты же не хочешь пока иметь детей?

— Нет, конечно! Универ надо сначала