Тяжела учительская доля - Кира Стрельникова

– Нас Алессина вечером к себе приглашает, – выпалила я, пока мы неторопливо шли по улице.

– А это кто? – последовал вопрос.

Ой, он же, наверное, не помнит…

– Подружка моя, – ответила нейтрально, не вдаваясь в подробности и не напоминая истрию, как в былые дни леди Вилвейрин пыталась охмурить одного слишком сдержанного студента…

– Именно нас? – усмехнулся Моранис, и мое сердце привычно расплавилось лужицей воска – кошмар какой, кажется, действительно начинаю привыкать к эмоциям, которые вызывает у меня этот человек!

Хорошо это или плохо, подумаю позже.

– Ну… да. – Я слегка покраснела и решила, что объяснять ничего не буду.

– Это у нее ты ночевала сегодня? – уточнил Альфред, по-прежнему улыбаясь.

– А у кого еще? – нервно вздохнула я. – Не к Санни же идти…

– А почему ты до сих пор живешь в общежитии, Кей? – вдруг спросил он. – Насколько знаю, преподавателям в университете платят достаточно, чтобы хотя бы снимать квартиру в городе. А учитывая, что ты одна, думаю, за пять лет можно скопить приличную сумму на покупку вполне приличного собственного жилья.

– Да руки не доходят, – пожала я плечами. – Ну и в общежитии тоже неплохо. И я не одна, у меня кошка, – зачем-то добавила, и снова кольнуло чувство вины перед Алиской.

Она, конечно, умная у меня, но все равно совестно. Ей мои разборки с Лионаром до кончиков ушей, собственно, а вот то, что хозяйка умотала неизвестно куда и сутки не появляется дома, очень даже волнует. Ладно, как прорвусь в родную хату, буду усиленно извиняться почесыванием шеи и пуза…

– Так что насчет вечера? – вернулась я к животрепещущей теме.

– Раз пригласили, невежливо отказываться, – легко ответил Альфред, и я приложила массу усилий, чтобы не расплыться в довольной и счастливой улыбке.

– Отлично, – непринужденно произнесла и кивнула.

Мы некоторое время шли молча, потом Моранис неожиданно спросил:

– Как тебя угораздило преподавателем сделаться, Кей?

– Ну… – Я хмыкнула. – Вообще, не собиралась, конечно, хотела свою лавку открыть в Орсиноре, и даже уже место присматривала – стипендию специально копила, не тратила, – но неожиданно пригласили в аспирантуру, и я согласилась. А ты где все эти пять лет был?

– А что, интересовалась моей судьбой, хорошая моя? – ехидно произнес Альфред, и у меня аж мурашки вдоль спины от его последних слов пробежали. Так приятно стало… И уже не коробило от словечка «моя», наоборот, по телу разлилось приятное тепло. Но тем не менее я независимо вздернула подбородок и небрежно обронила:

– Вот еще, оно мне надо?

Альфред мягко рассмеялся и переплел наши пальцы, я как-то даже слегка растеряла мысли от новой волны ощущений.

– Я год на спецкурсе проучился, а потом на стажировку отправили, – ответил все-таки он. – Ездил по соседним странам, изучал особенности магии разных рас и направлений. – Мой начальник поморщился. – За это время в Орсиноре едва раза три бывал, всего на день – передать нашим многоуважаемым ученым записи и всякие артефакты, которые собрал за время путешествий.

Вон оно что, вот почему его в городе не было.

– Понятно, – отозвалась нейтральным тоном.

Впереди показалась площадь перед университетом, и вскоре мы уже шли по знакомому коридору, непривычно пустому и тихому. Дежурный на входе пропустил нас, несмотря на то что праздники и все, по идее, закрыто. Повернув ключ, Альфред толкнул дверь, пропустил меня вперед и зашел сам.

– Так, сейчас быстренько оформим. – Он присел за стол, положил перед собой лист бумаги и начал что-то писать.

Я рассеянно оглядела полки с книгами, сделала пару шагов и совершенно неожиданно даже для себя поинтересовалась:

– А платье тоже ты подарил, Фред?

Тихий скрип пера прекратился, и я покосилась на него; между лопаток внезапно пробежал холодок. Он смотрел со странным выражением на лице, подперев ладонью подбородок, но при этом уголки рта едва заметно подрагивали в предполагаемой улыбке.

– Кей, раздетая Эвелина на пороге моего кабинета в пятницу – твоих рук дело? – вместо ответа спросил он.

Я похлопала ресницами, слегка обескураженная сменой темы.

– С чего ты взял? – постаралась произнести как можно непринужденнее. – Делать мне больше нечего… Что насчет платья?

Он продолжал смотреть, и с каждой минутой мне становилось все неуютнее.

– Альфре-э-э-эд, – протянула я, и прищурилась. – Это ты его подарил или нет?

– Я, – последовал ответ.

Ну тут уж сам собой напрашивался следующий, очень волнующий меня вопрос.

– И откуда же тебе известно, что именно его я хотела? Да еще и нужного размера? – тихо произнесла, не сводя с него взгляда.

Улыбка стала шире, и вместе с тем я заметила в глубине темно-синих глаз легкое… смущение?! «Не ругай его, ладно? Он все правильно сделал, в противном случае тебе бы ой как нелегко сейчас пришлось», – всплыли слова Сигурны.

– Про платье узнал случайно, услышал, как вы с подружками обсуждали, и запомнил, пообещав себе однажды исполнить твое желание, – начал он с первой части моего вопроса. – Зайти в ближайший магазин готового платья и полистать журналы было минутным делом.

Он снова замолчал, и я занервничала еще сильнее.

– А размер? – подошла к столу, оперлась ладонями и чуть наклонилась вперед, сверля его физиономию сумрачным взглядом. – Когда успел мерки снять?!

– Мм, Кей. – Он откинулся на спинку кресла и вдруг поманил меня. – Иди-ка сюда, ведьмочка моя. Разговор есть.

– А можно тут постоять? – неожиданно сдрейфила я.

– Нет. – Альфред покачал головой и усмехнулся. – Боюсь, то, что я хочу рассказать, тебе не очень понравится. Ну или наоборот… Но рисковать не желаю.

Интуиция вообще заорала благим матом, вопя о подставе, но я дала подзатыльник паникерше. Отступать некуда, Моранис все равно расскажет, судя по решительным искоркам в темно-синей с фиолетовым отливом глубине.

– Что-то мне не нравятся твои слова, – честно призналась и не двинулась с места. – Может, оставим все как есть?

– Ну нет, я и так пять лет молчал, – выдал он загадочную фразу и добавил: – И потом, ты же хочешь узнать, откуда я так хорошо твои размеры знаю?

На последней фразе его голос приобрел те самые глубокие переливчатые интонации, от которых мозг расплавлялся, не в состоянии нормально функционировать, а эмоции горячими ручейками растекались по телу, проникая в каждую клеточку. Я словно приросла к полу, не в силах пошевелиться и отвести взгляд от его глаз.

– Иди ко мне, Кей, – снова повторил Альфред.

Я покорно шагнула, обходя стол, и едва оказалась рядом с ним, меня тут же обняли и усадили на колени, сцепив руки за спиной в замок.

– Теперь точно не удерешь, – выдохнул Альфред куда-то в район изгиба шеи, чем вызвал мой нервный вздох.

– П-прекрати, – запнувшись, пробормотала я, поерзала и попыталась выпрямиться, но не получилось.

– Ке-э-эй, сиди спокойно, – тихий смешок, и меня самым наглым образом прижали к груди. – Помнишь свой диплом?

– Ну-у-у… – Я напряглась, нахмурившись, и постаралась не зацикливаться на мысли, что сижу на коленях у Альфреда, а он меня обнимает. И почти целует в шею… – Кажется, мы с девчонками после вручения пошли в таверну…

– Да, пошли. – Альфред склонил голову набок и заглянул мне в лицо, и я не смогла отвести взгляда от его улыбки – ужасно обаятельной, надо признать, – и тут же в голову полезли мысли о поцелуях. Стоп, развлечения потом! – Помнишь, что было после?

Зажмурилась, чтобы ничего не отвлекало… Даже пальцы к вискам прижала. Кажется, мы все-таки надрались… Дальше я наткнулась на пустоту. Неужели была настолько не в адеквате?.. Обычно бывало наоборот, я до последнего оставалась на ногах и потом всем рассказывала, как они чудили.

– Я помогу тебе вспомнить, Кейрочка, – выдохнули вдруг мне в ухо, и его пальцы коснулись моих.

Собственное имя, произнесенное низким бархатистым голосом, да еще с такой нежностью, словно прорвало плотину, и картинки калейдоскопом завертелись перед глазами…

Глава 8

– …А что, Кей, слабо, а? – Моя приятельница Тенна, такая же ведьма, как и я, только на год старше, ухмыльнулась и пьяно подмигнула.

– Да ну тебя. – Я отмахнулась, приложившись к очередной кружке с безумно вкусным элем. – Его даже наша полудриада не смогла оторвать от любимых книг, – поморщилась и покосилась в сторону одиноко сидевшей за дальним столиком в углу фигуры. – И чего, спрашивается, приперся? Он же ничего крепче компота не пьет! – хихикнула, чувствуя восхитительную легкость в теле и отмечая, что стены таверны уже плывут перед глазами.

– А может, он все эти годы тайно по тебе сох! – Тенна расхохоталась и пихнула меня локтем в бок.

– Горгулью тебе в печень, придумаешь тоже. – Я вздрогнула и демонстративно скрестила пальцы. – То еще счастье – влюбленный Ботанис!..

– Вы же все время цапаетесь, – продолжала гнуть свою линию ехидна Тенна. – А мальчишки обычно, если не умеют проявлять чувства, дергают за косички!