Последняя фантазия - Григорий Семух

поджарил задницу ни мне, ни Хадсу. Снаружи доносились крики, звон железа, конское ржание, топот ног по булыжной мостовой… Черт в нас что врезалась другая карета?

Дверь вылетела словно ею выстрелили из пушки, и внутрь заглянула морда, с явно недобрыми намерениями. Разбираться пришел сей господин чтобы помочь нам, увидев наше дорожно-тележное происшествие, или же чтобы добить, я не стал. Крошечный шарик электрической сферы мухой метнулся навстречу сунувшейся в карету морде. Вспыхнуло, грохнуло и в клубах дыма в карету через дверной проем, словно в колодец свалилось тело. Не испепелил, да и не убил скорее всего, разряд был слабоват.

— Он жив? — уточнил я у Хадса, на что тот молча извлек еще один нож, взамен того что обронил. Я успел отвернуться и прикрыть лицо ладонью, на которую тут же брызнула кровь.

— Уже нет.

— Точно?

— Точно. От глотки до мудей вскрыл.

— А, вот что значила мудня, понятно…Хадс! Кто это?

— Я не знаю.

По карете что-то гулко грохнуло, и она перевернулась еще раз. Мы грохнулись с боковой стенки, которая была полом, на крышу, которая стала полом теперь. Стенки кареты украшенные классической такой каретной стяжкой, обшитые кожей, с чем-то как я теперь понял, мягким и упругим под ней, смягчили удар и вроде как никто из нас ничего не сломал. Лежа на полу, который раньше был крышей, я повернул голову и выглянул в окно, которое теперь находилось внизу, ниже колена.

Увидел бегущих людей, один из них взмахнул рукой и возникшая из пустоты туча стрел ударила в борт кареты. Я закрыл глаза и отшатнулся, но стекло, несмотря на несколько попаданий по нему, выдержало, лишь кое-где появилась парочка трещин. Теперь я сообразил что оказывается оно было не двойным как мне показалось раньше, а просто очень толстым. Карету стрелы тоже не прошили как бумагу, и я даже удивился, зная по урокам истории что стрелы могли пробить даже рыцарскую броню.

— Не бойся, карета железная, сколько-то продержится. Выбирайся.

Вырванная ранее дверь, оказалась теперь не наверху а как и положено — сбоку, только с противоположной стороны от нападавших. Я с трудом поднялся на ноги, увидел свою трость, подобрал, оперся на нее и выбрался из кареты вслед за Хадсом.

— Какого…

Дальше по улице появилась группа людей, человек десять бегущих в нашу сторону, я даже не успел подумать о том друзья это или враги, как из пустоты вылетела туча стрел, на мгновение даже закрывшая солнце, словно за спиной этой десятки стояли сотни три лучников. Время замедлилось, я чувствовал как трещит камень На Деля, не справляясь с разовой выдачей огромного количества маны, как сгусток силы формируется где-то в правой ладони, и как приближается туча стрел. Я еще успел понять что времени не хватает, и даже как-то внутренне сжаться, когда между мной и стрелами вклинился Хадс.

На секунду мне показалось что я попал на какой-то рок концерт, на котором выступали только обдолбанные барабанщики — стрелы с грохотом бились в деревянный борт кареты, с частотой пулеметного огня, буквально за секунду покрыв ее сплошным ковром из торчащих стрел. На миг мелькнуло странное воспоминание из старого мира — я заснул на надувном матрасе, загорая посреди реки, и меня снесло течением к берегу, в заросли камыша. Когда я открыл глаза и выглянул из под шляпы, которой закрывал лицо от солнца, увидел похожее зрелище — сплошной частокол камышовых стеблей… Сейчас было очень похоже, карета словно обросла тростником, настолько густо в ней торчали стрелы.

Внезапно осознал что сбор маны я не прекратил, и за те секунды на которые выпал из реальности, удалось собрать что-то в ощутимых количествах. Вскочил на ноги, высовываясь из-за спины почему-то все еще стоящего на ногах Хадса, выбросил вперед руку, вокруг которой собрал солидную порцию маны, и с нее, с громовым раскатом, от которого даже заложило уши, сорвалась толстая, ветвистая молния.

Зазвенели вылетающие из окон стекла, слабоуправляемый электрический хлыст метался между домами узкой улочки, на которую нашу карету буквально зашвырнули, таранным ударом выбив с перекрестка, ветвистые молнии били в стены домов, разбивая стекла, разнося штукатурку и поджигая бумажные афиши, в землю, оставляя раскаленные проплешины и взметая тучи пыли и в железные фонарные столбы, отчего те изгибались словно пластилиновые. Грозовая сеть электроразрядов прокатилась по улице навстречу нападавшим, оставляя после себя огонь разруху и хаос, чтобы добравшись до вражеского отряда бесполезно раствориться, обрисовав ветвистыми разрядами невидимую полусферу щита.

— Бог мой. Арт!

— Ты живой? — я тут же закашлялся и попытался взмахами руки разогнать пыль, которой мгновенно надышался. Узкая улочка скрылась в завесе из пыли, дыма и летающих по воздуху горящих клочьев бумаги, соломы и еще черт пойми чего — как?

Из пылевой завесы вылетела одинокая стрела, ударив в грудь Хадса, за которым я все еще прятался, и исчезла, войдя в охранника словно в гладь воды — просто вошла и все, без вреда и без следа… А, вот что значит пустотник…

Я выпустил еще одну молнию в сторону нападавших, и грозовой разряд на мгновение просветил пылевую завесу.

— Черт! Хадс даже пригнулся зажимая уши ладонями — прекрати, бесполезно, это танки.

Он сказал какое-то другое слово, обозначавшее как я понял "передвижные осадные башни" но мозг интерпретировал его именно так.

— Бежать надо.

— Куда? — я раскинул в стороны руки указывая на дома стоявшие сплошной стеной на узкой улочке, и на карету, которая затыкала ее словно пробка.

— Туда! — Хадс ткнул пальцем в стену, одновременно с этим ему в грудь ткнулись еще несколько воображаемых стрел — давай!

Я снова рванул из камня пригоршню маны, каким-то шестым чувством ощущая трещину которая появилась внутри и теперь ширится, пересекая камень пополам, и сформировал энергетический ударный кулак. Телекинез это просто воображаемая рука, который ты можешь что-то делать, сейчас же, воображаемым кулаком размером с быка, я что было сил ударил в узкое окно дома.

Рама влетела внутрь вместе с куском стены, я ломанулся в пролом, хромая и помогая себе тростью, Хадс заскочил следом.

— Давай давай! Бежим отсюда.

В пролом в стене влетел один из противников, серьезно опередив остальных преследователей. В его руке из пустоты вырос клинок, Хадс заступил ему дорогу и лезвие ножа противника вошло Хадсу куда-то в область сердца… Вошло правда так же как и стрела — словно в воду, просто утонув в нем и не причинив вреда, я уже понял что воображаемое оружие ему урона не наносит. Клинок Хадса тоже вошел в противника как