Новый Макиавелли - Джонатан Пауэлл

В дневнике я записал, что медовый месяц закончился через двенадцать часов после дня выборов. Буквально назавтра Гордон снова приступил к Тони с датой ухода. А неделю спустя сказал ему: «Значит, ты таки остаешься на четвертый срок». Тони рассмеялся. Гордон постоянно возвращался к теме и в конце июня заявил Тони следующее: «В прошлом году ты меня кинул, когда от нашей сделки открестился. Ты обязан назначить дату». В октябре Гордон снова напомнил Тони, что за ним «должок», и потребовал пресловутой даты, однако добавил: даже если Тони эту дату и назначит, у него, у Гордона, все равно доверия к нему нет. Через несколько недель все повторилось — появление Гордона и требование назвать дату. Тони сказал, что подумывает об уходе в конце 2007-го, чем поверг Гордона в шок. Взбешенный Гордон пригрозил «слить подробности». Правда, ничего не ответил на вопрос, какие именно подробности. Тони предложил вместе поужинать и обсудить, что делать с новым лидером консерваторов, Дэвидом Кэмероном. «Ты же сам за ним стоишь», — буркнул Гордон. И ужинать с Тони отказался. В прессе стали появляться статьи о том, как Гордон пристает к премьеру с датой ухода; Гордон публично заявил, что никаких дат не требовал. И в следующий свой визит захотел «ясности». Тони спросил, не подразумевает ли Гордон под «ясностью» все ту же дату. Гордон ответил отрицательно. В ноябре 2005 года Тони снова стал подумывать об отставке и кампании против лидерства Гордона — и снова мы убедили его воздержаться от подобных действий.

Вплоть до 2006 года, до согласия Тони освободить премьерское кресло, вопрос «когда» задавал тон его отношениям с Гордоном. Давление было слишком сильно, поддержка в партии пугала нестабильностью. Мне Тони признавался: он не хочет оставаться, раз его лидерство стало нежелательно.

Тони любил рассуждать об истинных мотивах Гордона: действительно он хочет занять самый высокий пост или на подсознательном уровне испытывает наслаждение, пестуя свои обиды и получая пинки в самый последний момент? Тони отмечал, что Гордон в прошлом регулярно отказывался от шанса стать лидером; возможно, прикидывал Тони, Гордон знал про себя, что не создан для лидерства. Пожалуй, подсознание не обманывало Гордона — достаточно вспомнить о его жалком премьерстве. Иногда он напоминал мне пса, который пытается догнать самолет; что стал бы пес делать с самолетом, если бы погоня увенчалась успехом? Вероятно, Гордон и впрямь репутацию жертвы предпочитал ответственности, которую налагает премьерство.

Теперь, оглядываясь назад, я думаю, что Тони следовало сразу выгнать Гордона. Вспомним Макиавелли: «Человека, в чем-либо обойденного и обиженного, нельзя назначать на государственную должность»[108]. В первые годы пребывания лейбористов у власти Гордон достаточно часто угрожал отставкой; можно было без труда поймать его на слове, но Тони ни одним таким шансом не воспользовался. В декабре 1998 года, когда Тони потребовал увольнения Чарли Вилана (пресс-секретаря Гордона), Гордон, обливаясь слезами, пригрозил собственной отставкой. В 1999 году дело было посерьезнее — Гордон пустил слух о своем желании возглавить Международный валютный фонд. А в 2004 году Тони рассказал мне, как предлагал Гордону председательство во Всемирном Банке; с другой стороны, непонятно, как бы мы выбили эту должность, если во Всемирном Банке традиционно председательствуют американцы.

Впервые об увольнении Гордона Тони заговорил в апреле 2001 года, еще до выборов. Схема была уже готова. В понедельник, после очередного воскресного скандала, Тони намеревался попросить меня пригласить Гордона в пятницу на решающий поединок. Если Гордон откажется сотрудничать — он просто вылетит. Мы стали прикидывать, кого назначить канцлером вместо Гордона. В ноябре 2001 года эта должность досталась бы Чарли Кларку; в январе 2003-го — Джеку Стро; в ноябре 2003-го — Джону Рейду. Последний едва ее не получил. В июле 2003 года, после особо крупной ссоры с Гордоном, Тони сказал, что снова хочет обрести политическую мощь, а значит, в ноябре «решит проблему по имени Гордон». Ибо пока Гордон торчит в Казначействе, толку от премьер-министра Тони Блэра не будет. Тони затеял мини-перестановку до летних каникул, с тем чтобы ближе к концу года устроить перестановку более серьезную и назначить Гордона секретарем по внешней политике. Если Гордон откажется, его уволят, причем сочувствие товарищей по партии ему в этом случае не светит. Гордона эти планы взбесили; в Казначействе он заявил, что уйдет в отставку, не дожидаясь предложения новой должности. Однако обе перспективы — отставки и увольнения — серьезно его напугали, и он сдался. Увы: в октябре 2003-го произошла утечка информации, сделавшая невозможным претворение в жизнь замечательного плана Тони. В тот самый день, когда о перестановке напечатали в газетах, Гордон явился к Тони в кабинет и с ухмылкой вопросил: «Ну что, больше не видишь смысла меня перемещать?»

Имеются объективные причины бездействия Тони в отношении Гордона. С одной стороны, устраиваемые Гордоном скандалы были несносны; с другой стороны, по мнению Тони, на Гордоне весь Кабинет держался. Можно ли разбрасываться такими талантливыми политиками? Опять же если вытеснить Гордона в задний ряд, вокруг него немедленно сгруппируются оппозиционеры из числа «старых лейбористов», и целью этой группировки будет смещение Тони. Уж лучше пускай Гордон будет «в шатре», под присмотром. Вдобавок для удаления Гордона нужны веские причины, иначе оно будет выглядеть как зависть со стороны Тони; а поскольку мы всегда замалчивали Гордонову скандальность, люди нас просто не поймут. Я окрестил проблему «Гордоновым узлом»; разрубить сей узел нам так и не удалось.

Отчасти потому, что привязанность Гордона к Тони исчислялась не одним годом, поменять стиль отношений почти не представлялось возможным. Тони, впрочем, понимал, что упустил момент. В июле 2005 года он с мрачной миной спросил меня: «Как по-вашему, Джонатан, — надо было с этим человеком давно разобраться? Я здорово ошибся, да?» Конечно, он ошибся.

Джон Прескотт постоянно пытался помирить Тони с Гордоном — а сам наслаждался властью, проистекавшей из их конфликта. В глазах Тони объединение Джона с лидером-Гордоном поставило бы на его, Тони, стремлениях жирный черный крест. Гордон явно придерживался того же мнения, о чем говорили его отчаянные усилия завоевать поддержку Джона. Гордон посещал все парламентские опросные сессии, на которых Джон Прескотт выступал от лица Тони — хотя нередко игнорировал таковые, если Тони сам отвечал на парламентские запросы. В 2004 году Гордон выделил деньги Министерству Джона, хотя всем остальным министерствам бюджет урезал. В 2005-м обещал Джону должность заместителя премьер-министра, когда сам займет премьерское кресло (по его расчетам, после очередных выборов). Наживка, даром что ничего общего не имела с реальностью, оказалась очень аппетитная. Вдобавок Джона ужасала перспектива отставки. В своей служебной квартире он дал ряд обедов «в знак перемирия»; даже порывался устроить обед в Дорнивуде[109] (надо сказать, что Гордон отказался обосноваться в этой загородной резиденции, положенной ему по должности); увы — обеды не способствовали продлению ни одного из перемирий.

В марте 2005-го Джон сообщил мне, что сделка между Тони и Гордоном была заключена у него дома, за обедом, в ноябре 2003-го. Гордон, уж можно не сомневаться, до всеобщего сведения довел информацию о другой сделке, имевшей место еще в их с Тони бытность в оппозиции. Даже Джим Каллаган в мае 2002 говорил Тони: дескать, и ему Гордон поведал о пресловутом обещании; дескать, по его, Джима, мнению, Тони должен обещание сдержать. Тони выдал свою версию событий. Ни о какой сделке не может идти речи, поскольку Гордон свои обязательства не выполнил. С самого 1994 года, когда Тони вступил в борьбу за лидерство в партии, он пытался умаслить Гордона, предлагал ему позднее стать его преемником, говорил о большой роли в правительстве, которую они с Гордоном сыграли бы, если бы действовали сообща. В ноябре 2003 года Тони, что называется, обложили со всех сторон. Еще в первых числах, в квартире на Даунинг-стрит, за стаканчиком подкрепляющего, он признался мне, что чувствует себя будто в осаде — гут и Гордон, и Майкл Говард, и СМИ, и ситуация с Ираком. Явно именно это состояние заставило Тони дать Гордону понять: после выборов он, пожалуй, откажется от лидерства в партии. Однако Гордон и слышать не хотел об этом quid pro quo[110] подразумевавшем поддержку реформ с его, Гордона, стороны. Поскольку Гордон с самого начала не выполнял своих «обязательств по договору», нечего и удивляться, что Тони не передал ему лидерства. К июню 2004 года Тони убедился: Гордон не имеет (и никогда не имел) намерения поддерживать его реформы. Стало быть, и власти он не получит, по крайней мере из рук Тони. Раз не выполняешь условий сделки, не рассчитывай на их выполнение второй стороной; особенно если вытянул обещание силой. Кстати, именно эту мысль Макиавелли повторяет на все лады, чтобы правители лучше затвердили урок: «Ни государь, ни республика не станут соблюдать условий сделок, заключенных под давлением»; «вселяют уверенность лишь те договоры о мире, в которых проявилась воля к миру с обеих сторон»; «обещания, вынужденные силою, не выполняются».