Горизонт событий - Сергей Недоруб

Борланд дернулся, почувствовав чье-то прикосновение к больной руке, и увидел сидящего рядом Марка. Сталкер поедал его безумным взглядом, то и дело озираясь на болотное побоище.

Ка-54 развернулся на месте, заложил крутой тангаж и выпустил «нар». Болотный вивисектор принял подарок на сто двадцать два миллиметра, тут же разлетевшись в клочья. Болото почти поглотило грохот от взрыва, однако колебания поверхности едва не смели Марка и Борланда с островка. Все было кончено.

Борланд в шоке прислонился к плечу Марка, обалдело глядя, как «Тайкун» садится на твердый пятачок земли.

— Ну, Глок, зараза, — пробормотал он, закашлялся и выплюнул грязную топь. — Неубиваемый супермен, значит? Яйца тебе оторву, если найду.

— Так, сиди спокойно, — сказал Марк, взял за вывихнутую руку Борланда и сильно дернул.

— А-а! — Заорав на все болото, Борланд повалился на правый бок. — Отвали от меня, чертила! Что ты вообще тут делаешь?

Марк не ответил, помог сталкеру подняться и потащил его к вертолету.

Откинулся люк кабины вместе с бронированным стеклом. Майор Кунченко снял с себя шлем, стащил перчатки, обхватил ладонями лоб, прислонился к приборной панели. Так он продолжал сидеть около минуты. Затем бодро вздохнул, расстегнул ремни и быстро выскользнул из кресла.

— Живы? — спросил он, взглянув на вертолет снаружи.

— Не знаю, как вы, а я сдох, — ответил Борланд, снова садясь и прислоняясь к колесу.

Майор отодвинул боковую дверь, опустил спинку сиденья и вытащил аптечку, упакованную в пластиковый контейнер.

— Разбирайтесь, — сказал он, кладя аптечку рядом с Борландом. — Консул, оружие где обычно. Следи за местностью, мне нужно проверить вертолет. Сейчас это главное. Все разговоры потом.

Марк вытащил из салона винтовку и заодно пистолет, который вручил Борланду.

— Да, — сказал Борланд, косясь на Клинча. — Нам всем есть о чем поговорить. Верно?

Осмотрев наскоро местность в пределах видимости, Марк повернулся к нему.

— Так, успокойся, — сказал он. — Мы все здесь свои, надо исходить из этого факта. А дальше и разобраться, кто и как здесь оказался. Посиди, отдохни. Никто тебя не торопит.

— Верно, — отозвался Клинч, забравшись на крышу и изучая автомат перекоса. — Судя по всему, мы здесь застряли надолго, так что можем обсудить некоторые вещи.

— Это самые насыщенные сутки моей жизни, — признался Борланд, стукнув затылком о шасси. — Черт, вчера в это же время я сидел в сухой и теплой камере бункера, ожидая, когда мне принесут миску свиноговяжьих пельменей. Клинч, арестуй меня снова, а?

Глава 15. Задание

Нож Сенатора не испускал никакой энергии.

Крутя его в руках так и эдак, лидер «Долга» пытался понять, что такого клинок передавал Ястребу и Борланду, какая связь могла быть у этого необычного куска металла с отдельно взятыми людьми, какой не было с ним, Анубисом. Как новый руководитель операции он должен был решить этот вопрос.

Рядом кто-то неуверенно кашлянул. Анубис оторвался от ножа и посмотрел на Уотсона.

— Уже час прошел, — сказал Уотсон. — Что будем делать?

Лидер медленно повернулся. Дозорные базы оставались на местах, но Анубис чувствовал исходящее от них напряжение. Народ был на взводе, и неудивительно. Штурма Барьера со стороны «Ростка» не случалось уже года четыре. Было отчего опасаться ответки. Но лидер клана понимал, что ее не будет. Вернее, не здесь и не в таких обстоятельствах.

— Продвигаемся дальше, — ответил Анубис. Громко, чтобы слышали все. — Дальше ждать бессмысленно. Клинча и Борланда нет, с Консулом ничего не ясно. Но это не повод для нас, чтобы останавливаться.

Он оглядел лица людей, присутствовавших на пятачке, образованном узким входом на базу, перекрытой строительным блоком дорогой и пробитой цистерной у противоположной стены. И внутренне перевел дух, увидев огонь противостояния в глазах своих товарищей. Клан не просто существовал, он жил. Но это еще только предстояло проверить на практике.

— Выводите джипы, — сказал Анубис. — Столько, сколько надо, чтобы вместить всех добровольцев. Учтите, что две машины мы уже потеряли. Берите всех людей, кто готов побороться за уничтожение Зоны. Будем исходить из того, что Кунченко уже нет в живых.

— Командир. — Дозорный, волнуясь от глобальной смены директивы, переступал с ноги на ногу. — Мы все можем идти на север? К Монолиту.

— Да, — ответил лидер. — Кто останется, те будут охранять штаб и «Сто рентген».

— А если все захотят пойти?

— Не захотят, — утвердительно произнес Анубис. — Я прекрасно знаю, кто не захочет никуда идти. Во избежание приказов оставаться на местах и охранять Бар я предоставлю им возможность выбрать свою судьбу самостоятельно.

Дозорный сплюнул в куст. Он невзлюбил трусов раньше, чем научился понимать, кого можно подвести под это определение. Анубис не мог его за это осуждать.

У цистерны, прислонившись к холодной стене на скрытом от солнца участке, курил немолодой бродяга из вольных сталкеров, стряхивая кружащиеся комья пепла на чиненый комбинезон. Послушав речь главного «долговца», он со своего места задал вопрос:

— Как ты собираешься двигать к северу на машинах, командир? Там после выброса аномалий не протолкнешься. Никакой мобильный детектор вовремя не зафурычит.

— Ничего не поделаешь, — покачал головой Анубис, махнув рукой Уотсону, чтобы тот пока остался. — У нас куча снаряжения и боеприпасов. Будем ехать медленно, впереди пойдут наши проводники.

Сталкер взглянул на небо.

— Так вы к вечеру доберетесь, дай бог, до складов, — высказал он мнение. — Да и то если прямо сейчас выедете.

— Так и будет, — сказал Анубис, пряча нож за пазуху.

Добытчик артефактов кинул окурок и затушил ногой.

— Я вот что скажу, командир. — Он приблизился, глядя доверительно. — Чувствую я, что не избежать в Зоне войны. Это так?

— Боюсь, что так, Хребет, — подтвердил Анубис. — Против нас может быть кто угодно. Как минимум — вертолеты военных. Если их не будет, то в Рыжем лесу стоит плотный заслон из окопавшихся сил противника, а еще дальше — застава «Монолита». Скорее всего это будет путь в один конец, но нам нужно попасть в Припять.

— Я простой мужик, — сказал Хребет. — Потому говорю за себя и за других простых мужиков. Мы за тебя, командир. Прямо сейчас двинусь на север, к нашим. В боях, ежели случатся, участия не обещаю, уж извини. Не будет от нас толку, если против нас окажутся танки да вертолеты. Но партизанить в лесах сможем. Мало ли как дело обернется.

— Сталкеры намерены нам помочь? — переспросил Анубис. — Вам-то какой интерес? Вы ведь живете Зоной.

— Две причины, — усмехнулся Хребет. — Устал я от Зоны, командир. Нашел артефакт, продал артефакт — а толку? И эту ядреную связь с ней тоже не разорвешь. Не хватает воли, прямо скажу. Но ежели кто-то другой хочет эту стерву порвать, так я первый буду, кто поможет.

— Понятно, — кивнул Анубис. — А вторая причина?

Хребет ловким движением сунул в потрескавшиеся губы новую сигарету и лихо прикурил, чиркнув спичкой о край рукава.

— Вы не сможете уничтожить Зону, — ответил он, гася спичку. — Потому как просто не уничтожите. Но вот беспредел вояк меня кумарит. И наемники эти костью в горле… Если их вообще можно толкнуть из Зоны, то только твоими силами, командир. Чтоб знали свое место.

— Без этого никак, — согласился лидер. — Попытаемся, конечно, обойти, но, вероятнее всего, через наемников придется пробиваться силой. Договорились, Хребет. Возьми «винторез» в оружейке, я знаю, ты давно хотел себе такой.

— Верно, хотел, — не стал отрицать сталкер. — Только не возьму. Не хочу я, командир, чтобы ты думал, будто я из-за ствола тут изгаляюсь. Живы будем — сочтемся.

Небрежно отдав честь, Хребет подтянул лямки рюкзака и двинулся к Милитари.

Стоящий рядом Уотсон внезапно почувствовал, что ему душно, и дернул себя за ворот армейской куртки. Только глядя на уходящего сталкера, казалось бы, постороннего в этой истории человека, он осознал в полной мере масштабы будущего столкновения и всю величину угрозы.

— Это полная дурь, — сказал он в сердцах. — Мы находимся в месте, где и так смерть поджидает на каждом шагу. Почему здешние люди должны умирать из-за действий себе подобных? Так не должно быть!

— Так есть, — осадил его Анубис тоном, не терпящим возражений. — Надо с этим смириться. Зону не изменишь простым желанием. Однако я с тобой согласен, такого быть не должно.

— И ничего нельзя сделать?

— Почему же? Можно. Вот ты и изменишь.

— Как?

— Нарисуешь в дороге подробный план укреплений врага в Рыжем лесу. Получишь хорошую карту и нанесешь на нее пометки.

— Постараюсь, — неуверенно сказал парень. — Но я не силен в обозначениях, ведь я даже в армии не служил. Да и в топографии не очень…