Попытка вторжения - Юрий Павлович Валин

— Спешка, суета. Зато бутербродов нам целую кучу свалили. Придется их с водой жевать. Пиво-то волочем для бутафории, эх, военные времена…

Глава четвертая

Встреча на Кроличьей

— Плохо, — пробормотала Катрин.

Видно было действительно неважно: из соображений конспирации дальнозоркую трубу шпионская группа с собой не брала, и летучий объект в сгущающихся сумерках рассмотреть не получалось. Понятно, что не маленький и отнюдь не ветром его несет — ощутимо двигался с юго-востока на запад.

— Что ж это такое, мурьен его заешь? — гадала оборотниха. — Голову даю на отсеченье, — оно здоровенное. Стая птичья? Нет, непохоже. Неужто дракон⁈

— Дракон, вроде бы с крыльями должен быть. А это не машет, а так висит, вроде медузы, — неуверенно заметил Спаун. — Да и вообще здесь драконов испокон веку не видели. Они на Желтом берегу летали.

— Не, там тоже не летали, — нетерпеливо возразила оборотень. — Зато теперь прямиком вот сюда прилетел.

— Оно плывет, а не летит, — справедливо уточнил Мин. — Больше на рыбу похоже. Или на какашку.

— Ошалел, зверушка⁈ Ничего себе какашки пошли! Это чьи ж такие⁈ — вознегодовала Лоуд.

— Небесного Кролика. Я про него сагу слышал. А за «зверюшку» могу и в харю выписать.

Вошедшая в исследовательский раж оборотниха слегка опомнилась:

— Я не в обиду, господин Мин. Просто не слыхала про такое летающее дерьмо. «Небесный кролик», это ж вообще по жабры закудхаться можно!

Сагу «О Походе к Светлому Замку и Небесном Кролике-герое» доводилось слыхать и самой командирше шпионской группы. Не только слыхать, но и слегка редактировать. С возрастом одна знакомая поэтесса-сказительница стала рифмоплетствовать поприличнее, вернее, чуть тщательнее маскировать двусмысленности слоями философских размышлений. Но два эпизода богоборческих подвигов Кролика следовало из рукописи вымарать, с чем, кстати, авторша легко согласилась. Ей-то что, еще насочиняет…

— Дерьмовый дракон или драконово дерьмо — нам какая разница? Пролетело мимо и слава Логосу, — пробурчал боред. — Садись-ка на весла. Пустоголовая.

— Ладно, я пока за нее, — сказал Спаун, натягивая перчатки.

Барка двинулась в свой небыстрый путь, а Лоуд все еще стояла, держась за мачту и вглядываясь вслед неопознанному летающему объекту.

Мужчины гребли, Катрин размышляла о неожиданной и довольно-таки неукротимой оборотничьей любознательности. Мин ерзал на носу и осторожно, но со значением поглядывал на командиршу. Катрин ответила кратким предостерегающим взглядом — потом обсудим. Полукровка вздохнул — артиллерийское образование (пусть и начальное) и регулярное приобщение к кладезю мудрости в виде ноутбука с коллекцией энциклопедий, учебников и справочников, собранных заботливой Дашкой, дали Минимуму солидную почву для гипотез и догадок. Вероятно, правильных.

Плохо. Естественно, дирижабль это не быстроходный штурмовик, и не ударный беспилотник, но от такой надувной какашки до боевого цеппелина один шаг. Впрочем, возможно, это аэростат или еще какой-то упрощенный монгольфьер. Все равно плохо. Катрин отдавала себе отчет в том, что весьма предвзято относится ко всем летательным аппаратам сложнее воздушного змея, но так уж судьба сложилась. Психология наземного ПВО всегда была как-то роднее и ближе.

— Мне кажется, это летучее снижалось и за гору уходило, — сказала Лоуд, наконец-то садясь на скамью и поглядывая на командиршу.

— У вас глаза морские, вам виднее, — пожала плечами Катрин. — Лично я только пятно и рассмотрела. Если эта летучая хрень наших хвостатых друзей, мы с ней непременно познакомимся.

— Хм, дракон это интересно. Даже дерьмовый, — оборотниха посмотрела на гребцов. — Милостивый господин нынешний хозяин великодушно позволит его подменить? А то мы так вовек никуда не дофигачим.

— Охотно, — Спаун пересел на пассажирское место

— Господа шпионы, вольнонаемные и всякие прочие, — вкрадчиво сказала Катрин. — Убедительно прошу слово «офигительно» и его производные не употреблять. Ругайтесь классически, как деды и прадеды завещали, без модных нововведений.

— Отчего такие строгости? — удивилась Лоуд. — Нормальное местное, в смысле, глорское ругательство.

— Хвостачи не местные, могут неправильно понять. У них боги строгие, за всякую неуместную созвучность сгоряча наказать могут.

— Вот, теперь еще и языки себе подкусываем, — надрывно пожаловалась оборотниха своему веслу.

Корыто-салми медленно, но неуклонно продвигалось против течения. Командиршу группы начинали беспокоить пустынность и безмятежность берегов. Сиге тоже не подавал сигналов. Возможно, на ночлеге будут новости. Нужно поярче обозначить себя.

* * *

Ярко пылал костер, роскошно отражался в темной речной воде. Катрин раздумывала: не разложить ли огни классическим охранительным треугольником? По здравому размышлению не стоило возиться: едва ли «встречающие» оценят ретроградную суеверность путников, да и где они, встречающие?

Начал побулькивать котел над огнем. Мин со Спауном готовились засыпать крупу, бескрылый гребец меланхолично ломал для костра сучья, оборотень деятельно протирала ложки. Как бы не смазала какой-нибудь дрянью. Впрочем, ложки не именные, остережется себя травануть.

С боредом было более-менее понятно: ждет случая, форсировать события не собирается. Убьет, не колеблясь, но позже, когда сочтет нужным. Железных нервов мужчина, как бороду сбрил, так даже некоторую симпатию вызывает. С общительной многоликой красавицей сложнее. Что-то ее порядком ломает. Знает-догадывается или чутье у нее слепое? Увидела дирижабль этот трахнутый — этакий взрыв искреннего любопытства. Стухла, опять взрыв. Возможно, расстроенная психика, последствия употребления нэка? За спиной такую психопатку лучше не оставлять.

Всплеск на воде, еще один, и еще.

— Что-то рыба разыгралась, — сказала Катрин. — Пойду, гляну.

— Ох, не упадите, — немедленно взволновалась оборотниха. — Там скользота такая, платье перепачкаете.

— Платье-то ладно, а если нава какая… — намекнул осторожный Спаун.

— Какие здесь навы, у лодки-то… — Катрин спустилась в темноту узкого пляжика. Пятно барки, веревка, весла на камне…

Сиге ждал у зарослей, наполовину высунувшись из воды. Катрин присела на корточки

— Ну, что там?

— Иииии-дут. Двеееее лодк-ииии. Заме-еееетили дыыым, на рааааассвете возьмуууут вааас. Плааан у нииих.

— Понятно. Как там общая обстановка?

Сиге рассказал о базе противника: основной лагерь разбит повыше от берега, в скалах. Ластоногий разведчик пытался подняться, не получилось, — мелковат ручей. Людей много, стоят долго — все загажено. На воде три лодки, по описанию такие же суденышки, как пытавшиеся абардажить «Козу». Катера не видно. О численности противника Сиге мог сказать лишь предположительно — не менее двух сотен. Кроме хвостачей никого не видел, но эти-то у берега так и кишат — похоже, голодные. Ставят сети, верши, закидушки…

— Рыыыыыбы мааало, сеееети дууурные, — подумав, добавил разведчик.

Катрин