Ходок - Василий Седой

Москва встретила меня суетой и толпами на улицах. Наверное, сейчас город напоминал муравейник из-за того, что люди торопились на работу, всё-таки я прибыл ранним утром. Не знаю точно, но людей на улицах было действительно много.

Без документов искать жилье не стал. Лето на дворе, поэтому ничего со мной не случится, если переночую под открытым небом, лишь бы дождя не было, а так даже в радость будет.

Не знаю почему, но я даже не подумал о том, чтобы воспользоваться общественным транспортом, шагал себе не торопясь в сторону центра, предаваясь размышлениям, наблюдая за местными и любуясь интересными зданиями.

По дороге перекусил в пельменной. Потом купил в магазине толстую тетрадь, а вот ручка, к счастью, у меня была своя. Даже не представляю, как бы писал перьевой, сомневаюсь, что смог бы. Вернее, по-любому смог бы, но вот в том, что хватило бы терпения, точно сомневаюсь.

Гулял по городу долго, очень долго, аж ноги в какой-то момент гудеть начали. Благо к этому моменту добрался до набережной и, устроившись на удобной скамейке на другом от Кремля берегу реки, решил совместить полезное с приятным. Отдохнуть и начать переносить на бумагу всё, что помню из истории о событиях ближайшего будущего и не только.

Работа спорилась, и к вечеру сам удивился, сколько смог написать. Увлёкся так, что даже о еде забыл и, вынырнув из трудового угара, понял, что если срочно не перекушу, то помру здесь и сейчас. Шутка, конечно, но есть действительно хотелось со страшной силой. При этом идти куда-то не был готов совершенно.

Перекусил прямо на скамейке куском хлеба с салом, заедая его молодым луком. Пригодились собранные мужиками припасы. Хоть и не хотелось никуда идти, тем более после еды, но надо было подумать о ночлеге. Небо было чистое, дождя не предвиделось, поэтому, с неохотой встав с уютной скамейки, я потопал по набережной вниз по течению реки. По дороге раздумывал: как так получилось, что я полдня провёл, сидя напротив Кремля, и при этом никого не заинтересовал? Странно, как по мне. По-хорошему, шастающие время от времени мимо меня милиционеры должны были выяснить, что за человек такой тут сидит, что-то активно строча в тетради, вдруг шпиён какой. Но нет, никого я не заинтересовал, да оно и к лучшему.

Прошагал несколько километров и ничего подходящего для ночёвки не обнаружил. Да и странно было бы, будь это иначе, центр города всё-таки, как ни крути.

Поневоле пришлось искать общественный транспорт. На первом попавшемся трамвае я поехал в сторону окраины города, но уехал, надо сказать, относительно недалеко. Просто по дороге увидел парк, где гуляли люди, и решил, что это ничуть не хуже окраины.

Парк назывался Сокольники и как нельзя лучше подходил для организации ночлега, даже несмотря на то, как много там было людей. Найти здесь укромный уголок оказалось проще простого, но мне это не понадобилось. В парке компания молодых людей, активно уничтожавшая нехилые запасы вина, неожиданно позвала меня присоединиться. Не стал отказываться, почему бы и не посидеть с хорошими ребятами. Как выяснилось, они пили не просто так: отмечали день рождения подруги. Кстати, в этой группе девчонок было чуть не в два раза больше, чем парней, наверное, поэтому мне повезло присоединиться к ним. Прошедший мимо наряд милиции не обратил совершенно никакого внимания на нашу пьянку. Меня удивило такое поведение стражей порядка, и я спросил у собутыльников, почему так.

Оказывается, здесь есть негласное правило: на основных аллеях не безобразничать, а в стороне можно без проблем распить бутылочку-другую с товарищами. Если не шуметь и вести себя прилично, никто тебе и слова не скажет.

Наша компания была весёлой — даже песни пели под гитару, — но при этом адекватной. Это касалось как разговоров ни о чем, так и выпивки. Никто не нажрался в зюзю, вели себя нормально и, когда пришло время закругляться, парни дружно решили проводить девчонок и только потом расходиться по домам.

Пришлось и мне идти провожать, иначе некрасиво получится, да и мне не тяжело на самом деле, даже прикольно, молодость вспомнил.

Девчата жили в общежитии и работали на одном предприятии, а ещё заочно учились в одном и том же институте. Очень целеустремлённые особы и дружные. Как я понял, в компании были две сложившиеся пары и две сомневающиеся. Внимание эти сомневающиеся друг другу оказывали, а вот дальше никак. Ещё три девчонки были свободны, наверное, потому что не хватало парней — их было всего четверо. На меня эти девчата поглядывали заинтересованно, но видя, что я не выделяю кого-то из них, никаких планов не строили. Оно и к лучшему, не хватало мне ещё отношения здесь завести. Через день-два планирую домой вернуться, да и лишнее это.

Кстати, местные девчонки не смотрели на меня так плотоядно, как малолетки дома, может, новая способность как-то повлияла или ещё что, но я только рад. Не нужны мне конфликты на ровном месте, начни местные девчата ко мне липнуть, и проблем было бы не избежать, а так — вроде пронесло.

Плохо, что вспомнил об этом только сейчас, уже прощаясь с девчатами, а не раньше, до того, как влился в компанию. Поосторожнее всё-таки мне надо быть, внимательнее.

По дороге назад — ребята жили недалеко от Сокольников, частный дом арендовали (как выяснилось, есть там небольшой район с частной застройкой) — мы стали обсуждать, где разойдемся и кому в какую сторону идти. Без задней мысли признался, что только сегодня прибыл в Москву и не успел найти жильё, поэтому и пришёл в парк — переждать ночь и уже завтра что-то решать. Надо ли говорить, что ребята тут же предложили переночевать у них, тем более что два их товарища работали в ночную смену, так что со спальными местами проблем нет. Согласился, чего уж. От добра добра не ищут, вот и я тоже не стал выёживаться.

Дом, до которого мы добирались больше часа, оказался обычным деревянным пятистенком, огороженным высоченным забором, тоже в основном деревянным. Но, что примечательно, одна сторона этого забора была из бетонных плит, и ребята, стараясь говорить полушёпотом, поведали, что за этим бетонным ограждением расположена какая-то дюже секретная воинская часть.

Посмеялся про себя: смысла прятать здесь секретный объект, который в итоге быстро станет совсем не секретным, нет никакого. Но заострять на этом внимание не стал и, умывшись, отправился спать, улегшись на