Стезей Боли (СИ) - Викторов Виктор Сергеевич

«Всё бывает в первый раз».

Когда внизу мелькнули кроны деревьев, я успел только зажмуриться перед неизбежным, с ужасом ощутив, что лапы на моих плечах разжались, и меня больше никто не держит.

Треск ветвей, поменявшееся местами небо с землёй и глухой удар о землю, выбивший из лёгких весь воздух, ознаменовали конец воздушного, дери его демоны, приключения. И хоть упал я в какой-то куст, который должен был хоть немного смягчить падение, моё приземление можно смело окрестить жестким.

А ещё я услышал, как недалеко приземлился мой похититель, вот только треск был гораздо громче.

— Дамы и господа, — выплюнув невкусную горькую листву, тихо прохрипел я. — С вами говорит капитан корабля. От имени экипажа благодарю за выбор авиакомпании «Кошмар Икара». Желаю хорошего отдыха! — закашлявшись, я попытался перевернуться набок. — Что ж я маленьким не сдох?

Раздавшийся сбоку хруст заставил меня замереть. Создавалось впечатление, что сквозь чащу ломилось что-то огромное. Дёргаться и пытаться убежать было бесполезно, поскольку хоть «стан» и спал, но на руках по-прежнему красовались злосчастные браслеты, ограничивающие телепортацию даже «Адамантиевому перстню Сердца Хаоса», хотя последний и имел божественный ранг.

«Очень интересно, что же это за браслетики такие?».

Прочесть их характеристики я в данный момент не мог, но на будущее, от подобного девайса вряд ли отказался, хотя изначально был против использования аксессуаров, способных что-то ограничивать. Жизненные приоритеты, знаете ли, склонны к переоценке.

Осторожно подняв голову, я увидел самую большую и уродливую горгулью, которую когда-либо встречал. Раскрыв пасть, она сейчас возвышалась надо мной, с гастрономическим интересом рассматривая вашего покорного слугу.

— Я невкусный, — на всякий случай предупредил я, пытаясь сделать кувырок назад из положения «растерянно сидя на заднице».

Горгулья зашипела, а потом как-то по-человечески мотнув головой, сделала шаг в мою сторону, выпятив своё брюхо.

— Ты хочешь, чтобы я тебе помог? — с опаской поинтересовался я, углядев не меньше пяти стрел, застрявших в пузе у твари.

Существо снова зарычало, но уже требовательно.

— Хорошо, — мне наконец-то удалось выбраться из этого демонова куста. — Может быть очень больно.

Горгулья фыркнула и раздражённо закатила глаза.

— Ну смотри, — аккуратно, но крепко взявшись за древко первой стрелы, я поинтересовался, — начали?

Услышав подтверждение, что есть сил дёрнул стрелу на себя.

От раздавшегося следом рыка, мне взлохматило волосы зловонным потоком воздуха из пасти горгульи, но вопреки опасениям, голову мне не откусили. Отбросив в сторону стрелу, которая была почему-то чистой, словно я её выдернул не из живого тела, а из дерева, я взялся за вторую.

Спустя несколько минут всё было кончено. Как только последнее древко было извлечено, фигура горгульи поплыла маревом и растворилась у меня на глазах. Кого-кого, но возникшего на её месте злобно ругающегося Хассарага я точно не ожидал увидеть.

— Найду того, кто этим в меня выстрелил, засуну все эти стрелы ему в зад, — прошипел вампир, и тут же опровергая свои слова, с силой наступил на ближайшее древко. Жалобно хрустнув, середина стрелы вмялась в мягкую почву. — По самое оперение!!!

— Ты-ы? — удивился я.

— А кого ты здесь ожидал увидеть? Пьяную Миардель в неглиже? — огрызнулся Хассараг, ломая каблуком второе древко.

— Да я не к тому. Ты же этот… — высший вампир. Мне казалось, что подобные мелочи, вроде стрел, таким как ты по барабану.

По сверкнувшим глазам вампира, я понял, что лучше бы молчал. Схватив обломок стрелы, он переместился ко мне.

— Давай проверим. Я тебе сейчас воткну это в брюхо, чтобы аж в хребет упёрлось, а ты попробуешь сам вытащить. Хорошо? Ты же Первожрец, как никак, — зарычал Хассараг, примеряясь.

— Стоп, стоп, стоп, — выставил я перед собой руки. — Не надо. Был неправ, не подумал. Извини, больше не буду!

Несколько секунд старый вампир боролся с искушением сделать во мне колотое отверстие незапланированное игровой механикой, после чего сплюнул в сердцах и швырнул в заросли несчастный обломок с наконечником. — Ну?

— Что «ну»? — растерялся я.

— Ты от браслетов избавляться будешь, или тебе нравится так ходить?

— Так я…

— Руки сюда давай, — перебил меня Хассараг, бесцеремонно схватив меня за конечности. — Готов?

— Готов, — кивнул я, приготовившись с интересом наблюдать, как вампир решит задачу с этими браслетами.

К тому, что произошло дальше, я совершенно точно не был готов, а исторгнувшийся из моей порядком охрипшей глотки обезумевший ор мог смело конкурировать с рёвом раненного дракона, если бы ему кто-то решил оторвать крылья без наркоза.

Этот ублюдочный вампир с «пробитым насквозь скворечником» попросту сжал мои руки, словно гидравлическим прессом, ниже линии браслетов, в одно мгновение полностью раздробив кисти и смяв пальцы.

Перед глазами полыхнуло красным, посыпались системки, а затем пришла всепоглощающая боль. Последнее, что я почувствовал перед тем, как безжалостно обдирая кожу на кистях, с моих конечностей содрали браслеты, это то, как подкашиваются ноги.

— Зелье быстро! — Хассараг влепил мне чувствительную оплеуху, видимо считая, что она должна привести меня в чувство. — Аукцион! «Божественная слеза Суоны!». Да приди в себя! — встряхнул он меня так, что я только чудом не прикусил язык.

То ещё удовольствие копаться во вкладках «Аукциона», когда конечности будто опустили в лаву. Перебиваясь со стона на ругательства, я начал судорожно вбивать буквы в поисковик.

Наконец, получилось найти требуемое. Вжав кнопку «Купить» и даже не посмотрев на стоимость лота, я «вывалился» из меню.

— Давай сюда! Быстрее! — требовательно протянул руку Хассараг. Ловко подхватив вывалившийся из моей искалеченной кисти «фиал», он одним движением откупорил пробку, после чего влил мне его содержимое в рот.

Я уже говорил, какие ощущения испытывает дроу с раздробленными кистями?

Так вот, процесс восстановления был не лучше. Не было никакого божественного сияния, когда повреждённую область окутывает серебристое облако, происходит магия и ты: хоп — и здоров.

Отныне хруст костей — мой самый нелюбимый звук. Возвращаясь к первоначальному положению, мои суставы восстанавливались, осколки раздробленных костей становились на своё законно место, а выросшие, будто на дрожжах, опухоли рассасывались прямо на глазах. При этом пальцы жили своей жизнью, изгибаясь под самыми причудливыми углами.

Гадство проклятое, ну неужели нельзя было придумать то же самое снадобье, только с обезболивающим?

— Всё? — сухо поинтересовался вампир. — Пришёл в себя? — заметив, что я открываю рот, чтобы высказать этому клыкастому идиоту всё, что думаю о его методах, он примиряюще произнёс: — Иного способа их снять — не существует. Разве, что — отрубить кисти.

Заготовленная речь застряла в горле. Старый садист был прав — ампутации я бы обрадовался ещё меньше. Но предупредить же можно было?

— Всё, что ты думаешь, можешь высказать мне потом, — отрезал вампир. — А сейчас быстро открывай портал в Сердце Хаоса, пока сюда не нагрянули ловчие. Мы и так задержались здесь непозволительно долго. Поговорим уже там.

— Ловчие?

— Подруги твои рогатые. Или ты думаешь, что с этой гадостью, — он указал на браслеты, валяющиеся неподалёку, — ты бы смог скрыться?

Перед тем, как переместиться с Хассарагом в нашу крепость, я подхватил их с земли и забросил в инвентарь, на что старый вампир едва заметно поморщился. Да и пусть! Зато я уже знаю, что мне с ними надлежит сделать!

Через несколько секунд нас встретила вечная прохлада главного зала Сердца Хаоса и обеспокоенный Ньютон, бессистемно расхаживающий перед статуей Тиамат и что-то себе бормочущий под нос.

Судя по активной жестикуляции, парень умудрился найти интересного собеседника в своём же лице и сейчас вдохновенно с ним спорил. Чем мне нравился этот парень, так это своим неординарным подходом к любым задачам. И что самое интересное: ни одна из его задумок никогда не сработала вхолостую. Но странное поведение этого «безумного ученого», признаться, иногда пугало.