Уступи соблазну - Марта Ньюман

Мимо неизвестного прошла какая-то женщина. Она показалась Марку похожей на Шерил. Шерил? Если парень действительно репортер, то, может быть, его появление связано не с Майклом Дженкинсом, а с Шерил? Идя в отель, он всегда старался не привлекать к себе внимания. Но если ей тоже есть что скрывать? Не исключено, что в каком-то кругу Шерил не менее известна, чем он в своем.

Ярость поднялась в нем жгучей волной. Если этот ублюдок следит за ней…

Он резко повернулся и, не давая громиле возможности отреагировать на внезапное изменение ситуации, подошел к нему вплотную.

— Кто вы?

— Эй, приятель, я занимаюсь своим делом. — Мужчина говорил громко, явно рассчитывая привлечь внимание. — А вы займитесь своим.

Марк схватил его за руку и рванул на себя. Из-под куртки едва не выпал фотоаппарат.

— Я и занимаюсь, как видишь. За кем охотишься? Отвечай быстро или двину так, что тебе потребуется пластическая операция.

— Не посмеешь. Я позову полицию.

— Зови. Только имей в виду, что у меня есть деньги, много денег. И мои адвокаты вытрясут из тебя все до последнего цента. Ну?

Парень попытался вырваться, но, поняв бесполезность своих усилий, пожал плечами.

— Ладно. Вы же тот врач, к которому ходит Майкл Дженкинс, да? Я знаю. Я следил за вами.

— Ну и что? Зачем тебе это понадобилось? Если он и скажет мне что-то, то ты все равно ничего не узнаешь.

— Мне ничего такого не нужно. И цитировать вас я не собираюсь. — Парень посмотрел на фотоаппарат. — Говорят, Дженкинс гомик. Если я смогу сделать пару снимков…

Марк уже поднял руку, чтобы дать мерзавцу по физиономии, но в последний момент сдержался. Конечно, раздавить такую нечисть приятно, но надо думать и о последствиях. Черт, каждый поступок влечет за собой последствия.

Он опустил руку и посмотрел в бледное от страха лицо репортера.

— Вот что, приятель, поговори-ка со своими юристами. Они тебе подскажут, что к чему. Увижу еще раз с этой штукой, сделаю все, чтобы ты попал за решетку. Получишь по полной программе, уж это я тебе гарантирую. Возможно, тебе повезет. В тюрьме можно делать интересные снимки. Особенно на интересующую тебя тему.

— Ладно, ладно. Я же ничего. Делаю свою работу.

— Гнусная у тебя работа. — Марк разжал пальцы и оттолкнул газетчика. — И сам ты такой же. Проваливай и помни, что я тебе сказал.

Парень отступил шага на три и, почувствовав себя в безопасности, ухмыльнулся.

— Думаешь, что можешь от нас спрятаться, а? У тебя нет ни малейшего шанса. — Он издевательски помахал рукой и торопливо перебежал улицу.

Марк устало вздохнул. Сколько кругом грязи и лжи. Ему ни о чем не хотелось думать. Ни о чем и ни о ком. Кроме Шерил. Придет ли она в следующую среду? А если нет? Теперь ему казалось, что единственное спокойное место на свете — это ее объятия.

Глава 13

Шерил сидела за столом, положив перед собой чистый лист, и смотрела в окно. После разрыва с Роджером, когда ей было тоскливо и одиноко, она не раз выплескивала свои чувства и мысли на бумагу. Иногда это помогало, иногда нет. Порой, читая написанное, ей становилось не по себе — ну как можно быть такой дурой и не замечать очевидного. Потом смятый лист летел в мусорную корзину, и, избавившись от него, она, как ей казалось, избавлялась от собственной глупости, совершенной ошибки и гнетущей депрессии.

Сейчас Шерил хотелось разобраться в причинах размолвки с Марком. Почему она так расстроилась, узнав, что он врач? Ответ пришел сразу — Марк застиг ее врасплох. Она испугалась того, что он увидел слишком многое, определил, чего она боится… А чего?

Шерил взяла ручку.

Не знаю, чего я хочу, но бессмысленно притворяться, что это только секс. Марк для меня нечто намного большее. Но что? Я слишком много думаю о нем. Приписываю ему слишком много хороших качеств. Может быть, я не хочу узнавать его глубже для того, чтобы представлять таким, каким мне хочется. Может быть, мне самой хочется оставаться такой, какой я являюсь только ему. Но так или иначе та, кого я играю, влюбилась в того, кем я хочу видеть Марка.

И что теперь со всем этим делать?

Итак, что я действительно знаю?

Он чертовски сексуален. Стоит мне взглянуть на него, как у меня начинают дрожать колени. Он внимателен и заботлив — старается не давить на меня и не подталкивать к каким-либо выводам. Умеет слушать. Он психиатр. У него прекрасное чувство юмора. Мягкий, нежный, но, когда нужно, превращается в грозного повелителя. У него чудесный запах и сильные руки. Когда мы занимаемся любовью…

Шерил остановилась. Вообще-то они не занимались любовью. Ни разу. То, чем они занимались, называется сексом. Причем безопасным. Эротика — да, но не любовь. Любовь — это нечто иное. Она предполагает совсем другие отношения и другие чувства. Любовь — это узы, открытость и уязвимость сердца, искренность и доверие. Их же влекли тяга к острым ощущениям и жажда риска, опасности. Она полагала, что, став женщиной без имени, сможет реализовать свои тайные фантазии. Но ее самая главная фантазия вовсе не сводилась к тому, чтобы лежать связанной на кровати. Ей хотелось любви. Она мечтала о любви и боялась ее.

Итак, в чем же заключается главный вопрос?

Чего я хочу? Если бы я могла получить все, что угодно, что бы я выбрала?

Гарантии. Она выбрала бы гарантии. Уверенность в том, что он любит ее без всяких условий, что ее семья, деньги, положение в обществе не имеют никакого отношения к его чувствам. Что он будет любить ее вечно и не предаст, не обманет, не разочарует.

Шерил усмехнулась. Ну вот, опять те же глупости. В жизни нет и не может быть никаких гарантий. Их никто не дает. У нее нет ни малейших оснований считать, что любовь — это приемлемый вариант для Марка. Ей вспомнилась прочитанная где-то и засевшая в памяти мысль: тот, кто влюбляется, зная, что неизбежно проиграет, добровольно принимает самый опасный вызов судьбы.

Да. Уверенным можно быть только в одном: все преходяще. Любовь приходит и уходит. Как и все остальное. Это неизбежно.

Тогда чего она хочет? Готова рискнуть, зная, что проигрыш неизбежен?

Шерил еще долго сидела над листом бумаги, глядя в окно, но так ничего и не написала. В конце концов она отложила ручку, встала из-за стола и пошла в спальню.

Марк шел через фойе отеля, едва сдерживаясь, чтобы не побежать. Только бы Шерил была на месте, только бы обрадовалась, увидев его, забыла обо всем, что он сказал в последний раз. Конечно, ему хотелось узнать ее ближе, узнать о ней больше, узнать все, но при этом он вовсе не собирался рисковать потерять то, что у них уже было. Никакого риска. Никаких резких маневров. Все будет тихо и спокойно. Он удовлетворится тем, что она пожелает дать. Только бы не спугнуть ее. Только бы Шерил была на месте.