Невидимая Хазария - Татьяна Грачева

Он выражал искренне восхищение «пионерским духом и достижениями еврейских поселенцев».

По его убеждению, „нужно всячески содействовать сионизму, ибо он полезен как для еврейского народа, так и для всего мира“.

Видимо, для того, чтобы увековечить память о совместной поездке нациста и сиониста, Angriff даже выпустила медаль, на одной стороне которой была изображена свастика, а на другой – шестиконечная звезда Давида».

В своем интервью, данном после войны, бывший глава Сионистской федерации Германии Ганс Фриденталь сказал: «Гестапо делало все в эти дни, чтобы обеспечить эмиграцию, особенно в Палестину. Мы часто получали их помощь, когда нам требовалось что-то от других властей, связанное с эмиграцией».

Джозеф Бург в The Toronto Star (31 марта 1988) написал: «Сионизм хотел принести в жертву сионистскому государству все европейское еврейство. Все было сделано, чтобы создать государство Израиль, и это стало возможным только с помощью мировой войны. Уолл Стрит и крупные еврейские банкиры помогали военным усилиям с обеих сторон».

В феврале 1950 года Роберт Вильямс опубликовал статью в Williams Intelligence Summary о «заговоре Джейса Варбурга против христианского мира». Там говорилось, что вдова генерала Людендорфа рассказала, почему ее муж отошел от Гитлера. Это было связано с тем, что в начале лета 1929 года Джеймс Варбург заключил соглашение с финансовыми кругами Америки, которые пожелали установить единоличный контроль над Германией путем развязывания там национальной революции. Задача Варбурга состояла в том, чтобы найти подходящего человека в Германии, и он вошел в контакт с Адольфом Гитлером, который впоследствии до 30 января 1932 года получил от него суммы, составившие 27 миллионов долларов, и затем еще 7 миллионов долларов, что позволило ему финансировать его движение».

В книге Вебстера Тарпли и Энтона Чаиткина «Джордж Буш: несанкционированная биография» вторая глава называется «Проект «Гитлер». Там говорится о том, что еврейский банкир Макс Варбург 27 марта 1933 года написал своим американским спонсорам, что «правительство Гитлера благо для Германии». Так, он, в частности, сообщает: «В последние несколько месяцев дела идут намного лучше, чем мы предполагали… Но мы действительно страдаем из-за активной пропаганды против Германии, вызванной некоторыми неприятными обстоятельствами. Эти инциденты являются естественным следствием большой напряженности избирательной компании, которая была слишком преувеличена в зарубежной прессе. Правительство твердо намерено обеспечивать общественный мир и порядок в Германии, и я абсолютно уверен в этом отношении, что нет никакого повода для беспокойства». Это была печать одобрения Гитлера, данная самым известным евреем».

29 марта 1933 года, то есть два дня спустя после этого письма, сын Макса Варбурга, Эрих, послал телеграмму своему двоюродному брату Фредерику Варбургу, который был директором системы железных дорог Гаримана. Он просил Фредерика «использовать все свое влияние», чтобы остановить антинацистскую деятельность в Америке, включая «ужасные новости и враждебную пропаганду в зарубежной прессе, массовые митинги и т.д. Фредерик не замедлил с ответом и в телеграмме Эриху сообщил: «Никакие ответственные группы здесь не требуют бойкота германских товаров, только экзальтированные индивидуумы». Еще два дня спустя, 31 марта 1933 года, Американо-еврейский комитет, контролируемый Варбургами, и масонская ложа Бнай-Брит, находящаяся под сильным влиянием Сальцбергеров (New York Times) опубликовали официальное совместное заявление двух организаций, где рекомендовалось «не поощрять ни один бойкот против Германии», а также давался совет «не проводить больше массовых митингов и не устраивать других подобных форм агитации».

Американо-еврейский комитет и Бнай-Брит продолжали эту жесткую линию пресечения любых нападок на Гитлера на протяжении всего периода 30-х годов, закрывая глаза на борьбу, которую начали многие евреи и антифашисты.

Таким образом, сионистские лидеры сыграли зловещую роль в драме нацизма. «Сионисты-банкиры Ротшильды и Варбурги не только препятствовали появлению любой информации о том, как Гитлер, используя свою армию фашистских головорезов, терроризировал тех немцев, которые хотели не допустить его избрания в 1933 году, но в первую очередь финансировали приход Гитлера к власти».

В 1938 году журнал Time назвал Гитлера человеком года. Контролируемый Ротшильдами Английский банк наградил Гитлера за взятие Праги, отдав ему резервы чешского золота, которые хранились в Лондоне.

28 августа 1937 года один из последних рейхсканцлеров Веймарской республики Генрих Брюнинг направил Уинстону Черчиллю письмо следующего содержания: «Я не хотел и не хочу сейчас по вполне понятным причинам открывать информацию, что с октября 1928 года самыми крупными и постоянными жертвователями средств для Нацистской партии были главные управляющие двух крупнейших берлинских банков, оба иудейского вероисповедания, один из них лидер сионистов в Германии».

Бумаги Брюнинга хранятся сейчас в Сиракьюсском университете (США, штат Нью-Йорк), включая это письмо, адресованное Черчиллю, которое переписал английский писатель Дэвид Ирвинг, работавший над биографией британского политика.

В своем письме Дэниэлу Лонгвеллу от 7 февраля 1948 года Брюнинг писал, что СА и СС до 1933 года оснащались главным образом револьверами и пулеметами, сделанными в США. Это письмо хранится сейчас в библиотеке Колумбийского университета.

Ганна Арендт является автором книги о Рудольфе Кастнере, члене сионистской организации, и о его связях с нацистами. Книга была написана на основе материалов допросов нацистского преступника Эйхмана, казненного в Израиле в 1962 году. И если бы Кастнер не был убит в 1958 году, то он тоже должен был бы быть привлечен к суду как военный преступник».

Как следует из показаний Эйхмана, он заключил с Кастнером соглашение о разрешении нелегального отъезда нескольких тысяч евреев в Палестину в обмен на «покой и порядок» в лагерях, откуда сотни тысяч отправлялись в Аушвиц. Несколько тысяч были спасены на основании этого соглашения. Это были известные евреи и члены сионистских молодежных организаций, которые, по словам Эйхмана, были «лучшим биологическим материалом».

В своем интервью, данном журналу Life в конце 1960 года, Эйхман вспоминал, что «по указанию Гимлера он установил контакты с еврейскими политическим деятелями в Будапеште, среди которых был Рудольф Кастнер – официальный представитель организации Сионистское движение. Этот Кастнер был молодым человеком примерно моего возраста и фанатичным сионистом. Он согласился помочь мне сдержать евреев от сопротивления депортации и даже обеспечить порядок в накопительных лагерях, если я позволю нескольким сотням или нескольким тысячам молодых евреев нелегально эмигрировать в Палестину. Это была хорошая сделка – за обеспечение порядка в лагерях отдать 15 000 или 20 000 евреев. Даже если бы он запросил больше, для меня это была невысокая цена…

Мы доверяли друг другу абсолютно. При его лоске и сдержанности он мог бы быть идеальным офицером гестапо.

Главной заботой Кастнера было обеспечить эмиграцию в Израиль отобранной группы венгерских евреев… В сущности, было много общего между нашими подходами в СС и взглядами этих сионистских лидеров. Как я сказал Кастнеру: «Мы оба идеалисты, и мы оба должны пожертвовать кровью наших соплеменников, прежде чем придем к власти».

Я убежден, что Кастнер пожертвовал бы тысячей или сотней тысяч своих соплеменников, чтобы добиться своей политической цели. Его не интересовали пожилые евреи или те, кто ассимилировался в венгерское общество. Ему нужно было спасти биологически ценную еврейскую кровь, то есть человеческий материал, который был способен к репродукции и тяжелой работе. «Вы можете взять других, но дайте мне эту группу». И так как Кастнер оказал нам большую услугу, обеспечив покой в депортационных лагерях, я позволил этой группе бежать. Меня не волновала эта небольшая группа, составлявшая всего около тысячи евреев».

То есть Эйхман готов был дать Кастнеру больше 20 000 человек. Для него это была «невысокая цена». Но Кастнер взял около тысячи, «способных к репродукции и тяжелой работе». Другие – старики, дети – ему были не нужны. Это был «селекционный» отбор, в точности такой, какой практиковали фашисты, такой, который позволяет поставить между ними и сионистами знак равенства. И эту аналогию отмечает Эйхман.

В своей работе «Миллионы, которые могли быть спасены» Л. Домб приводит следующие факты.

В 1941 году и затем еще раз в 1942 году гестапо предложило европейским евреям транзит в Испанию на условии, что никто из выезжающих не поедет в Палестину. Все депортированные будут перевезены в США и Британские колонии и останутся там. За каждую семью требовалось заплатить 1000 долларов. Ответ сионистских лидеров был негативным со следующими комментариями. «Только Палестина должна рассматриваться как место перемещения депортированных. Европейские евреи должны согласиться на страдание и смерть в большей степени, чем другие народы для того, чтобы победившие союзники согласились на «Еврейское государство» в конце войны. Никакого выкупа выплачено не будет». Таков был ответ сионистов на предложение гестапо. И этот ответ был дан с полным осознанием того, что альтернативой здесь будут газовые камеры.