Мелодия любви - Айрис Джоансен

— Конечно. Джейсон рассказал мне о ней, когда нанимал на работу. Он, кажется, тогда подумал, что мне несдобровать от этой дамочки. — Он усмехнулся. — Но я-то знаю, что управлюсь с этой ведьмой.

— Я хочу избавиться от нее.

— Давно пора.

— Ты поможешь мне?

Сэм кивнул и спокойно сказал:

— Джейсон — мой друг. Ты найди способ выкурить ее, а я обеспечу операцию по захвату противника.

Дейзи улыбнулась.

— Спасибо за поддержку.

— Когда начнем?

— Только не сегодня. Я еще не набралась сил, и меня качает во все стороны. — Она открыла дверь. — А вот завтра после спектакля и начнем.

Сэм вставил магнитную карточку в панель кодового замка, и ворота медленно раскрылись.

— Ты уж постарайся. Джейсон, чего доброго, меня в бараний рог скрутит за то, что я привез тебя сюда.

Лимузин, миновав ворота, выехал на длинную извилистую подъездную дорогу, ведущую к Иглзмаунту.

Дейзи увидела обвитый плющом особняк из красного кирпича, напоминавший старинный английский загородный дом. Она пришла в восторг от красоты особняка и окружающей его природы. Иглзмаунт представлялся ей похожим на мрачный и суровый Дом Ашера.

— Ты уверен, что он дома?

Сэм кивнул:

— Джейсон звонил мне в театр, пока ты была на сцене, чтобы узнать, все ли с тобой в порядке.

— Как ты думаешь, в какой комнате он сейчас находится?

— Скорее всего в музыкальной. Он проводит там большую часть времени. Вторая дверь налево от холла. — Сэм остановил машину у главного входа. — Набери код четыре-двенадцать-один, и дверь откроется.

— Спасибо, Сэм. — Дейзи запахнула поплотнее длинное пальто из белого атласа, открыла дверцу и выскользнула из лимузина. — Не беспокойся, все будет хорошо.

— Я буду в своей берлоге. Звони, если понадоблюсь.

Он намекал на то, что ей придется скоро уйти из дома Джейсона. Нет, ничего у него не выйдет. Нет, она осуществит свои планы.

— Не понадобишься, — она помахала ему на прощанье, закрыла дверцу машины, взбежала по ступенькам и набрала код замка резной дубовой двери.

Дверь бесшумно открылась, и она вошла в холл. Ее поразили богатство и изящество обстановки. Винтовая лестница вела наверх из уютного холла с блестящим полом, выложенным черной и белой плиткой, в котором отражался свет изысканной по форме хрустальной люстры. «Боже! Какое великолепие!» — подумала она, чувствуя огромную симпатию к владельцу этого дома. Синтия Хейз заставила Джейсона превратить дом в убежище, и он со свойственным его творческой натуре стремлением создавать прекрасное сделал из Иглзмаунта просто дворец.

Вторая дверь налево. Дейзи глубоко вздохнула и направилась по черно-белым блестящим плиткам пола к музыкальной комнате.

Джейсон сидел за огромным роялем «Стейнвей», делая пометки на листе бумаги, лежавшем на пюпитре. Его черные волосы блестели еще ярче в свете люстры. Одетый в серые вельветовые брюки и черную рубашку, он совершенно не вписывался в изысканную обстановку дома. Джейсон выглядел мужественным, привлекательным и… одиноким. При виде его у Дейзи защемило сердце от любви и нежности. Нервное возбуждение, в котором она находилась, переступив порог дома, прошло.

— Над чем ты работаешь?

От неожиданности он замер, затем резко повернулся на стуле и с удивлением посмотрел на Дейзи.

— Что ты здесь делаешь?

— Сэм привез меня, — она закрыла дверь и прошла в комнату. При каждом ее шаге складки просторного атласного пальто обрисовывали ее ноги. — Сочиняешь музыку для новой оперы?

— Да.

Она улыбнулась.

— В ней будет партия для меня?

— Еще не знаю, — он нахмурился. — Тебе нельзя здесь находиться.

— Ты постарался сделать все, чтобы сюда никто не проник. Какая система охраны! Мышь не проскользнет, — она остановилась посередине комнаты. — Но я здесь и не позволю тебе меня выпроводить.

Джейсон встал и направился к ней.

— Я до сих пор не нашел Синтию. На меня работает целое детективное агентство, но пока безуспешно. Ты должна держаться от меня подальше, пока…

— Черта с два! — Она покружилась, и мягкие складки пальто разлетелись в стороны, переливаясь под светом люстры. — Шикарное пальто, правда? Оно гармонирует с платьем, в котором я была, когда эта змея подсунула мне отравленное вино.

Он остановился, захваченный врасплох переменой темы разговора.

— Красивое, — тихо выдавил из себя Джейсон.

— Я так и знала, что тебе понравится. Платье я отдала в химчистку, когда вернулась из больницы, но пальто выглядит неплохо и без платья.

Было видно, что подобный разговор его раздражал.

— Поскольку ты не захотела жить у Эрика, я нанял двух охранников, чтобы они сторожили тебя круглые сутки, а Сэм…

— Он — хороший, — мягко перебила его Дейзи. — Он любит тебя и восхищается тобой. — Она взглянула на потолок. — Какая чудесная комната, а эти фрески на потолке — просто прелесть.

— Ты слушаешь меня, Дейзи?

— О да, слушаю, — перестав кружиться, она опустилась в огромное старинное кресло, обитое синим бархатом, и утонула в белой, блестящей пене пальто. — Не сомневаюсь, принятые тобой меры по моей охране очень эффективны. — Она нежно улыбнулась ему. — Но мне жаль, что ты зря усердствовал, придумывая их. Я никуда отсюда не уйду, Джейсон.

— Прости, не понял.

— Я остаюсь здесь с тобой. Мои чемоданы лежат в багажнике лимузина, Сэм решил не вынимать их, пока ты не дашь ему на это разрешение.

— Которое он не получит.

— Почему? Подумай-ка хорошенько. Охрана Иглзмаунта надежнее, чем в доме у Эрика или в моей квартире. Сэм может возить меня в театр и обратно, и мы…

— Черт возьми, это слишком опасно, — раздраженно перебил ее Джейсон. — Как ты думаешь, почему я не приехал сегодня в театр?

— Потому что ты боялся быть рядом со мной, — сказала она мягко. — Ты не подпускаешь меня к себе, потому что с людьми, к которым ты питаешь добрые чувства, всегда что-нибудь случается. Неужели ты не понимаешь, что все это превращается в фобию?

— Синтия — не фобия, а реальная угроза, причем смертельная.

— С которой я готова бороться.

— Думаешь, я этого не знаю? — с горечью спросил он. — С первой минуты нашей встречи я понял, насколько ты великодушна. Уже тогда я знал, что ты пойдешь на любой риск ради близкого тебе человека.

— Поэтому ты старался держать меня на почтительном расстоянии. — Она покачала головой: — Нет, сейчас во мне говорит не великодушие, а эгоизм. Эта одержимая манией убийства женщина пытается разрушить мою жизнь, но я не позволю ей этого сделать. — Немного помолчав, Дейзи добавила: — Любимого мной человека она заставила большую часть жизни провести в кромешном аду. — Она заметила, что он вздрогнул, и грустно улыбнулась. — Прости, знаю, ты не хочешь, чтобы я это говорила, но я люблю тебя, Джейсон.