Посох Гурама - Николай Басов

– Никогда… – Лотар перевел дыхание и с облегчением закончил: – Не делай этого больше.

– Я хотел лишь облегчить твою боль, господин.

– С болью я справлюсь. А с этим – нет.

– Это так трудно?

– Ты пробовал? – Сухмет покачал головой. Лотар даже с закрытыми глазами знал это. – Трудно избавиться от наслаждения.

Что-то звонко лопнуло в воздухе, и Лотар окончательно расстался с этим Сухметовым изобретением. Теперь боль была такой, что Лотар даже удивился, как это ему только что удалось разговаривать.

Но любая боль была лучше того, что исчезло, тем более что он мог использовать ее, чтобы строить свое тело.

Лотар медленно провел рукой по обнаженной груди. Нет, не обнаженной, она вся была перетянута бинтами. И плечо едва шевелилось от этих повязок, и почему-то ноги были перетянуты. Здорово мне досталось, подумал Лотар. Кажется, сумел подставиться под все удары противника.

– Нет, господин, – сказал Сухмет, поднимая ему голову, чтобы влить чай между его запекшихся губ. – Ты действовал настолько верно, что у Атольфа не было ни одной возможности добраться до тебя. А это и было главным выигрышем. Все остальное – булавочные уколы.

Чай был такой горячий, что Лотар едва не выплюнул его, обжегшись.

– Нет, господин мой, нужно глотать, – сказал Сухмет, безжалостно поднимая голову Лотара еще выше. – Скоро будет лучше. Ты быстро восстанавливаешься.

Лотар проглотил чай, и теперь он показался ему на удивление вкусным. Он хотел еще. Оказалось, что пить он хочет даже больше, чем дышать.

Напившись, Лотар с облегчением откинулся на сложенный валиком плащ и вытянулся. Теперь мышцы груди не давили на легкие, залитые кровью.

– Теперь я посплю и, надеюсь, стану получше, когда…

Он не договорил, он просто уснул.

Проснулся он от стойкого ощущения прохлады и чего-то очень тяжелого, разлитого в воздухе, словно запах гнили. Лотар открыл глаза и понял, что уже может напрягать грудь. Осторожно повернул голову направо, затем налево. Сухмета не было.

Покряхтывая, Лотар сел, потом встал. Хорошо бы завести что-то вроде костыля, подумал он. Но нет, подходящей палки поблизости не было, и он зашагал к берегу озера, опираясь только о голые орешины.

Сухмет стоял на берегу и напряженно всматривался в замок. Не поворачивая головы, он сказал:

– Ты преждевременно поднялся, господин. Тебе бы еще полежать.

– Что тут происходит? – спросил Лотар.

– Они повесили еще четырех стражников. – Лотар пересчитал трупы, болтающиеся перед стенами. – И все четверо совершенно невиновны. Один из них все думал о дочери, которой теперь не выйти замуж, потому что он не сказал ей, где спрятал деньги на приданое.

– Придется тебе сказать ей. Прикинешься бродячим искателем кладов и поможешь.

Сухмет кивнул. Потом повернулся и взял Лотара под локоть. Плечо и грудь сразу заныли, но все-таки не так, как утром.

– Тебя нужно покормить, господин. Я приготовил отменный суп из кролика.

Они медленно потащились к стоянке. Лотар вдруг вспомнил:

– А этот посох, он не испортился от воды?

– Что?

– Ну, у него не исчезли какие-нибудь его магические свойства от того, что я с ним так непочтительно обошелся?

Сухмет усадил Лотара на плащи.

– Я думаю, что тебе, господин, следует побольше тренироваться в магии. Ты очень плохо представляешь, как магические инструменты защищают себя. Я вот сомневаюсь, потеряет ли посох Гурама хоть одно из своих великолепных свойств, если его опустить на пару тысячелетий на дно морское, а ты…

– Ладно, – сказал Лотар, – понятно.

Суп оказался на редкость вкусным. Лотару показалось, что он в жизни не ел ничего лучше.

Сухмет улыбнулся одними глазами, поглядывая, как его господин уписывает вторую миску, и решил продолжить тему.

– К тому же эти тренировки помогут тебе избавиться от лишних травм.

– Как?

Вообще-то, когда Лотар выздоравливал, ему не очень хотелось нагружаться пищей. Но на этот раз он чувствовал, что нуждается в этом сочном и легком мясе, лишь пережевывал его старательно, как заботливый мукомол дробит качественное зерно на мельнице.

– Ты мог бы использовать свойства посоха сразу же, как только он оказался в твоих руках. Например, мог снять Сеть Всевидения, которую поставил Атольф. Или пробить его занавес и проложить магический мост до берега. Для того чтобы идти по нему, не нужно даже отращивать крылья, просто идешь над водой, и никто тебя не может остановить. Мог остановить время, и они стали бы для тебя зачарованными истуканами, или вообще стер бы ползамка со скалы и приказал опустить мост, чтобы удалиться, как король.

Лотар с облегчением откинулся на свое ложе, сделанное, как всегда, из дорожных плащей и веток, и посмотрел в небо.

– Я не хотел убивать.

– Тебе не нужно было бы убивать. Они быстро поняли бы, что им с тобой не совладать, если бы ты продемонстрировал свою силу, свою магическую силу, я хочу сказать.

– Вот и пойдешь следующий раз вместо меня.

Сухмет рассмеялся:

– Э, нет, я не могу, не силен в драке. Хотя теперь… – Он повернулся и погладил какую-то деревяшку, воткнутую в землю, которая казалась просто высохшим прутом. – Все в прошлом. Теперь я, пожалуй, сильнее всех.

– Из-за этого вот я рисковал жизнью? – удивился Лотар.

Сухмет хохотал не меньше минуты.

– Я замаскировал его, господин.

Старик ушел за водой для чая. Лотар смотрел в небо, пока не уснул. Он был все-таки очень еще слаб. Когда он открыл глаза, в небе стояли последние звезды. Они казались такими близкими и чистыми, словно не было никогда ни насилия, ни жестокости, ни самой смерти. Лотар улыбнулся и осмотрелся по сторонам магическим видением.

Сухмет сидел рядом с тоненьким пламенем, которое изгибалось дугой над его головой и направленно, как штырь, ярко светило на страницы книги, которую старик держал на коленях. Увлеченный чтением, он не заметил, что Лотар больше не спит.

Желтоголовый поднялся и подошел к оставленному на костерке котелку. В нем был густой, тяжелый, как августовская ночь, бодрящий чай. Лотар выпил кружку, налил вторую и подсел к Сухмету.

– Готовишься стать сильнее всех?

Старик улыбнулся:

– Пожалуй, я зря поучал тебя, господин мой. Даже я не сумел бы сразу выполнить все те магические трюки, о которых говорил тебе. Не стоило и пытаться.

– Получается, что я не так уж безнадежен?

– Ты сделал только ту ошибку, что оставил слишком видимый след за собой из шаров, вытекавших из посоха.

– Кстати, ты знаешь, что это было?

– Ты открыл один из мельчайших клапанов посоха, когда рассматривал его в спальне Атольфа.

– Мне нужно было удостовериться.