Выстрел на Рождество - Чингиз Абдуллаев

Макферсон взглянул на Игоря Дегтярева, словно ожидая услышать от него более разумное предложение.

— Никто из нас никуда не сбежит, — заметил Игорь. — Вполне можно отпустить кухарку и садовника домой, а детективам разрешить уехать в свой отель. Они приехали позже по моему звонку, это могут подтвердить все присутствующие здесь члены моей семьи и наши работники.

Инспектор нахмурился. Он понимал, что этот русский олигарх прав. Нельзя задерживать людей без их согласия даже на один час. Даже в таком роскошном замке, как этот. Шотландский полицейский никогда в жизни не нарушал законов и не собирался делать этого в конце своей карьеры.

— Ладно, — согласился он, — пусть господа детективы уедут. Ваша кухарка миссис Дороти Бремнер и ваш садовник Арво Сумманен живут в городе, недалеко от замка, и могут сюда завтра утром приехать. Остальных я прошу без надобности не покидать его сегодня ночью.

— Столько ненужных слов, — громко и резко произнесла Ольга Игоревна, — лучше обеспечьте нас охраной. Если среди присутствующих есть возможный убийца или маньяк, то будет лучше, если сегодня в замке останутся ваши сотрудники, господин инспектор.

— Мы выделяем охрану только членам правительства, — пробормотал инспектор, — и не я решаю такие вопросы. Но вы правы, я оставлю одного из своих людей дежурить у вашего замка.

— Лучше внутри, — предложила неугомонная Ольга Игоревна.

— Хорошо, — согласился Макферсон, подумав, что его сотрудник как раз и присмотрит за всеми в замке.

— И вы уедете, не сказав нам больше ни слова? — решив, что настал ее черед, спросила взволнованная Дзидра. — Неужели вы не можете нам объяснить, что здесь происходит?

— Я должен спросить об этом у вас, госпожа Дегтярева, — вежливо ответил инспектор. — Я вообще не понимаю, кто и зачем должен стрелять в вашего гостя.

— Вот так всегда, — пробормотал неунывающий Халдаров, — когда убили Злату, так возможного преступника сразу нашли. А когда стреляют в меня, то никого найти не могут. Ужасно обидно.

— Перестань, Нурали, — поморщился Игорь, — это же не цирк. Ты чудом избежал смерти. И нам нужно знать, кого хотя бы подозревает господин инспектор.

Все посмотрел на Макферсона. Он недовольно нахмурился.

— Если бы я заранее знал ответы на все вопросы, я был бы патером Брауном, а не инспектором Макферсоном, — ответил он. — А теперь, господа, наши офицеры допросят каждого из вас. Кто плохо говорит по-английски, пусть сообщит нам, и мы попросим кого-нибудь из присутствующих помочь нам в качестве переводчика.

— В нашей семье все говорят на английском языке, — сразу ответила Ольга Игоревна. — Возможно, мы не знаем местного шотландского наречия, но по-английски говорят все. Может, за исключением нашей сиделки.

У нее хватило слов, чтобы назвать шотландский язык «наречием». Макферсон улыбнулся.

— Мы запишем ваши показания и быстро уедем, — сообщил он, — и сегодня соберем все огнестрельное оружие, которое вы храните дома…

— У нас есть на него разрешение, — напомнила Дзидра.

— Я знаю, — кивнул Макферсон, — я проверял его еще в прошлый визит. Мы изымаем оружие для вашей безопасности, госпожа Дегтярева. Не беспокойтесь, мы все оформим по списку.

Больше никаких вопросов не было. Сотрудники полиции начали допрос присутствующих, уточняя, где каждый из них был в момент выстрела. Дронго посмотрел на диван. Рядом с Дзидрой устроились оба подростка. Они были примерно одного возраста, Алексей был моложе своей кузины на год или полтора. Но оба учились в Англии и поэтому хорошо говорили по-английски.

— Что ты думаешь об этом? — спросил Эдгар, наклоняясь к Дронго. — Они скоро закончат, и мы сможем вызвать такси. Если такси работает так поздно.

— В крайнем случае, поедем обратно на полицейской машине, в обезьяннике, — усмехнулся Дронго. — Хотя я думаю, что нам нужно остаться.

— Почему?

— Я знаю, что здесь произошло.

— В каком смысле? — не понял Эдгар.

— Я уже знаю, кто стрелял. И в первом, и во втором случаях. Точно знаю. Но, к сожалению, слишком поздно…

— Поздно для кого? Ведь Халдаров остался жив.

— Поздно для того, кто стрелял, — шепотом ответил Дронго.

— Ничего не понимаю. Значит, в первый раз стрелял не Виктор?

— Нет. Поэтому он так категорически не хочет брать чужую вину на себя. Но когда мать передаст ему свое письмо, он, возможно, согласится. Просто решит, что стреляла именно его мать.

— А кто стрелял на самом деле?

— Я тебе все расскажу, — успокоил его Дронго, — только пусть сначала нас покинут господин инспектор и его сотрудники.

Вейдеманис согласно кивнул, отодвигаясь. Немного сонные и флегматичные сотрудники полиции продолжали опрашивать каждого. Они не поленились и уточнили у Дронго и Вейдеманиса, где были гости в момент выстрела. Получив ответ, что гости были в отеле Эдинбурга, они тщательно записали номера их комнат, чтобы проверить алиби приехавших в «Интерконтинентале».

К одиннадцати вечера сотрудники полиции закончили свою работу. За это время Джил дважды позвонила и он дважды объяснил ей, что они еще в замке. Наконец Макферсон объявил, что они собираются уезжать.

— Наш сотрудник будет дежурить у входа, — пояснил он. — Спокойной ночи, господа. И не забывайте, что завтра утром мы с вами встречаемся. А сейчас мы опечатаем двери в апартаментах господина Виктора Дегтярева, чтобы завтра получить разрешение и изъять всю оставшуюся коллекцию. Надеюсь, что никто ночью не полезет туда за оружием. Хотя ключи вы можете сдать мне для вашей безопасности.

Игорь пошел вместе с ним, чтобы принести все три пары ключей. Макферсон уехал через несколько минут. Когда сотрудники полиции покинули замок и оставшийся офицер уселся на стуле, Ольга Игоревна обратилась к садовнику и кухарке:

— Вы можете идти. Завтра утром мы с вами встречаемся.

Дзидра промолчала. Хотя обычно именно она отпускала работников. Но ей не хотелось спорить со своей свекровью в такой сложный момент.

— Вы тоже можете нас покинуть, господа, — сказала Хотинская, обращаясь к Дронго и его спутнику.

— Нет, — возразил Дронго, — мне понравилось в вашем замке. Я полагаю, что мы с моим другом можем еще немного задержаться.

Ольга Игоревна взглянула на сына, словно ожидая, что он выбросит из дома непрошеных гостей. Но, не поймав его взгляда, резко развернулась и поехала к лестнице, находящейся в правой стороне замка. Лилия пошла следом за ней.

— Уже поздно, — сказала Дзидра, поднимаясь следом, — детям пора спать. Марта, поднимайся наверх.

— Алексей, ты тоже, — повторила Валентина.

— Можно мы пойдем в кинозал? — попросила Марта. — Еще только одиннадцать.

— Не сегодня, — возразила мать, — завтра утром нам рано вставать. Игорь, я думаю, будет правильно, если Марта будет ночевать со мной. А ты будешь спать на диване. Валя, а ты можешь взять к себе Алешу.

— Нет, — вспыхнул подросток, — я не хочу. Я ничего не боюсь.

— Конечно, не боится, — раздался наглый голос Халдарова. — Кто в его возрасте спит с мамой? Это даже неправильно с педагогической точки зрения.

— Не нужно указывать мне, что правильно, — несколько брезгливо парировала Дзидра. — Вы думаете о своих интересах, а не об интересах Алексея. Но пора уже думать и о других.

— Ты на что намекаешь? — разозлилась Валентина.

— Ни на что, — ответила Дзидра, явно намекавшая на отношения Нурали с Валей. — Я только вспомнила, что сегодня господин Халдаров чудом избежал смерти.

— Поэтому я должен подняться к себе и запереться в своей комнате. Даже нет — не запереться, а забаррикадироваться, — усмехнулся Халдаров, — чтобы дожить до утра.

— Господин Дегтярев, у меня к вам важный разговор, — обратился Дронго к Игорю.

— Хорошо, — согласился тот, — когда все уйдут, мы поговорим. А о чем вы хотите говорить?

Дронго наклонился к нему и очень тихо сообщил:

— Я скажу вам, кто на самом деле стрелял в Злату и кто пытался убить Нурали Халдарова.

Он произнес эти слова очень тихо, но их услышала Дзидра. Она повернулась к ним, лицо ее исказилось. Она пыталась что-то сказать, но не могла. Так ничего и не сказав, она снова повернулась и побежала к лестнице. Эдгар увидел, как Валентина сжала руку Халдарова, и тот согласно кивнул головой. Назревал последний акт драмы.

Глава 19

Когда в гостиной стало тихо, они остались втроем. Дронго и Вейдеманис расположились на стульях. Игорь Дегтярев уселся на диван, словно заранее приготовившись к самым страшным гипотезам, которые здесь прозвучат.

— Вы произнесли такие страшные слова, — нерешительно начал Игорь, — я ничего не понял. Значит, все-таки не Виктор?

— Нет, — ответил Дронго. — И в первом, и во втором случае стрелял не Виктор. В этом я теперь убежден. Ваш опыт общения с братом был более убедительным. Вы правильно сделали, что поверили в свою интуицию и не поверили очевидным фактам.