Под Знаменем Империи, Том II (СИ) - Сергей Булл

* * *

Альдавиан размещается в одном из особняков, покинутых городской знатью. Достаточно просторный и достойный владыки.

Сбросив доспехи, обнаженный по пояс, он спускается в обеденный зал. Помещение погружено в легкий полумрак. Лишь камин у длинного стола горит, наполняя просторное помещение теплом и светом. Внутри никого нет, усиленный караул охраны несёт дежурство вокруг особняка. Он садится за дубовый лакированный стол и откидывается в мягком кресле. Закрыв глаза, Император погружается в раздумья, но вскоре ощущает приближение гостей. Подняв веки, мужчина видит, как за столом возникают фигуры в темных доспехах.

— Ну что же, мои верные Тени, — он обводит их руками. — Настал ваш черед, пора очистить наши ряды от всех предателей. Ваша задача — уничтожить всех заговорщиков до последнего. Кланы Рейгана и его соратников должны быть выполоты, словно сорняки. Это станет хорошим уроком для остальных. Каждые сто лет находятся глупцы, ставящие мое правление под сомнение, и дорога им одна, — Император указывает вниз. — В преисподнюю, туда же, откуда вылезли эти демонические твари.

Мрак сгущается вокруг стола, скрывая Теней, и они исчезают, словно дурное видение. Слышится отдаленный хлопок двери, стук сапог по полу. Одинокие звуки разлетаются по просторным комнатам особняка.

Через несколько минут в комнату входит телохранитель и с поклоном докладывает:

— Прибыл майор контрразведки, как вы и просили, владыка, — не поднимая головы, сообщает гвардеец.

— Пусть входит.

Гвардеец исчезает, но не без звуков — обратно он старается двигаться еще тише, хотя с Тенями ему не сравниться. Кантор появляется, ссутулившись, и почтительно кланяется.

— Садись, — командует Император.

Офицер послушно исполняет приказ, расположившись в центре стола, дабы не приближаться к Императору. Это было бы нарушением протокола.

— Я слышал от Кариссы о твоём провале, майор. Подобное просто недопустимо. Ты должен лучше следить за своими подчиненными, — глаза Императора пронзительно впиваются в офицера, так что он вздрагивает. — И знаешь почему, Кантор?

— Да. Это прямое нарушение устава, мой повелитель. Все виновные наказаны, и проведена тщательная разъяснительная работа. Этого больше не повторится.

— Нарушение устава — это не основная проблема. Главное, подобные методы не дают понять о действительной расстановке сил. Однако у тебя появилась хорошая возможность загладить свою вину, — ладонью Император постукивает по столу. — Если справишься, то я забуду о прошлых ошибки и повышу тебя в звании, но в противном случае дорога тебе на самое дно. Так глубоко, что смерть покажется избавлением.

— Я готов служить вам. Как и всегда.

Император не выказывает эмоций и говорит холодно:

— Майор Кантор, тебе предстоит докопаться до истины и отделить зерна от плевел. Заговорщиков от верных поданных.

Альдавиан намеренно переходит на «ты», отбрасывая привычные формальности. В его голосе сквозит разочарование и едва сдерживаемый гнев — для него Кантор уже не заслуживает того уважения, с которым он обращался к многообещающему сержанту или прославленному генералу. Каждое слово Императора пропитано горечью от предательства тех, кому он доверял охранять покой империи.

— Речь не про эту горстку жалких предателей, которая была выявлена сегодня простым сержантом. Тебе, кстати, есть чему поучиться у новобранцев. Видимо, слишком высоко задрал нос, раз не видишь, что творится у тебя под ногами.

Император поднимается из-за стола и подходит к майору. Нависнув над ним, словно рассерженный отец на провинившимся отроком, государь продолжает глухим мерным тоном:

— Я говорю о картине в целом. Все недовольные должны быть найдены. Каждый, у кого есть хотя бы капля сомнения во мне. Я хочу знать их имена и причины их неприязни. Люди слишком ценны, чтобы пускать их на убой, как скот. Меня печалит, что они не готовы говорить со мной открыто, а словно головорезы из подворотни в порту, норовят воткнуть нож в спину. Мы бьемся за одно дело, а вы, словно клубок змей, плетёте интриги.

— Никак нет, Император.

— Свободен. Слов недостаточно, мне нужны результаты, и как можно скорее. Действуй, майор. Действу, и не подведи меня!

Кантор торопливо покидает покои государя, а тот двигает кресло ближе к камину и, оставшись один, погружается в раздумья.

За прошедшие столетия власть и её тяжесть не раз ложились неподъёмным грузом на его плечи, но он всегда стойко выдерживал эти испытания. Справится и сейчас.

Слишком давно он ходит по земле и воюет с демонами, чтобы так просто отступиться. Пусть его методы не всегда устраивают подданных, это не важно. Просто они не понимают: все, к чему стремится Император — это к мирному процветанию Империи.

И единственное, что отделяет Империю от уничтожения — это его жизнь, а потому она слишком ценна. Слишком важна, чтобы прерваться от рук жалких убийц и предателей.

Мелочи действительно не имеют значения. Не имеют значения единицы, и не важно речь идёт об отдельных жизнях или отдельных кланах. Всё это — лишь топливо для развития Империи.

Она будет существовать всегда.

Как и её владыка.

Глава 16

Атмосфера в городе накаляется с каждым днем. Скрывать информацию о покушении на Императора становится невозможно — слухи распространяются со скоростью лесного пожара, обрастая все новыми подробностями.

Мое имя снова у всех на устах: участие в раскрытии заговора становится одной из самых обсуждаемых тем, не говоря уже о приглашении на закрытый совет с генералами. На улицах меня узнают всё чаще, но даже в батальоне Эйрина не все рады моему возвышению. За спиной слышится шёпот, а в лицо летят подколки.

Стараясь не обращать внимания на недоброжелателей, я сосредотачиваюсь на службе. Дни адъютанта наполнены поручениями и бесконечными задачами от капитана, но я все же нахожу время для тренировок. Каждую свободную минуту посвящаю медитации, отработке техник и спаррингам с друзьями.

С удивлением замечаю, что Райдо, Торвальд и Изаар отстают от меня сильнее, чем я предполагал. Или, может быть, это я расту слишком быстро? Лишь с Текору мне не приходится сдерживаться — названный брат почти не уступает мне в силе. Годы не жизни, а жестокого выживания в лесу закалили его дух, разжигая в лучнике такую же неугасимую жажду достичь новых высот на Пути, какая горит и во мне.

Немало времени уходит на учёбу. Эйрин, словно требовательный родич, заставляет меня перечитывать десятки книг о значимых сражениях и войне против демонов. Он щедро делится ценными походными журналами — записями командиров всех рангов о столкновениях с исчадиями тьмы. Из этой информации в моей голове складывается объемная картина войны, тянущейся столетиями. Противостояние людей и трупоедов, кажется, не суждено завершиться никогда.

На заре противостояния