Квартира в раю - Татьяна Витальевна Устинова

* * *

Константин Таганцев сидел за своим рабочим столом и внимательно изучал содержимое папки с материалами уголовного дела, возбужденного по заявлению дольщиков строительной компании «ЗАНДР» в отношении ее основателя и директора Андрея Занозина.

Нет, все его первоначальные выводы подтверждались. Сроки строительства нового жилого комплекса выдерживались. К качеству работ и используемым материалам претензий не было. Все жалобы дольщиков не соответствовали действительности и выглядели исключительно как попытка доставить Занозину неприятности.

Придя к выводу, что должностного преступления он все же не совершил, Костя слегка выдохнул. Однако перевернул папку и начал изучать все материалы заново. Во-первых, Никита Говоров сказал Лене, что при проверке были выявлены некие другие факты, подтверждающие, что Андрей Занозин был замешан в неблаговидных делах, и эту информацию Таганцеву нужно было найти и проверить.

Во-вторых… Хотя, нет, это было главное: зачем-то Занозин обратился за помощью к Виталию Миронову и в благодарность за оказанную услугу продал квартиры со скидкой. Если бы в уголовном деле было совсем не за что зацепиться, он вряд ли стал бы расшвыриваться деньгами. В конце концов, бизнесмен всегда их считает и не делает вложений, которые не оборачиваются прибылью.

К сожалению, Константин Таганцев не очень хорошо разбирался в экономике, и настоящая подоплека бизнес-процессов открывалась ему не с ходу, а после долгих раздумий. Взяв лист бумаги, он принялся чертить схему, которая помогла бы ему разобраться в хитросплетениях действий Андрея Занозина, и через некоторое время схема открылась ему во всей своей красоте.

Итак, компания «ЗАНДР», название которой расшифровывалось как «Занозин Андрей», строила жилые дома и торговые площади. Своих оборотных средств у «ЗАНДРА» не было. Все деньги, необходимые для строительства, она брала в долг у компании «Строй-Девелопмент», единственным учредителем и владельцем которой, разумеется, тоже был Занозин Андрей Павлович.

Все построенные площади передавались «Строй-Девелопменту» в качестве возврата займа, и уже эта компания выставляла их на торги, оставляя всю полученную наценку себе. Основная часть нежилых площадей, причем без всякой наценки, по очень привлекательным ценам, которые были существенно ниже средних по московскому рынку, продавалась третьей компании, называвшейся «ЗАП и партнеры». В ее учредителях помимо Андрея Занозина числился еще один из братьев Клюшкиных, а именно, старший, Аркадий.

Эта компания сдавала выкупленные площади в аренду. И на них в жилом комплексе открывались салоны красоты, магазины, кафе, частный детский сад и прочие предприятия сферы услуг, обеспечивающие жителям микрорайона высокий уровень комфорта. Цена аренды была вполне рыночной, что приносило компании «ЗАП и партнеры» хорошие прибыли и окупало вложенные в недвижимость деньги, а вот оплата коммунальных услуг рассчитывалась по явно заниженным ставкам.

Точнее, арендаторы платили лишь за фактически потребленные воду, электричество, канализацию и вывоз мусора. По утвержденным правительством Москвы нормативам платили. Всех остальных поборов, существовавших для жильцов, для арендаторов и в помине не было. Ни за сбор дождевой воды, ни за мойку фасадов, ни всего остального, что вызывало бурю гнева у Натки.

В этом месте Костя усмехнулся. Разумеется, ни один владелец бизнеса на таких условиях снимать площади не стал бы. Вот и не борщили те, кто придумал эту схему, справедливо полагая, что им хватит того, что они настригут с жильцов. При этом, будучи крупнейшим владельцем площадей в жилом комплексе, именно «ЗАП и партнеры» обеспечивал большинство при любом голосовании, которое устраивало товарищество собственников жилья, созданное в комплексе домов. На всякий случай ощутимый перевес еще создавали прикормленные владельцы сразу нескольких сотен парковочных машиномест, которые «Строй-Девелопмент» вместе с квартирами продал «нужным» и «уважаемым» людям.

ООО «ТСЖ «Мой РАЙ-ОН» было четвертой фирмой в этой цепочке. В ее учредителях также значились Андрей Занозин и два брата-акробата, Аркадий и Ванадий Клюшкины. Пробив их имена по специальной базе, Таганцев обнаружил, что, руководя правлением ТСЖ, они одновременно являются подчиненными Занозина в компании «ЗАНДР», то есть фактически везде выполняют прямые его распоряжения.

Таганцев не очень любил математику, но отступать было уже некуда, поэтому, вооружившись калькулятором, он стал считать. Итак, нежилые площади, обеспечивающие правильное голосование по принципиальным для правления вопросам, платят за коммуналку только те суммы, которые напрямую уходят ресурсоснабжающим предприятиям. От них братья-акробаты и стоящий за ними Занозин не получают ничего.

Однако в трех домах, расположенных в «Моем РАЙ-ОНе», находится тысяча двести квартир, жильцы каждой из которых платят по счетам, выставленным правлением, в среднем двадцать пять тысяч рублей. Итого получается тридцать миллионов рублей в месяц. Плюсом проходили счета за текущий и капитальный ремонт, отчисления на озеленение территории, на ее полив летом и вывоз снега и обработку антиобледенительными жидкостями зимой, освещение и охрану, а также содержание собственного штата электриков, сантехников, дворников и прочего персонала.

С учетом средств, поступающих от нежилых помещений, общий оборот ТСЖ «Мой РАЙ-ОН» составлял порядка, тут майор Таганцев присвистнул, миллиона долларов ежемесячно. При этом обязательные платежи, направляемые городским коммунальным службам, а также реально тратящиеся на содержание дома и необходимые ремонты, укладывалось ровно в пятьдесят процентов от этой суммы, не больше. Если умножить на двенадцать месяцев, то в полном распоряжении правления оставалось от пяти до шести миллионов долларов в год.

С учетом, что огромное количество работ по благоустройству заказывалось индивидуальным предпринимателям Занозину Андрею Павловичу, а также Клюшкиным Аркадию Сергеевичу и Ванадию Сергеевичу, на счета которых и выводились огромные средства, схема обнала была проста и понятна.

Скорее всего, Андрей Занозин, как автор схемы и основной держатель бизнеса, забирает себе миллионов пять, а братья Клюшкины получают по пятьсот тысяч долларов каждый. Если Занозин более щедр, чем жаден, то дележка может идти как четыре миллиона, один и один. Но сути дела это не меняет. Ясно, что вся троица не бедствует.

Выявление схемы в ходе уголовного дела было чревато возможными неприятностями. На первый взгляд ничего незаконного в ней не было. Вот только вся эта комбинация была шита белыми нитками и в случае серьезного недовольства жильцов грозила вылиться в интернет и принести репутационный ущерб.

Естественно, что по-тихому закрыть дело, пока не поползли слухи, и пожертвовать ради этого наценкой на две квартиры, было разумным бизнес-решением. Вот почему Занозин обратился к Миронову, и вот почему его, Таганцева, втянули в это грязное дело. А он, как дурак, повелся. Что ж, на один исконно русский вопрос «Кто виноват?» он ответил. Оставалось найти ответ на второй – «Что делать?».

– Вас начальство вызывает. – В кабинет заглянула секретарша, к наличию которой Костя никак не мог привыкнуть. Смешно округлила глаза. – Товарищ генерал