Моя дочь от тебя - Елена Безрукова

Максимом, утомившись, прикорнула за время поездки. Хорошо, ей еще необходим дневной сон.

– Да, действительно, Саша. Давай на “ты”, – мягко рассмеялась я, испытывая странную неловкость.

Ведь переход на “ты” – это же определенная ступень новых отношений, правда?

А куда же мы идем по этой воображаемой лестнице? Я не знала. Но, в самом деле, в нашей ситуации так долго выкать было уже неуместно и странно.

– Ну, я тогда пошла, – решительно произнесла я и взглянула на наручные часы. Но с места почему-то не сдвинулась.

В салоне установилась тишина, которую наполняло только дыхание двух спящих детей и наше с Сашей – почему-то напряженное. По лицу было видно, что он хочет что-то у меня спросить. Я вопросительно приподняла брови. Почему он такой хмурый? Не могу понять.

– Вы с Аней во сколько вернетесь? – нарушил он наконец молчание.

– Я думаю, часам к девяти будем, – подсчитала я мысленно, размышляя о том, что ребенка нужно уложить спать не позднее десяти вечера.

Саша отчего-то нахмурился еще больше.

– Но ты помнишь, о чем я тебя предупреждал, да?

– О чем? – не поняла я.

– Про Илью. Что ваши встречи не должны отражаться на твоей работе. И вообще, лучше бы Аня ночевала дома, а не у чужих людей.

– Ты о чем, Саша? – совсем потеряла я нить разговора.

– Я про то, что я могу забрать Аню у вашей соседки пораньше и уложить спать самостоятельно, – рассуждал он и почему-то смотрел на меня с осуждением.

– Не пойму, зачем тебе ее укладывать, если я сама это сделаю? Я сама заберу Аню у тети Маши, и мы вернемся домой в девять.

– Так ты про вечер говоришь? Про девять вечера? – удивился он.

– А ты, что ли, решил, что я приеду домой в девять утра? То есть ты думаешь, что у меня будет свидание с продолжением? – пораженно уставилась я на него. – Это, вообще-то, первое свидание, Саша.

– Это что-то меняет? – посмотрел он на меня исподлобья с хмурым выражением лица. – Что первое.

– Приличные девушки после первого свидания ночуют дома, – укорила я его. – Как не стыдно, Саша, думать о таком… Пока!

Я вышла из машины.

Глава 35

Илья повел меня в ресторан, чему я в глубине души порадовалась. Активного отдыха на сегодня хватило. Да и общая усталость сказывалась. Меня клонило в сон. И хоть Илья был приятным собеседником с отличным чувством юмора, я откровенно скучала. Хотя старалась, чтобы он этого не заметил. К концу вечера уже болели натянутые в улыбке мышцы лица, и я себя могла похвалить, что обладаю отличными актерскими способностями. Достижение сомнительное, и я даже задумалась, кому и что я хочу доказать этим свиданием.

– Спасибо, что довез, – улыбнулась я на прощание Илье, когда он довез меня до дома.

– Я тебя провожу, – отозвался он и тоже вышел из машины вслед за мной.

“Надо же, какая забота, – хмыкнула я про себя, – ну пусть пройдет со мной эти пять метров, если ему так уж хочется”.

Мы дошли до подъезда и встали под козырек.

– Может, сходим еще куда-нибудь, когда я снова буду в ваших краях? – спросил он с надеждой.

– Ой, я даже не знаю, – сказала я откровенно, вспоминая, сколько усилий мне стоило это свидание. – У меня всего лишь один выходной, а дел нужно сделать так много. Да и не каждый раз смогу куда-то деть ребенка.

Я намекала на то, что иду в комплекте с ребенком и ему стоит с этим считаться, раз уж он хочет за мной ухаживать.

– Мы можем взять Аню с собой, сходить в детское кафе, – предложил Илья.

– Можно, – пожала я плечами, не особо серьезно рассматривая это предложение. Мне не хотелось сейчас о нем думать. Время покажет. Кто знает, как изменится ситуация, когда придут результаты теста ДНК. Саша вполне способен наложить вето на мои свидания под каким-то надуманным предлогом. Няня – это одно. А мать его ребенка – совершенно другое. Пусть Баженов этого не озвучивал, я интуитивно чувствовала, что разница в моих статусах как-то проявится.

Илья заметил мои колебания.

– Думаешь, тебя босс не отпустит? Он у тебя строгий, – усмехнулся он.

– Я правда не знаю… – ответила я. – Там видно будет. Я не против куда-то сходить.

– А я очень даже не против, мне понравилось, Алина.

Илья встал слишком близко и пристально рассматривал мое лицо. Черт, неужели он надеется на поцелуй? И правда, он склонился, чтобы коснуться моих губ, но я увернулась, и его губы мазнули меня по щеке. Илья, впрочем, не стал давить и настаивать, а понял, что для поцелуев еще не время.

Мы простились, и я вошла в подъезд, ловя себя на чувстве неловкости. Не так себя чувствуют девушки, простившись с мужчиной, который нравится. Далеко не так. Пожалуй, я не буду больше встречаться с Ильей и подавать ему ложные надежды. Предлог для отказа в свидании всегда найдется, когда у тебя маленькая дочь и больная мама…

– Как поиграли? – спросила я Анюту, забрав ее у соседки и усадив в предоставленное таксистом детское кресло. Мы ехали в дом Баженова. Дочка пустилась рассказывать про свою подружку, и так, в разговорах, мы доехали до места назначения. Я расплатилась с таксистом и вынесла Аню из машины. В планах было покормить ее, умыть и уложить спать.

Но в холле нас ожидал Баженов. Он почему-то выглядел напряженным и чересчур серьезным.

– Что-то случилось? – сразу же спросила я, войдя в дом и принявшись раздеваться сама и раздевать дочь.

– Случилось? – вскинулся он, подходя к нам и внимательно рассматривая.

Интересно, что он хочет увидеть?

– Да, ты такой напряженный, что ли, – поделилась я с ним.

– Да нет, я просто волновался, как вы доедете на такси. Что-то не подумал отправить водителя или приехать сам, – объяснил он свое состояние, но мне его слова почему-то показались неубедительными.

– Всё нормально, – сказала я ему и обратилась к дочке: – Анют, пойдем мыть ручки и кушать.

– Давай я ее умою, – потянулся к дочери Саша, – а ты пока займись ужином.

– Хорошо, – кивнула я, глядя, как аккуратно и бережно Саша большой рукой берет за крохотную ручку Аню и ведет в ванную. От вида сплетенных рук отца и дочери у меня на лице поневоле расплылась улыбка. На этот раз она была самая что ни на есть настоящая.

Самые простые бытовые вещи в исполнении Баженова вызывали у меня реакцию, в то время как ухаживания Ильи оставили равнодушной. Стоит признать, что я безнадежно и