Песнь сауриалов - Кейт Новак

— Орки скорее спят в своих пещерах, чем сторожат холодные туннели, — возразил Путеводец. — Они должны полагаться на свою сигнализацию. На этот раз она сработала. Они уверены, что сработает и в следующий. Стражу они не оставят.

А что касается твоих талантов в области открывания замков, то не надо скромничать, Оливия. Я уверен, что ты сможешь сделать это. — Он улыбнулся Оливии одной из самых своих очаровательных улыбок.

Хафлинг попыталась не поддаться его обаянию.

— Путеводец, мне не хочется здесь оставаться, — упиралась она. — Я хочу добраться до дороги до темноты.

Бард холодно взглянул на нее.

— Хорошо. Иди, — сказал он.

Оливия удивленно посмотрел на Путеводца. Она не могла поверить. Он отсылает ее прочь!

— Путеводец, я не хочу покидать тебя. Тебе нельзя здесь оставаться. Ты должен попытаться добраться вместе со мной до дороги.

Холодность Путеводца исчезла, на его лице появилось сожаление. Здоровой рукой он убрал с глаз Оливии прядь волос.

— Оливия, — грустно сказал он, — я не хочу подохнуть на обочине, дожидаясь помощи. Это — мой дом. Я предпочту быть здесь, когда действие лекарства окончится.

— Тебе вовсе не придется умирать на обочине, — разозлилась Оливия. — В это время года по дороге движется множество караванов с зерном, компаний путешественников и воинов. В большинстве из них есть врачи, или, по крайней мере, лекарства.

— Оливия, до дороги полдня хода. Мне не дойти;

Я слишком слаб. Тебе лучше отправляться сейчас, на тот случай, если поблизости бродят орки.

Оливия вонзила ногти в ладони, пытаясь удержаться то ли от крика, то ли от плача.

— О, милая Селина! — сказала она. — Путеводец, ты должен попытаться!

Путеводец сухо усмехнулся.

— Ты говоришь, как моя мать, — сказал он. — Она тоже всегда повторяла «милая Селина».

Оливия вздрогнула. Привычку донимать богиню луны она приобрела во время общения с Джиджи и Кэт Драконошпор. Она никогда не сможет показаться на глаза Джиджи или его жене, если ей придется сказать им, что она позволила их предку умереть в забытом богами месте. Да и себе она бы этого тоже не смогла простить.

Глубоко вздохнув, Оливия попыталась понять, как же она умудрилась попасть в столь затруднительное положение.

— Думаю, мне придется пойти в твою мастерскую, — с фальшивым оптимизмом в голосе заявила Оливия.

— Хорошо. Пошли, — сказал Бард, пытаясь подняться на ноги.

— Нет, нет! — воскликнула хафлинг, удерживая его, положив руки на плечи. — Я пойду одна. Ты будешь только задерживать меня. Дай мне ключ от твой мастерской и объясни, где найти необходимые нам лекарства.

— Не нужно ключа. Музыка откроет тебе дверь мастерской, — ответил Путеводец.

— Как с путеводным камнем, — догадалась Оливия. — А какая нота? — спросила она.

— В этом случае несколько сложнее. Здесь требуется спеть куплет из песни.

— Путеводец пропел отрывок из песни, которой Оливия никогда еще слышать не доводилось:

— Госпожа Удача правосудие обманет, Далекая звезда приметой доброй людям станет.

— Очень мило, — сказала Оливия. — Ты никогда раньше не пел ее, — Она не окончена, — объяснил Путеводец.

— А когда ты ее начал?

— Перед тем, как я закончил работу над Шутом, — ответил Бард. — А теперь спой сама, — велел он.

Оливия подчинилась.

— Октавой ниже, — приказал Путеводец.

— Путеводец, я слишком мала и не могу петь так низко.

— Можешь. Давай.

— Это мой голос или твой? — пропищала Оливия.

— Я тренировал его. Он мой, — ответил Бард. Оливия рассмеялась.

— Тебе следует обуздать твои собственнические чувства, — сказала она.

— Оливия, у тебя замечательный голос. Тебе не нужно тратить его на то, чтобы без конца повторять «Не могу, не могу». Попробуй, ради меня, пожалуйста.

Оливия покраснела. Она попробовала взять первую ноту.

— Хорошо, — сказал Путеводец. — А теперь со словами.

— Госпожа Удача правосудие…

— В слове право с соль на фа-диез, — поправил Бард.

Оливия спела первую строку.

— Хорошо, а теперь обе строки.

— Госпожа Удача правосудие обманет, Далекая звезда приметой доброй людям станет, — спела хафлинг.

— Еще раз.

Оливия повторила трижды, прежде чем показалось, что Путеводец удовлетворен. Он улыбнулся и накрутил на палец завиток ее волос.

— Я уже понимаю, что ты за певица, — сказал он и играя потянул прядь ее волос.

— Остановимся, пока ты не стал трупом, — заметила Оливия.

— Никогда не останавливайся на достигнутом, Оливия. Ты слишком хороша для этого, — ответил Бард.

Хафлинг заметила напряжение в бодром голосе певца и поэтому не обратила внимания на комплимент. Она обратила внимание на его одышку и на то, как он поддерживает отравленную руку здоровой.

Оливия вытащила из мешка одну из своих хлопковых туник, скомкала ее и вылила на нее остатки виски из своей фляжки. Она обмотала тряпку вокруг отравленной руки Путеводца, затем дала ему свою кружку с водой.

— Когда повязка нагреется, полей на нее водой, — проинструктировала она. — Попробуй также выпить воды. Это может помочь.

Путеводец кивнул. Он с трудом глубоко вздохнул и сказал:

— Ты найдешь лекарства в шкафу из красного дерева. Они расставлены в алфавитном порядке. Ищи то, на котором написано «нейтрализует яд». Еще принеси книгу с заклинаниями, она на мраморном столе, и мешок с драгоценными камнями, он в потайном отделении под скамьей у верстака. — Бард хрипло вздохнул и продолжил:

— Дверь защелкнется после того, как ты закроешь ее. Музыка нужна только для того, чтобы открыть ее со стороны туннеля. Чтобы открыть ее изнутри, тебе надо провести пальцем по трем углублениям, вырезанным на косяке.

Оливия кивнула.

— Тебе лучше надеть это, — сказал Бард, покрутив одно из гладких золотых колец на своей опухшей руке. — Это оберегающее кольцо.

— Тебе не снять его, — сказала Оливия, непроизвольно вздрогнув. — Забудь лучше об этом.

— Нет, — ответил Путеводец. Он спел си-бемоль, и кольцо начало увеличиваться до тех пор, пока он не смог снять его с раздувшегося пальца. Бард надел кольцо на крохотный мизинец Оливии, и оно волшебным образом уменьшилось, став ей впору.

— Я скоро вернусь, — пообещала хафлинг, поднимаясь на ноги и поднимая на плечо мешок.

Слишком уставший для того, чтобы ответить Путеводец кивнул.

Оливия отодвинула засов, открыла дверь и полезла вниз по лестнице.

Добравшись до первого завала, она вытащила кремень и новый факел, но задумалась, стоит ли факел зажигать. Если она пойдет с факелом, то не сможет спрятаться в тени, но с факелом она по крайней мере не наткнется в темноте на орков. Если бы только она могла видеть в темноте, как орки.