Судьбы прикосновенье - Ирен Беллоу

— Разве Пегги не сказала тебе, что случилось с Кендалом? — спросила она.

Он не лгал — она видела это по его глазам, — когда смущенно признался, что, не дослушав Пегги, тут же уехал в больницу.

Он ласково провел пальцем по бледной щеке Бетти.

— Я встретил здесь Айру. Она мне все рассказала, — произнес он тихо.

Бетти непроизвольно вздрогнула. Рассел, словно угадав, о чем она подумала, еще крепче прижал ее к себе. Айра рассказала ему о трагической гибели Стива Трейси.

— Пойдем, тебе нельзя оставаться здесь. — Он повел ее к выходу.

— А как же Кендал? — испуганно произнесла Бетти.

— С ним уже все в порядке. Врач, возможно, позволит взять его домой уже сегодня. Айра вызвала Джеймса. Он едет сюда.

Рассел настойчиво тащил ее, сопротивляющуюся, к выходу, где в неположенном месте, у самого крыльца больницы, в спешке поставил «феррари».

Только посадив Бетти в машину, он заметил, как она потрясена случившимся. От прежней ухоженной и спокойной Бетти ничего не осталось. Всегда аккуратно убранные волосы были в беспорядке, старые джинсы и майка — в бурых пятнах крови.

Сев за руль, Рассел попытался успокоить ее.

— Не тревожься о Кендале, все обойдется. Несколько небольших швов, легкое сотрясение мозга. Падение было неопасным. — Он включил двигатель и неторопливо вырулил на дорогу, ведущую от больницы к главному шоссе.

— Надеюсь, — тихо и печально ответила Бетти.

— Можешь быть уверена, — успокоил он ее. В своей растерянности она совсем не была похожа на прежнюю разумную и уравновешенную Бетти. У него сжалось сердце от жалости к ней. — Я горжусь тобой, девочка. — Рассел смущенно откашлялся. — Ты не потеряла голову. Не тронула Кендала, вызвала «скорую помощь», сообразила оставить Джуди у Пегги, разыскала Айру и направила ее в больницу. Ты была в шоке, это понятно, но ты сделала все как надо.

— Все случилось так неожиданно, — растерянно промолвила Бетти. — Я думала, он умер. Не помню, как я оказалась на крыльце. Лишь тогда я поняла, что собираюсь бежать куда глаза глядят, бросаю Кендала. Это все из-за того, что произошло много лет назад…

— Да, но ты не сделала этого, ты не убежала, — возразил Рассел, не понимая, почему он так остро воспринимает все это.

Когда Айра остановила его в больничном коридоре и сказала, что Бетти не растерялась, несмотря на пережитое ею тяжелое нервное потрясение в связи с гибелью мужа несколько лет назад, он тут же все вспомнил. Газеты тогда были полны сообщениями о трагической гибели Стива Трейси. Он вспомнил ужасные фотографии, снятые предприимчивым репортером прямо на месте происшествия, Бетти, прижимающую к себе голову убитого мужа. Он вспомнил, что испытал тогда искреннее сострадание к этой женщине и гнев, что такое могло случиться. Почему она не рассказала об этом ему сама, почему не доверилась ему?

Он вспомнил их разговор о жестокости и насилии и как она ответила ему, когда он позволил себе иронически отозваться о ее замкнутом мирке и желании не знать того, что происходит вокруг. Тогда она была задета и потому резка. Теперь Рассел знал почему.

Рассел поморщился от стыда за покровительственный тон, который он тогда себе позволил.

Что-то в его лице, видимо, напомнило и Бетти об этом разговоре.

— Похоже, что Айра немало тебе рассказала, — заметила она настороженно. Ей вдруг стало не по себе, что опять ворошат ее прошлое.

— Да, — согласился Рассел, заметив ее настороженность. Он смотрел на дорогу и, хотя понимал ее чувства, однако не смог удержаться от упрека: — Почему ты сама не рассказала мне об этом?

— О чем?

— О Стиве, — решительно сказал он.

— Он умер. Разве этого мало?

Испугавшись, что у нее дрожит голос, Бетти сделала усилие над собой, но выдержка, доставшаяся ей такой дорогой ценой, покидала ее.

Рассел, не в силах подавить странное чувство обиды, ничего не заметив, продолжал сердито настаивать на своем.

— Да, мало, — упорствовал он. Обычно спокойный и осторожный за рулем, он резко свернул с шоссе на частную дорогу, ведущую к дому Бетти. Хотя спидометр показывал шестьдесят пять миль в час, стрелка опасно клонилась к семидесяти. — Тебе хотелось, чтобы я поверил в несчастный случай, а не в преднамеренное убийство, не так ли?

Каждое его слово было ударом по ее выдержке.

— Стив мертв, — повторила Бетти, еле удерживаясь от того, чтобы грубо не накричать на него, потребовать, чтобы он замолчал и оставил ее в покое. Чтобы успокоиться, она стала смотреть в окно. — Зачем тебе знать все это, Рассел? — вдруг прервала она молчание. — Ты хочешь услышать, как на четвертый день после свадьбы на моих глазах пуля раздробила голову моему мужу? Тебе нужны подробности, не так ли? Как силой выстрела его отбросило и он упал мне на руки и умер мгновенно, так что я даже не успела проститься с ним? Как я была обрызгана его кровью, а затем неделями, месяцами, годами меня не переставали мучить кошмары? Что ж, ты теперь все знаешь, Рассел, и прекратим этот разговор.

Но он уже не мог. Ему было трудно представить, что она прошла через все это одна и до сих пор глубоко прячет от всех свою боль.

— Не надо так, Бетти, — почему-то рассердившись, сказал Рассел. Он съехал в аллею, ведущую к ее дому, и затормозил. — Ты же знаешь, я расспрашивал не о деталях. Мне просто хотелось, чтобы ты рассказала мне правду.

— Правду? — Именно этого слова она ждала. Она отстегнула ремень и резко повернулась к нему. — Если вы, агент Брайан, желаете поговорить о правде, то начнем прямо с вас. Человек по имени Мэрдок звонил сегодня утром и разыскивал тебя. Он просил передать, что доволен твоей работой и уже готовит новое задание. Кажется, он говорил о Греции. Он также что-то изволил сказать о дураках, которых всегда хватает, Вначале я подумала, что это касается преступников, но потом мне показалось, что он, возможно, говорил обо мне! — Бетти резко открыла дверцу машины, но, выйдя, заставила себя спокойно закрыть ее.

Рассел не собирался сдерживаться. Он чуть не сорвал дверцу с петель и захлопнул ее так, что благородный «феррари» весь задрожал.

— Не смей принимать его слова о дураках на свой счет! — буквально закричал он, глядя на нее.

— Почему же нет? — возмутилась Бетти, начиная терять контроль над собой. — Я проглатывала всю ложь, которой ты пытался меня кормить. Разве не так?

— Я не лгал тебе! — яростно защищался Рассел, хотя в душе признавал, что в чем-то она права. — Я просто не все сказал. Я выполнял задание. Делал свою работу. Какие могли быть у нас разговоры об этом? Простите, нельзя ли воспользоваться вашим телефоном? Надеюсь, вы не против того, чтобы я посостязался в хитрости и смекалке с одним негодяем, убийцей моего лучшего друга? Представляю, что бы ты мне ответила на это…